Невеста для полковника (СИ) - Ф. Татьяна - Страница 37

— Совершенно верно, Антон Игоревич, — сердце стучало как ненормальное, но голос у девушки внешне был совершенно спокоен. — Разрешите пройти?

Громов внимательно смотрел на Варвару, пытаясь поймать ее настроение, чтобы заранее подобрать нужные слова, но та вела себя так, будто между ними не было ничего, кроме рабочих отношений.

— Не разрешаю, — что ж, давай поиграем. — Вернись на место пилот. Я не для того сюда тащился, чтобы наблюдать в дверном проеме твою удаляющуюся задницу.

Глаза Варвары на секунду блеснули, а губы чуть заметно сжались, но она ничего не сказала. Молча развернулась и так же молча села в кресло.

Поздоровавшись с юристом, с удовольствием наблюдавшим этап притирки в отношениях, возникающий везде и всегда, будь низший класс или элита, полковник сел рядом с Варварой, уставившейся в окно и очевидно планирующей просидеть так всю встречу.

— Что ж, если все в сборе, начнем, — сказал юрист. — Сергей Иванович Савин, оставил вам весьма необычное наследство. Должен сказать, что сам я впервые сталкиваюсь с подобным, но коллеги помнят один такой случай, имевший место быть около пятнадцати лет назад. Это я к тому, что подобный опыт у «ЮрВеста» есть. Так вот, Варвара Ярополковна. Вам оставили в наследство человека.

Варвара медленно обернулась к юристу и непонимающе на него уставилась.

— Поясните, — раздался голос полковника.

— Завещание было составлено около полугода назад, — продолжил Фрост. — Когда от даты завещания до фактической смерти владельца проходит короткий срок, естественно проводится следствие, но медработник «Дельфина» подтвердил, что Савин жаловался на боли в сердце и ранее. Поэтому будем считать, что он умер естественной смертью и как человек порядочный, перед ней привел дела в порядок.

Юрист замолчал, потянулся к графину, налил себе воды и выпил. Возникшая пауза дала возможность хоть как-то переварить странные слова специалиста. Как можно оставить в наследство человека? Что за бред?

— В завещании фигурируют несколько человек, если будет желание, вы сможете ознакомиться с полным текстом.

Он пододвинул к клиентам лист, который был сразу подхвачен полковником. Так, три сотки земли в Грязевке какому-то Василию Петрову в счет карточного долга, холодильник Марь Иванне за то, что смотрела за сотками, пять тысяч из холодильника соседу Арсению. За что — не сказано. Последней в списке значилась Варвара и ее приобретение — Андрей Сергеевич Савин, двенадцати лет от роду.

— Это шутка? — вырвалось у Варвары.

— Ни разочку, — ответил Фрост, выкладывая перед ней документ об опеке. — Вам даже ежемесячное пособие положено — шесть тысяч сто девяносто девять рублей.

Громов разразился смехом, громким, заразительным и совершенно неуместным в данной ситуации.

— Не думал, что юридическая компания будет заниматься подделкой документов, — отсмеявшись, сказал полковник. — Дайте сюда. Где ее подпись?

Бегло осмотрев два распечатанных на простом принтере листа с подписями и печатями, он передал их Варваре.

Но стоило той взять договор об опеке в руки и присмотреться к «своей» подписи, как она отчетливо поняла — ее. Это ее подпись. И она помнит, как ставила ее. Частично, урывками, как будто происходящее тогда было скрыто в памяти туманом. Не алкогольным, не наркотическим, нет. Как будто написанное пытались стереть старым ластиком, и он, честно пытаясь выполнить возложенную на него задачу, оставлял серые неприятные следы. Так и воспоминания как будто были подтерты чем-то.

— … с разведкой! Триста двадцать седьмая УКа!

Варвара словно вынырнула откуда-то, подхватывая лишь последнюю фразу полковника. Фрост, тем не менее, держался спокойно и словно просто ждал, пока клиент выговорится.

— Я вас понимаю, но есть свидетели…

— В ж… свидетелей! Триста шестая УКа! Да вы у меня здесь….

— Где мальчик? — громко спросила Варвара.

— Отсюда недалеко, — с облегчением отозвался юрист.

Все-таки, каким бы ты профессионалом не был, моральное давление действует на всех без исключения, можно внешне лишь сохранять спокойствие или нет.

— Что будет, если я откажусь от опеки? — спросила Варвара.

— Варианта два: детский дом, который вам известен, или отключение, — ответил Фрост.

— Что значит отключение? — нахмурилась девушка.

— Мальчик находится в коме уже более года. Автомобильная авария. Мать погибла. Врачебная комиссия уже два раза принимала решение об отключении, но Савин даже из-за стенок тюрьмы находил деньги и отправлял на счет частной клиники. Фактически завтра срок оплаты заканчивается и мальчика отключат от системы поддержания жизнедеятельности. Потом его переправят в детский дом, но там нет соответствующего оборудования. Так что если не вы…

Фрост развел руки в сторону, давая понять, что оба варианта равнозначны по результату. Варвара закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь осознать то, что многотонным грузом сейчас легло на ее хрупкие плечи. Она убивала, и убивала не раз. Но сейчас….

— Ты же не собираешься…, - начал Громов.

— Давайте бумаги.

Размашисто подписавшись, Варвара встала и направилась к выходу. Когда за ней захлопнулась дверь, Фрост опомнился.

— Вот, еще передайте ей это, — и вручил озадаченному скорее реакцией девушки, чем собственно видом наследства, полковнику запечатанный конверт.

Она стояла на улице и смотрела куда-то вдаль, а когда Громов подошел поближе, попросила сигарету.

— Забавно, — выпустив в воздух поток дыма, сказала Варвара. — Я думала, у меня никого нет.

Громов напрягся, чувствуя нутром дистанцию, на которую девушка от него отдалилась.

— Варя…

— А у меня оказывается брат есть.

— Варь.

— Но такая семья все-таки лучше, чем…

Она замолчала, потому что из-за угла вылетел черный автомобиль и с визгом затормозил рядом. Выскочив из машины, знакомая улыбающаяся красотка, сделав вперед несколько шагов, полезла обниматься. Но не с Антоном, а с Варей. Опешившая девушка, у которой вырвали тлеющую сигарету и бросили в кусты, была стиснута в стальных объятиях и частично схвачена за мягкие ткани. Те самые, в которые делаются уколы внутримышечно.

— Антош, не учи девочку плохому, — пропела красотка, чуть отстранившись и с аппетитом разглядывая лицо Варвары. — Прости дорогая, не хотела тебя обижать. А целовала этого негодяя по привычке.

— По привычке? — переспросила Варвара, находясь немного в шоковом состоянии.

— Да так, — махнула красотка рукой, словно это была совсем незначительная деталь, абсолютно не стоящая внимания. — Со студенчества осталось.

И так же смачно поцеловала Варвару, как сделала это тремя часами ранее в аэропорту.

— Мария, можно просто Маша, — наконец остановившись, томно произнесла девушка.

И Варвара поняла, почему Громов никак не сопротивлялся. Это было попросту невозможно. Губы, сладкие словно мед, аромат легких цветочных духов и голос… Варвара отступила на шаг назад и наваждение схлынуло.

— «Мерцание звезды»? — спросила она.

Красотка сложила руки на груди и подозрительно сощурила глаза.

— Откуда знаешь? — быстро задала вопрос.

— Были учителя, — пространно ответила Варвара.

Вдруг прямо перед ее лицом выросла мужская спина и заслонила собой от «просто Маши», применившей на ней специальную технику, о которой Варвара знала не понаслышке.

— Машка, прекрати сейчас же, — Громов отчего-то сильно разозлился.

«Мерцание звезды» это комплекс различных факторов воздействия на внимание человека с целью полного сосредоточения на одном объекте. Особенный взгляд, низкий голос, притягательный аромат и нужные эмоции на лице. Техника, требующая многолетнего оттачивания. Ей учат женщин, чтобы с ее помощью лишить самоконтроля мужчину и полностью его подчинить на короткое время. Для чего? Для разных целей. Иногда для простого физического расслабления. Чаще для овладения каким-либо имуществом. Реже для соблазнения, все-таки техника действует только на очень близком расстоянии. Очень редко для убийства.