Зверь - Гуляева Евдокия - Страница 4

Мысленно я уже выбирала себе смерть. Я очень боюсь боли. Боли и крови, поэтому нож – не вариант. Можно было бы незаметно, пока нас будут выводить на сцену, схватить что-то острое с соседнего столика. Может, если не для себя, то это послужит хоть какой-то защитой?! Так спрятать негде. На мне, кроме напяленной ранее тряпки, ничего нет.

Начала разглядывать вновь пришедшего Зверя. Как я поняла из тех же разговоров, он не простой гость. Важный для хозяина этого заведения. Может быть, он поможет мне отсюда выйти?! Ну если я по–честному расскажу, что я попала сюда абсолютно случайно! Надежды на чудо рухнули, когда я увидела, как к нему подошел Сергей. Пожали руки, и Сергей жестом показал официантке, что стояла рядом, чтобы подошла и Щербатому, пора начинать.

Нас вытолкали на сцену. Мужчины в зале заулюлюкали и громко засвистели. Отовсюду посыпались пошлые шуточки и реплики. Противно. Противно до тошноты. Я чувствовала себя как на арене цирка; голая, подсвеченная светом ламп, когда ты стоишь и никого не видишь от света софитов, бьющих по глазам. Слышен только звук аплодисментов и голоса зрителей: шум, который постепенно, как ком нарастает в гул. Страшный гул из голосов прямо в голове! Я закрыла уши руками, но сразу же получила хлесткий удар прямо по пальцам.

– Отпусти руки, сказал, – крикнул мне на ухо Щербатый. – Не привлекай внимания. Может, достанешься мне за бесценок.

Я стояла и пыталась разглядеть улюлюкающую публику. Как проходит этот аукцион? Неужели как в кино, с табличками и выкриками сумм, как в Сотбис. Или нас заставят раздеваться и каждому присвоят свой лот?! Но нет… Ничего не происходило, и казалось, что мы так и будем стоять здесь вечно. Только шум голосов нарастал и официантки бегали между столами, собирая маленькие записки. Наверное, со ставками, – решила я.

– Всё! Сошли вниз! – прикрикнул на нас Щербатый.

И это всё?! Не прошло и двадцати минут, а я думала, что это будет долго… Но нет, нас стали разбирать мужчины и отводить к новым хозяевам. Первых трех забрали сразу, а мы с подругой по несчастью так и стояли, прижавшись друг к другу.

– Как ты думаешь, – шепнула мне она на ухо, – кто меня купил? Я бы очень хотела, чтобы кто-нибудь повлиятельнее. Лучше бы тот Зверь-красавчик.

– Как ты можешь думать о таком сейчас! – зашипела я ей.

– Нужно учиться разбираться в сложившейся ситуации, и уж если мне суждено попасть в постель и стать секс-игрушкой, то я бы выбрала такого, как он.

– Какого, такого… – договорить ей я не успела, потому как ее сильно дернули за руку в сторону вип-ложи Сергея.

Как видно, забрал кто-то из его знакомых…

– Конечно, – глядя ей в след, думала я. – Ноги от ушей, точеная фигурка, грудь третьего размера!

Сергей сделал подзывающий знак рукой.

– Пошла, быстро, – усмехнулся Щербатый и толкнул меня в спину.

– Только не туда, – молила я. – Прошу, но ведь не может же мне так катастрофически не везти!

Идя между близко стоящими столиками, я незаметно все-таки смогла ухватить руками нож для стейков, лежащий на краю, рядом с тарелкой. Темнота и скользящие лучи в клубе лишь сыграли мне на руку. Я крепко зажала его в кулаке, держа прямо за лезвие ручкой кверху – поэтому его не было заметно с внутренней стороны руки – и прижала руку к складкам платья. Благо оно на мне болталось, как безразмерный мешок. Нож придал мне уверенности. Я ни за что не расстанусь с ним! Либо убью себя на глазах у всех этих недолюдей, либо найду какой-нибудь выход. Я же хотела попросить его меня отпустить! Может это мой шанс!

Подошла. Глаза в пол. А потом подняла взгляд прямо на него и задохнулась. Нет, не от красоты, как в романах и как вы могли подумать, а от страха. Стояла, дрожала и вдохнуть боялась!

«А вдруг, меня ему отдадут. Вдруг, это он купил!»

– Вот сижу до сих пор и думаю, кому эта «красота» достанется, – протянул Сергей, явно шутя. – И выбросить жалко, и самому не нужна. Видно же, что проститутка из нее ну никакая! – вздохнул.

– Может, я тебе ее отдам, а, Александр?

– На х… она мне нужна?! У меня баб и так хватает, – сказал, как отрезал тихим баритоном Зверь. – Я приехал к тебе о деле поговорить, мы с тобой, Серёж, все решили. Хотите с бля…ями забавляться, так это без меня. Ты же знаешь, я в девках не нуждаюсь.

Стою, зуб на зуб не попадает. Может, отпустит?!

– Забери себе, может, завтра кому продашь, – продолжал Зверь, даже не посмотрев на меня!

– Саш, от подарков не отказываются.

– Понимаешь, Серёж, не нужна она мне, даже даром.

– Ну так если не нужна, – заголосила я, – отпустите меня пожалуйста! Ведь я сюда случайно! – аж захлёбываться начала.

Слезы потекли градом! Ведь обидно до боли! Ведь действительно случайно! Не слушают, даже внимания не обращают!

Я еще сильнее сжала в руках нож и поняла – это конец. Либо я сейчас выйду отсюда одна, свободной, либо останусь тут. Замертво. По пальцам побежала кровь, горячая, липкая, тихонько капая на пол. А я сжимала кулак все крепче, как мою последнюю спасительную надежду. Резкий бросок, и я прыгнув, приставила нож к шее Зверя. Все замерли. Секунда, и я от хлесткого удара лечу напротив, ударяясь о стенку вип-зоны. Падаю с дивана прямо на пол и зажимаю рот ладонью. Больно! Жутко больно…

Ко мне подбегают рядом стоящие охранники и начинают пинать. Я сразу свернулась в позу эмбриона, ожидая дальнейших ударов. Это все, конец. Меня сейчас забьют до смерти…

– Хватит, – тихий голос, как удар хлыста, буквально отразился от стен. – Хватит с нее. Серёж, забери эту бл…дь. Не нужны мне такие сюрпризы.

Резко встал, отряхнул, казалось бы, пылинки, которых и не было, с плеча, и вышел из випа.

– Назад ее, – расстроенно вздохнул Сергей. – Не трогать, не бить. Я решу сам, что с ней. Позже.

Очнулась я уже в камере. Не той, где нас держали, но очень похожей, меньшей. Ребра ужасно ныли от пинков охранников, губы разбиты хлестким ударом. Свернулась на полу калачиком и заплакала. Ревела от безвыходности, безысходности. Порезанная кисть болела ужасно. Оторвала кусок подола и, как могла, замотала порез грязной тряпкой. Время тянулось невыносимо медленно, я хотела есть, пить, спать, помыться наконец. Мне было так страшно лежать здесь в темноте на ледяном полу и ждать… А ждать, в общем-то чего?!

«Смерти…»

Дверь открылась с тихим скрипом, и под потолком зажглась одинокая лампочка, скудно освещая помещение. Я вся сжалась в комок.

«Кто еще?»

– Ну привет, Рыжуля, ждала? – прохрипел Щербатый, заходя в помещение и прикрывая за собой дверь.

Я заметила, как он поставил какое-то ведро у входа.

Подойдя ко мне ближе, протянул руку к моему лицу, пальцами прикасаясь к моей щеке. Я лишь плотнее стиснула зубы, чтобы не заплакать, не начать его умолять не трогать меня… Я пыталась сбросить его руку, каждая секунда нашего соприкосновения отбирала у меня силы. Я ощущала себя еще более грязной, после его легкого касания. Четко понимая, что ничто не сможет спасти меня от его грязных лап, я вздернула подбородок вверх, упрямо посмотрев на него.

– Шеф запретил к тебе прикасаться, но попросил позаботиться, накормить и вымыть. Я решил сделать тебе подарок, поэтому мыть тебя буду я, упрямая моя…

С этими словами он опустился передо мной и, намочив мочалку в принесенном ведре, набрал в нее побольше воды. Я хотела сказать что-то в знак протеста и своей защиты, но не успела. На мою щеку опустился удар, а затем новый удар. Грубая мужская ладонь давала мне пощечину за пощечиной.

Щербатый не мог остановиться, упиваясь картиной того, как моя голова раскачивается из стороны в сторону, а разум не имеет возможности прийти в себя.

– Держи, потаскушка. Я сейчас тебя хорошенько помою. Упрямая… Что ты возомнила о себе, кривясь от моих прикосновений?! – Из кармана он достал наручники и сцепил мои руки за спиной, в то время как я отходила от его сильных ударов.

– Ты еще пожалеешь об этом! – тихо застонала я. – Если еще хоть пальцем меня тронешь… Я Сергею расскажу! Я ведь слышала, что он приказал тебе!