Невеста короля теней или игра на выживание (СИ) - Вельская Мария - Страница 2

— Города теней, конечно же, — снисходительная усмешка мне не почудилась, — впрочем, рассказывать об этом буду вам не я…

Фигура качнулась — и оказалась рядом со мной. Совсем близко. Так, что я могла уже ощутить на коже чужое прохладное дыхание. Его рука тоже была холодной, но сжимала мои пальцы крепко. Под капюшоном мелькнул чуть вытянутый подбородок. Кожа его была весьма бледной.

— Ч-что происходит? — голос предательски сорвался.

— Пока ещё ничего, — странный, вкрадчивый тон.

— Но?.. — пытаюсь фыркнуть воинственно, но получается растерянно.

— А должно быть "но"? — мне снова чудится улыбка.

— Ч-что происходит? — голос предательски сорвался.

— Пока ещё ничего, — странный, вкрадчивый тон.

— Но?.. — пытаюсь фыркнуть воинственно, но получается растерянно.

— А должно быть "но"? — мне снова чудится улыбка.

— Возможно, — отвечаю, — разве вы вмешались просто так?

— В мои планы не входит ваше съедение призраком, — он смеётся. Удивительный смех. Он разбивается невидимыми искрами и проникает под ту стену отчуждения, которую я упорно возводила долгие годы, — но… это но… действительно дело не только в этом. И не в благодарности, которую я якобы хочу…

Чужие губы оказываются совсем близко.

А потом они накрывают мои. Становится холодно — словно под кожу проникает настоящий зимний мороз. Я вцепляюсь ладонями в чужие плечи, пытаясь его оттолкнуть, да куда там!

Меня трясет — от ужаса и понимания того, что каждое касание буквально отнимает жизнь. Но в этот момент незнакомец отшатывается сам. Именно тогда, когда на миг его губы, кажется, становятся горячими.

Моя рука действует быстрее разума, отвешивая пощечину. Чуть руку не отбила.

— Значит, решили приберечь деликатес для себя? Призраку не отдали? — внутри кипит ярость. Она помогает заглушить страх.

Перед тем, что сделал он. И что сотворила я сама.

— Справедливый упрек… — на миг кажется, что из-под капюшона сверкнули две звёзды, — однако… — чужие пальцы оказываются на моих плечах, едва не оставляя синяки. Голос ввинчивается в сознание шипением, — попрошу впредь быть несколько сдержаннее. В конечном счёте твоя жизнь зависит от меня. Но я дам тебе шанс. Один-единственный. Когда я попрошу — ты примешь мое приглашение… не так ли? — почти ласковое.

И я не иначе, как в помрачении рассудка, шепчу:

— Хорошо!

Мир вокруг смещается, расплывается, взрывается серым маревом.

И, проморгавшись, я вижу, как на меня несётся ещё один недоделанный дементор.

— Эй, потеряшка, ты где умудрилась призрака подцепить? И чего это тебя Проводник не засек?

Мимо свистнули ещё два росчерка — и, тоскливо так булькнув, клякса растворилась. Ну извини, родимая, естественный отбор! Мне тоже жить охота — и не в чьем-то призрачном желудке!

Привиделась ли предыдущая сцена?

Обернулась — и с интересом уставилась на высокую светловолосую девушку. Платиново-серебристые пряди волос были небрежно уложены в косу. Брюки обтягивали стройные ноги, на темную рубашку был одет кожаный корсет. Несколько перевязей с ножами и странными светящимися баночками, украшенными черепами. И ехидный прищур ярких темно-зеленых глаз… прямо как у… кого?!

— Эй, ты в порядке? Он тебя не задел? Как тебя зовут?

Незнакомка подошла ближе.

От неё пахло вишней и свежим кофе. Почему я помню значение этих слов, но не помню ничего о себе?

— Алекс… — я не успела договорить.

— А я Аннамара, — меня крепко обняли. Так, что кости затрещали! Ну и силища! — рада тебя приветствовать в Городе Теней, Алекс! Пойдем, мы тебе искупаем, обогреем и покормим. А потом все расскажешь.

Незнакомка уверенно протянула мне руку. И, подумав, я её приняла. Новая жизнь — новое имя. Пусть будет так. Посмотрим, что ждет нас дальше…

На отпечаток чужих пальцев на запястье старалась даже не смотреть.

Прода от 13.04

Рассохшиеся ступени заскрипели, по ним застучали каблучки и раздался веселый голос неутомимой Охотницы.

— Алекс! Алекс, ты здесь? Я знаю, что ты ещё никуда не ушла, не прячься! Ты слышала? Нет, ты слышала последние новости?

От энтузиазма в голосе подруги я тихо застонала. Но ведь не ушла! И даже дверь не заперла! В конце концов, Аннамара и так возилась со мной куда больше, чем требовалось, с тех самых пор, как нашла на обочине дороги очередную “потеряшку”. Мне лично стучалось в голову совсем другое определение — “попаданка”. Почему так? Кто его знает. Но от этого прозвища тянуло захихикать, и почему-то представлялись роскошные дворцы, обаятельные принцы, крылатые ящеры и много прочей чуши.

Почему это то немногое, что я помнила о прошлом? Кто знает. Я родилась и первые двадцать лет жизни совершенно точно прожила в другом месте. А потом… виски заныли от неприятных воспоминаний.

Серая лента асфальтовой трассы. Высотка. Маленькая квартира. Чье-то бледное лицо.

“Саша, Саша!”.

Нет, бесполезно. Только настроение испорчу. Да и не одна я такая, невезучая. За прошедший месяц уже успела уяснить — здесь, в Городе теней, как его называли местные жители, практически все население — в той или иной степени “попаданцы”. Из разных миров, эпох, измерений. Как угодно назови. Кто-то при перемещении теряет память, кто-то все помнит… Правда, только мне пока повезло встретиться при попадании не с Проводником, а с совершенно другими странными личностями.

— Алекс, я сейчас поднимусь! — голос подруги стал по-настоящему угрожающим.

Честное горгулье, и правда же поднимется!

Поправила платье и уже собралась было выйти из комнаты, когда на подоконнике вдруг что-то блеснуло. Прищурилась.

Листок бумаги? Плотная, лакированная. Буквы буквально вытравлены твердой рукой — или станком? Вчера вечером её точно не было. Придавливает бумагу к подоконнику изящный браслет из черненого серебра, украшенный головами то ли змей, то ли драконов. Красивая вещичка. Но здесь я уже научилась ко всему относиться с настороженностью, поэтому хватать вовсе не собираюсь.

Уже собиралась позвать подругу, когда порыв ветра вдруг с грохотом распахнул окно.

А за окном… Сердце бешено стучит в висках, ладони холодеют. Туман. Я никогда не видела туман так близко. Да что там — в эти районы он вообще не приходил!

Туман — бич Города и ужас его жителей. Явление, которое невозможно полнять, но которое разрушает одним своим прикосновением, поглощает целые кварталы.