Невеста для серого волка (СИ) - Марей Соня - Страница 37

— Немедленно отпустите мисс Эвлиш и убирайтесь прочь!

Это был Торн Глоуд собственной персоной. Щурясь нехорошо, как хищный лесной зверь, он направлялся в нашу сторону.

— Вы что, оглохли? Мне ещё раз повторить? — голос его звучал негромко, но повелительно — так, что ослушаться казалось невозможным.

Охотники нехотя расступились, и каждой клеточкой кожи я почувствовала их недовольство. Они, люди из простого народа, на подсознательном уровне ненавидели таких вот Глоудов. Наверное оттого, что многим их поколениям приходилось гнуть спины на богатеев, но в то же время страх перед сильными мира был впитан с молоком матери, именно он заставлял повиноваться и робеть, пряча взгляды. Взгляды, в глубине которых — а я была уверена в этом уверена — тлели угли зависти и бессильной злости.

Да, их было четверо — три рослых плечистых охотника и один щуплый парень, и при желании они могли почесать об Торна кулаки, но последний носил вокруг себя ореол властности и непоколебимой уверенности, словно невидимый щит. Его деньги, его связи и репутация делали этого человека почти неприкосновенным.

— Что вам нужно от моей невесты? — поинтересовался он, оглядывая мужчин по очереди.

Такого они не ожидали, да и я порядком опешила. Одно дело болтовня дяди, а другое — услышать правду из уст Глоуда. Но я не могла не признать, что рада его неожиданному появлению, если бы не он, худо бы мне пришлось. С бешено колотящимся сердцем я сделала шаг в его сторону — это получилось неосознанно, будто тело почувствовало, что этот человек обещает защиту.

— Мы не знали, что это ваша невеста, господин, — буркнул здоровяк с бородой, отводя глаза.

— Это волчья невеста! — взвизгнул Робби с ненавистью, но охотники на него зашикали.

Торн оглядел его, не скрывая презрения, а потом обратился ко мне:

— Они вас не обидели, Розалин? — и пробежался взглядом по пятнам на моём плаще.

— Нет, я просто упала.

— Надеюсь, что так и есть. Впредь будьте осторожней.

Неужели заботу проявляет?

Нет, Рози, не льсти себе. Это беспокойство рачительного хозяина о своём имуществе, не больше. Чувствами здесь и не пахнет.

— Значит, вместо того, чтобы ловить волка, вы средь бела дня пристаёте к девушкам? За это я вам плачу? — вкрадчиво, ну прямо как хищник, заговаривающий жертве зубы, спросил Торн Глоуд.

Тот, что насмехался надо мной, взял слово. Теперь он выглядел не таким уверенным.

— Простите, мистер Глоуд, вчера мы расставили ловушки с приманкой, но кто-то разорил все, кроме одной. В неё угодил какой-то зверь, но ему удалось уйти…

— Конечно, вы не додумались пойти по следам? — продолжал распекать их Глоуд, а у меня внутри всё сжималось от страха за Волчка.

Или мне теперь стоит звать его Эриком? Ладно, повременю, он ведь не дал мне однозначного ответа на мой вопрос.

— В лесу опасно, он проклят. Это все знают, — развёл руками бородач. — Хорошие люди туда не суются…

— Кроме волчьей невесты, — снова влез Робби, испепеляя меня безумным взглядом.

Повисла гнетущая пауза, в течение которой я мечтала провалиться сквозь землю, пока её не прервал голос Торна:

— Трусы, — бросил он и развернулся на пятках. — Нам лучше поскорее убраться отсюда, Розалин. Здесь не слишком хорошо пахнет, — он поморщился как от зубной боли и сделал знак рукой — я, как завороженная, последовала за ним и очнулась только на ступеньке экипажа. Что я делаю? Куда иду с ним?

Увидев моё замешательство, Торн подхватил меня под локоть, буквально затаскивая внутрь. В нос ударил аромат табака и чего-то сладкого, навроде апельсина, оживляя в памяти воспоминания о не слишком приятном вечере.

— Не нужно, я могу сама дойти, мой дом за углом. Благодарю за помощь, мистер Глоуд, — я хотела открыть дверцу, но мужчина удержал ручку, не давая мне этого сделать.

Внутри было невероятно тесно — это заставляло волноваться, будто меня заперли в одной клетке с барсом… Или с волком.

— Розалин, прекратите вести себя, как дитя. В конце концов, мы скоро поженимся, — обманчиво мягко проговорил он, и я осмелилась встретиться взглядом с чёрными омутами его глаз.

Что ж, ладно… Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться и привести мысли в порядок. И, если уж мы с ним сегодня встретились, то грех не поговорить о свадьбе.

- Так, значит, это правда, — больше обращаясь к себе, чем к нему, произнесла я. — Но почему я узнала об этом едва ли не самой последней? Дядя действовал от моего имени, как будто моё желание не значит ничего.

— Вас это обидело? Многие так делают. 

Торн был сама любезность, смотрел, как мне показалось, с сочувствием и пониманием, но я не хотела себя обманывать.

— Обидело ли меня? — хотелось крикнуть: «Да! Конечно обидело!», но он не поймёт. Для него я — не человек со своей волей и целями, а одна из ступенек лестницы, по которой он поднимется вверх. — А как вы думаете?

— Посмотрите на это с другой стороны, Рози, — он вольготно развалился на сидушке, будто его ничто не смущало. — Вы будете под моей защитой и покровительством, ни в чём не будете знать отказа. Это ли не мечта каждой юной девицы — выйти замуж за уважаемого человека?

Он был уверен в своей неотразимости, это читалось в каждом жесте, в осанке, в наклоне головы. Его тёмные волосы лежали с элегантной небрежностью, будто он с утра просто прочесал их пальцами, гладко выбритый подбородок, нос, скулы — все черты его были немного резки, но удивительно гармоничны, будто он был рождён специально для того, чтобы разбивать женские сердца. Снова пришлось признаться перед самою собой, что Торн — видный мужчина, но… это и всё.

Этого мне было мало.

— Понимаете… — начала я как можно спокойней, призывая на выручку всё своё терпение, хотя, если присмотреться, можно было заметить, как дрожат мои пальцы. — Понимаете, я не могу выйти за вас замуж. Я не люблю вас, — и посмотрела на него с мольбой, потому что знала — напором и дерзостью могу разозлить его. Уж лучше искренняя прямота.

А ещё в памяти отчётливо вспыхнуло видение загадочной комнаты, комод со всем содержимым, пьяные раскованные гости.

… он мучает людей?

— Он делает с людьми не больше того, чего они сами желают…

Странный ответ Люси, но надо ли мне знать, что он означает? Ясно одно — такая жизнь не для меня.

Торн усмехнулся беззлобно, как будто своим потаённым мыслям, и сгрёб своими крупными ладонями мои руки. А я не смогла воспротивиться, я была разбита после пережитого, после всех душевных волнений, и не чувствовала себя целой.

— Какое вы ещё дитя, — промурлыкал он, перебирая мои пальцы. — Но я понимаю, вы напуганы, в прошлый раз я повёл себя немного бестактно — уж простите невежду. Но я вас умоляю, при чём здесь любовь? В современном обществе важно то, что супруги могут дать друг другу.

— Но вы могли бы найти другую невесту из знатного рода, гораздо более богатого, чем мой.

— Кажется, мы это уже обсуждали, Рози. Вы меня вполне устраиваете. К тому же, в столице ещё помнят вашего отца, и вашего деда — род Эвлишей когда-то был знаменит, и вместе мы вернём ему былую славу. Но что же вы смотрите на меня такими глазами, будто я вам признался в том, что расчленяю невинных девиц?

«Потому что я не доверяю вам» — подумала я, но вслух сказать ничего не успела — он продолжал:

— Послушайте, может, вы обижены на меня за то, что у нас не было помолвки? Но по закону она необязательна, у нас сразу будет свадьба, там будут все мои друзья из высшего света, а у вас будет чудесное платье и обручальное кольцо. Я заказал самое дорогое, вот увидите.

— Я не продаюсь, господин Глоуд, — я покачала головой и упрямо сжала зубы. Хотела забрать у него свои руки, он подержал немного, смотря на меня прямо и откровенно, потом отпустил и расхохотался.

— А вы мне определённо нравитесь! Маленькая гордячка, — и сверкнул глазами, а мне вдруг вспомнились другие глаза.