Крестная дочь великого инквизитора (СИ) - Черненькая Яна - Страница 50

— Вот… - кто-то кулем повалился на пол. - Что ты сделала?! - раздался из темноты голос Лоренсо, в котором звучала самая настоящая ярость. - Прости, я срочно должен уйти. Это невыносимо. Дальше сама.

Барон исчез, даже не попрощавшись. Вскоре звук его шагов удалился и стал неразличим. Кара недоуменно смотрела в темноту, но не было видно ни зги. Наконец, она попыталась встать. Положила руку на каменный пол и вляпалась в какую-то липкую теплую лужицу. Только сейчас она сообразила, что сжимая фибулу в руке, потеряла много крови, хотя, казалось бы, как крошечный укол может дать подобный эффект? Неудивительно, что Лоренсо оказалось непросто находиться рядом с ней.

— Эй… вы живы, преподобный? - несмело спросила Кара.

Рядом раздался стон, но на ее вопрос никто не ответил.

— Сеньор Максимилиан, очнитесь, нам нужно уходить, - девушка на ощупь нашла голову пленника, ущипнула его за щеки, потом как следует ударила. - Очнитесь! Ну! Вы инквизитор или кто?

— Кто… вы…

— Самое время знакомиться, - возмущению Кары не было границ. Она и так в любой момент могла потерять сознание, так еще и преподобный теперь оказался на ее попечении. - Вставайте, сеньор, если хотите жить. Я сейчас не в том состоянии, чтобы тащить вас на себе. И, честно признаюсь, никогда в жизни не ощущала в себе способности таскать мужчин. А это означает, что либо вы пойдете вместе со мной, либо останетесь здесь.

— Да… я… да, - забормотал мужчина. Судя по звуку, он попытался подняться, но сразу повалился на пол.

— Не можете встать, попробуйте ползти. Меня саму скоро тащить понадобится. Тоже поползу, наверное. Так и будем… ползти, - девушка почти истерически захихикала и по стене начала пробираться ко входу в коридор.

- Ах, да, имейте в виду, что тут небольшая галерейка, а вниз лететь далеко. Слева коридор, куда мы и направляемся. Сделайте усилие, затащите туда свое бренное тело, - Кара пыталась шутить так, как это делал Тано. Получалось не очень, но страх немного отступал, и самочувствие как будто улучшалось. Помогали даже глупые шутки. “Когда человек при деле, бояться ему некогда” - будто наяву услышала Кара голос Себастьяна. Испуганно притронулась к фибуле - та была чуть теплая, холодом от нее уже не веяло. Убедив себя в том, что это хороший знак, девушка, чудом не разбив себе голову о невысокие потолки, пробралась в коридор. Преподобный, похоже, решил полежать, потому что характерного шума или шороха слышно не было. Кара задумалась, в уме перебирая все вещи, которые взяла с собой. Ничего подходящего не было. Даже нюхательную соль она не взяла. С трудом вернулась обратно. Чуть не наступила на преподобного. Он как лежал, так и лежал. Кара даже не подозревала, что знает такие слова. Ругаясь так, что, пожалуй, даже Себастьян бы покраснел, если б слышал, девушка попыталась протащить мужчину по полу - без шансов. Тогда она начала бить его по щекам - отбила руки, результата никакого. Вспомнила, как няня учила уши растирать. Приступила к делу.

Трудно сказать, что в итоге помогло, но пленник начал подавать признаки жизни. Кара еще немного потрудилась и сеньор Макс изволил очнуться. К этому моменту девушка его почти ненавидела и очень хотела оставить на произвол судьбы, тем более, что ей самой было плохо и больше всего на свете хотелось лечь и заснуть. Можно даже прямо на полу. Но страх за Себастьяна не позволял пойти на поводу у слабости. Пожалуй, это было из области иррационального, но даже логические доводы, что она не лекарь и, в случае чего, помочь не сможет, не имели для нее никакого значения. Просто она нужна Тано и должна быть с ним.

— Поднимайтесь, преподобный, я не смогу вас нести на себе, но могу помочь идти, - шипела она. Сил на то, чтобы поднять Максимилиана с пола, у нее не было, но каким-то чудом ей удалось поднырнуть под его руку и, изо всех сил напрягая спину, она все же смогла заставить этого неподъемного мужчину встать. Шатаясь из стороны в сторону и рискуя упасть вниз, она все же добрались до перехода и стало чуть проще. В том смысле, что в узком и тесном коридоре можно было прислоняться к стенам и отдыхать. Идти пришлось вверх, кое-где даже приходилось одолевать ступени. И вообще заметно было, что этот проход был освоен людьми. Это давало некоторый шанс на спасение. Они шли очень медленно. Иногда Каре казалось, что она потеряла зрение - темнота была непроглядная. С каждым шагом есть и пить хотелось все сильней. И она не имела никакого представления о том, сколько сейчас времени. Просто шла, машинально переставляя ноги и думала: “Сейчас еще два шага и упаду. Еще два шага. И еще два шага”.

Когда они уперлись в тупик, Кара решила, что все кончено, но неожиданно Максимилиан зашевелился и даже заговорил.

— Это... дверь. Холод идет… Помоги, - с помощью девушки он подошел к каменной плите, преградившей им путь, пошарил руками. Тяжело дыша, поднялся на цыпочки. Потом провел рукой по боковым стенам. Удовлетворенно хмыкнул. Отдышался, а что-то потянул и на что-то надавил. Кара ахнула. Они оказались в часовне, где несколько дней назад повенчали их с Себастьяном. Через узенькое оконце лился слабый лунный свет. Вполне достаточный, впрочем, чтобы узнать помещение.

— Тут безопасно. Останьтесь до утра, - распорядилась Кара.

Преподобный устало опустился на лавочку.

— А вы?

— Мне нужно вниз. Нельзя, чтобы меня считали погибшей.

— Сейчас около полуночи… Уйдете - станете погибшей, - Максимилиан задрал голову, пытаясь отдышаться после слишком длинной фразы.

— Не стану. Оставайтесь здесь, - не дожидаясь ответа, Кара развернулась и, спотыкаясь, побрела по знакомому маршруту к выходу из замка. Предстояло еще спускаться вниз. И оставалось только молить Бога, чтоб ее не выследил кто-нибудь из вампиров. Преподобный говорил правильно - следовало обождать в часовне до утра, отдохнуть, но предчувствие неотвратимой беды толкало Кару в спину, заставляя совершать очевидную глупость.

Глава 19. Навстречу судьбе

Ночью, ближе к полуночи, Себастьян неожиданно очнулся. Открыл глаза, попытался подняться, но со стоном опустился обратно на шкуры, которые заботливо набросали на мягкий и теплый лапник.

Монсеньор, по-прежнему сидевший рядом с ним, тотчас поднес к его губам флакон с маковым настоем. Себастьян отвернулся.

— Нет, - ответил он. - Позовите Кару.

— Она спит.

— Разбудите, - голос оборотня звучал почти твердо.

— Тано...

— Где она? Ее нет здесь.

— С чего ты…

— Ее здесь нет, - упрямо повторил Себастьян. - Если бы она была здесь, то находилась бы рядом. Где Кара?

— Ты так в ней уверен...

— А вы - нет?

— Тано, мне очень жаль.

— Что… жаль? - оборотень закрыл глаза и сжал челюсти так, что заходили желваки под кожей.

— Она осталась в пещере.

— Как… осталась? Она была с Мартином и Роберто.

Кусая губы, Себастьян сел на шкурах. Его лицо побелело от боли.

— Она сбежала от них. Бросилась к тебе, как мне говорили.

— Ее не было рядом. Я бы знал.

— Меня там не было. Сужу лишь по докладам.

— Роберто! - заорал Себастьян. В его голосе слышался нешуточный гнев. Шуметь рядом с обителью вампиров было глупо, но, похоже, ему было на это сейчас наплевать.

Поглядев на виноватое лицо подчиненного, Тано сжал кулаки.

— Как она погибла?

— Я не знаю, - покачал головой Роберто. - Она просто сбежала.

— Она бежала к тебе. Я пытался догнать, но глыба упала и… - сказал подошедший следом Мартин, показывая на обмотанную тряпкой голову.

— Как. Она. Погибла?! - с нажимом повторил Себастьян, делая ударение на каждом слове.

— Мы не знаем. Этого никто не видел, - признался Роберто.

— Значит, она могла уцелеть.

— Мы пытались разгрести завал. Это невозможно. И за неделю не убрать. Себастьян, ее больше нет. Смирись, - тихо сказал монсеньор.

— Она может ждать нас там… В темноте...

— Тано. Выпей, - оборотень посмотрел на протянутый ему серебряный флакон и выбил его из руки великого инквизитора.