Орки (СИ) - "Урук Хромой" - Страница 156

Для провинции Аллейн приход Карлукской бригады и воинов Дома Близард тоже стал предметом широко известного и постоянно расширяющегося эпоса. Описания этого похода, сражений на пути к провинции. Встреча с наместником, пиры, турниры и сама стройка постепенно превратились в события глобального масштаба и обросли множеством приукрашений и красочных описаний. В общем-то классический вариант появления новой династии и начинается с этого похода по воле Государя на помощь его родственнику, якобы близкому родственнику.

Но если оставить пустословие, то это событие оставило множество следов после своего ухода. Инженеры-гномы, соскучившиеся по неформальной работе, отвели душу на всю ее широту. Оказавшись вдалеке от командования, они попутно с постройкой им порученного в большей части по собственному почину сделали еще огромный объем работ на благо Провинции.

Имея в подчинении полторы тысячи рудокопов с копей Риардана, гномы быстро организовали работы по постройке резиденции, добавив к ним еще пару тысяч не всегда добровольных помощников и разбившись на поисковые партии, разбежались по новому краю.

Именно только их заслуга в создании более-менее внятной карты провинции с указаниями самих земель, лесов и рек, организация первых дорог и места постройки первых кордонов Егерей. Именно по их указаниям на наиболее подходящие места были начаты постройки всех городов провинции и перенесены в лучшие места стихийно организовавшиеся. Найдя же входы в копи Дымных гор, гномы вообще потеряли покой. Именно тогда и заложились основы Ордена Егерей, именно тогда он из добровольной дружины фанатиков и энтузиастов начал превращаться в то, чем он сейчас является. В его создании поучаствовали и эльфы из пришедших сотен. Воины, за прошедшие годы мирной жизни успевшие соскучиться по привычному делу, по собственной инициативе прошли на много дней пути в глубь Степи, оставив после себя свободные от давнишних жителей земли и заслужив в эпосе кочевников названия стальной смерти.

Вернувшись из похода и узнав, что в горах живут орки, и что они уже умудрились угробить партию самых упорных гномов, попытавшихся забраться вглубь их Бооргузов, эльфы отозвали остальных. Гномам объяснили, для чего они здесь, и озадачили особой работой. А эльфы провели первую чистку Приболотья и ущелий Дымных гор. Отметив, что орки уже не те, и охота на них больше подходит для людей. Выполнение вновь поставленной работы заняло еще год, и бригада ушла в метрополию, где по слухам и была расформирована. Это год считается в истории Аллейн ключевым и переломным в создании провинции.

Год эльфы устраивали турниры, балы, охоты и музыкальные состязания, ознакомив новую аристократию провинции с достижениями цивилизации и культуры, посеяв желание приобщиться и море подражателей. Попутно сильно разбавив кровь и создав специфичный вид у большей части следующего поколения аристократии провинции. Нравы недавнего фронтира были просты и незамысловаты, и после пары-тройки скандалов и даже убийств Наместник, и сам имеющий немалую долю эльфийской крови, одним эдиктом узаконил и уровнял в правах всех детей, имевших таких отцов. Большая часть из них и так не была забыта их отцами, приславших приданое и грамоты о признании отцовства по кодексу для полукровок. Со временем все утряслось и устоялось, и теперь наличие заостренных ушей воспринималось, как символ древнего происхождения и аристократичности.

Сейчас результат выполненных особых работ хранился в одной из самых дальних зал резиденции. Несмотря на годы и годы, как этим подарком не пользовались, охраняли его все также неусыпно. Не умея им пользоваться, уход и охрана была прописаны в обязанностях Наместника, и пока ничего менять не собирались.

Сейчас на страже стояло двое гвардейцев князя. Уже хорошо пожившие и повоевавшие, судя по шрамам на лицах и отсутствию части пальцев. Такие, как они, уже давно должны были сидеть дома и рассказывать восхищенным внукам о своих прошлых подвигах. Но они стояли на страже и несли на себе полный комплект вооружения гвардейца, слегка потрепанный и старомодный. Стояли они на страже, вольготно развалившись на ступенях, ведущих к широком гранитному основанию портального стола. Стоявшие по четырем сторонам света пилоны с вделанными в них кристаллами уже потускнели и были покрыты легкой пылью. Все в этом зале говорило о том, что им давно не пользовались и наводят здесь порядок уже только по привычке. Портальные переброски живых существ и предметов широко использовались во время войны, позволяя быстро реагировать на возникающие угрозы, и были просто незаменимы для связи с обширными и далекими пределами Империи. Но затраты не считаемые во время войны, ощутимо били по бюджету страны, только-только начавшей приходить в себя от военных невзгод и разрухи. Портальная связь еще какое-то время поработала за счет немногих богатых структур и заказчиков, а потом для магов, обслуживающих эту систему нашлось много другой, более прибыльной, а главное, постоянной работы. А по прошествии нескольких десятков лет стало и некому управлять порталами. Жизнь человеческая коротка и даже маги не могут надолго продлить свой век. Академия выпускала новых специалистов в востребованных областях и портальные переносы стали уделом редких фанатиков данной отрасли и немногих из уцелевших магов былой выучки теперь уже распущенной Военной Академии Минзарара. Военные невзгоды сильно подкосили здоровье большинства военных магов, десятилетиями истощавших свои ментальные возможности запредельными нагрузками во имя победы. И большинство из них, быстро выйдя на покой по состоянию здоровья, тихо поперемерли в своих поместьях. Немногие порталисты состояли на службе региональных аристократов и наместников, в один момент ставших почти суверенными владыками. Эльфийские порталисты, живущие, как известно, гораздо больше, не спешили брать на себя бремя поддержания и расширения сети порталов, пользуясь по необходимости той, что есть. И с успехом выполняя за баснословные деньги немногие заказы.

Вот и сейчас гвардейцы сидели в единственном, как было известно, портальном зале провинции Аллейн. Теперь уже вассальном княжестве того же имени. Пожилые вояки коротали часы своей службы за неспешной болтовней, тем не менее чутко прислушиваясь к звукам из коридора, дабы не пропустить проверяющего, такого же пожилого десятника Ральфа.

Все остальные воины гвардии сражались в войске во главе с сыном Наместника, пытаясь остановить и отбросить кочевников. Пока получалось не очень, и столица княжества был переполнена беженцами. Призванные из запаса воины взяли на себя функции охраны резиденции и поддержания порядка в столице.

- Твой-то как? - один из воинов, зевнув, потянулся, звякнув кольцами кольчуги и поставив поудобнее ногу, неправильно сросшуюся еще во времена его молодости. Его собеседник, кряжистый, до сих пор могучий старик в пластинчатом доспехе на мгновение прекратил наводить блеск на лезвии своего меча и, подумав, тряхнув когда-то соломенно-желтыми волосами, прогудел.

- Слава Светлым богам, выздоравливает, на неделе приходил фру Стайрус, осмотрел его и заверил, что все хорошо. Парень-то мой молодой, сильный, и довезли его быстро. Так что не помрет. Еще недель пять дома побудет, а там в лагерь пока, рекрутов гонять.

После чего снова вернулся к прерванному делу, посмотрев как он любовно обхаживает меч, напарник незаметно и сочувственно вздохнул. У старика не хватало двух пальцев на правой руке, мизинца и безымянного, и мечником он был только по списку. Если с копьем он еще что-то мог, то меч был только частью форменного снаряжения.

Оба одновременно прислушались, готовые вскочить и, помедлив, вновь расслабились, понимающе кивнув друг другу. По коридору все ближе зашлепали неуклюжие ноги и в зал ввалился бессменный подметальщик этого крыла резиденции Ликум. Кривоногий и чернявый южанин, неведомыми путями много лет попавший сюда и здесь застрявший на этой должности, давно уже стал частью самой резиденции. Его почти не замечали, про него помнил распорядитель резиденции и казначей, его знали на кухне и гвардейцы охраны. Последние особенно любили подшутить над недалеким и неуклюжим южанином. Когда-то черная и буйно кудрявая, а сейчас серая и поредевшая шевелюра. Всегда чистая одежда и совсем новый форменный передник с гербом князя. За собой он тащил небольшую тележку с инструментами и что-то невнятно напевал. Войдя в проем входа, он, все также меланхолично бурча, пошлепал к столу и остолбенел, выпучив глаза.