Крестная дочь великого инквизитора (СИ) - Черненькая Яна - Страница 41

Пол был устелен изуродованными телами людей и вампиров. Все только по ее вине. Если бы ее здесь не было, они наверняка бы выжили. Кара зажмурилась, вытащила из-за пазухи срезанные цепочки с крестиками, положила их в мешочек у пояса, туда же отправился и медальон Фабиана, не спасший ни своего хозяина, ни ее. Потом посмотрела в сторону алтаря. Там стояли люди, которым еще можно было помочь. Кое-как поднявшись, девушка пошла к ним. Она боялась, что ее станут проклинать, но одна из женщин упала перед нею на колени. Остальные повторили этот жест. Они что-то говорили, называли ее спасительницей, но от этих слов Каре еще больше хотелось умереть. Эти люди не понимали, что их родные погибли по ее вине.

— Пойдем отсюда, - словно со стороны услышала Кара свой голос. - Вам не нужно здесь находится. Уже светает. Эту ночь вы пережили. Выводите детей, только глаза им прикройте.

Стараясь не наступать на мертвые тела, спасенные люди добрались до выхода из церкви. Во дворе клубился предрассветный туман. Было почти светло.

— Берите лошадей, телеги и уезжайте отсюда. Лучше в Галату. Найдете убежище в монастыре. Там вы будете в безопасности.

Кто-то остался с детьми, кто-то побежал выполнять это распоряжение. Одна немолодая женщина подошла к Каре и робко тронула ее за руку.

— Тебя укусили. Но ты не торопись сдаваться. Хочешь, мы укроем тебя от инквизиции? - сказала она, преданно глядя на девушку серыми глазами со смешливыми морщинками в уголках. - Мы ведь знали про сеньора Антуана. Почти все знали. Но ведь вампир вампиру тоже рознь. Семья де Скорси верой и правдой хранила эти земли. А нам хоть вампир, хоть колдун, а хоть и еще какая нежить - был бы хозяин добрый и справедливый. Бароны Скорси никогда не бросали в беде своих людей. И люди не бросят их в беде. Вампирам пить кровь из горла без надобности. Нужно им не так уж много. Потому сеньор Антуан никого не убивал. По-доброму попросил, мы по-первой и делились с ним кровью. Кидали жребий, а то и сам кто вызывался. После придумали лиходеев для еды использовать. Ты своих инквизиторов-то не слушай - в подземье у сеньора Антуана простых и честных людей не было - сплошь душегубцы, по кому виселица давненько уже плачет. Ты спасла нас, защитила наших детей. Бедный сеньор Лоренсо любил сеньориту Кару. Мы не дадим тебя в обиду. Идем с нами. Мы не выдадим, а крестам скажем, что тебя вампиры утащили или медведь тот ужасный.

— Какой медведь?.. - прошептала Кара, понимая, что вот теперь уже точно все для нее закончено.

— Тут медведь был. Страшный. Огромный. Он спас Санчо и Козимо. А потом хотел вас убить. Но только почему-то не убил. Знаете, странно все это, но зверь как будто оплакивал вас. Он так ревел, так ревел. Поднял лапу, хотел разорвать вас на части - не смог. Так и ушел. Может быть, сеньорита, вы вовсе святая? А святым укус вампира не страшен, и зверь лютый святых не трогает.

— Уезжайте отсюда. Пожалуйста. Оставьте меня, - Кара села прямо наземь. Сил у нее не было. Сейчас нужно было просто набраться смелости и принять свою судьбу. Фабиан правду говорил - бывают случаи, когда уже ничего сделать нельзя.

— Поедем с нами, сеньорита. Поедем! - попытались ее уговорить спасенные люди, но девушка только головой покачала.

— Езжайте, - приказала она. - Езжайте.

Глава 15. Жизнь продолжается

Поднималось солнце. Кара вышла на стену. Совсем недавно она вместе с Лоренсо любовалась отсюда чудесными видами, а там, на крыше донжона, Себастьян в первый раз поцеловал ее. И все были живы. Еще вчера. И замок, такой красивый и уютный, не был покинут своими обитателями. Там, в спальнях, еще лежали вещи. Висели картины по стенам. Скоро сюда сбегутся мародеры. Растащат все. Оставшись без хозяев, постепенно начнут рушиться башни, стены. Саградо-Корасон перестанет существовать. Пройдут годы и люди забудут о баронах де Скорси. Жизнь потечет своим чередом. Останутся разве что добрые сказки про благословенное прошлое и страшные сказки про судьбу исчезнувшего рода. Еще быстрее исчезнет маленькая уютная усадьба неподалеку от селения Орте. Угаснет род де Кардона и о нем вряд ли кто-то вспомнит. Разве что только слуги и то… Крестный останется один. Себастьян… Кара знала, что он ненадолго ее переживет. Тано видел ее, видел, что случилось и уже все понял. Он ушел, когда понял, что не сможет убить Кару. Наверное, больше не вернется.

А она, глупая, верила, что все еще можно исправить...

Там, внизу, текла река, шумели деревья.

Шаг навстречу ветру, другой. Кара застыла на самом краешке зубца. Одно неверное движение, и все будет кончено. Если не хватит храбрости, нужно лишь дождаться, когда ноги устанут, закружится голова. Это почти не самоубийство. Почти не грех. Несчастный случай.

Она не услышала его шагов. Не почувствовала его присутствия. Кара даже испугаться не успела, когда сильные мужские руки приподняли ее за талию и поставили на пол, подальше от края. Девушка подняла голову. Перед ней стоял Себастьян. Стоял и молчал.

— Ты все знаешь, - проговорила Кара.

— Знаю, - голос Тано звучал ровно, но безжизненно

— Зачем ты здесь? Почему не в Грассе? Как там?

— Все хорошо. Моя свора немного пошумела, но, кроме этого, все было тихо. Я почувствовал, что с тобой случилась беда. Но опоздал.

— Это моя вина. Только моя.

— Какая разница, чья? - пожал плечами Себастьян. - Твоя или моя, или де Скорси, который не смог… - в голосе Тано зазвучал с трудом сдерживаемый гнев.

— Он сделал все, что было в его силах и даже больше того, - заступилась за Лоренсо Кара. - Он отдал за меня жизнь. И не его вина, что этой жертвы не хватило. Зачем ты остановил меня? Я почти решилась.

— На что решилась? Совершить один из самых страшных грехов? Может я и буду гореть в аду, но не хочу, чтоб ты оказалась на соседней сковороде.

— Ты сам сделаешь это?

— Да. Но не сейчас. У нас есть еще два дня.

— И что они нам дадут?

— Ничего. Но это будут два дня нашей жизни. Два дня, от которых глупо отказываться.

— Какая разница? Сейчас или через два дня? - горько хмыкнула девушка. - Что изменится?

— Мы изменимся, Кара, - тихо проговорил Себастьян и, взяв руку девушки, посмотрел ей в глаза. - Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Пусть даже ненадолго. Мое проклятие… Сейчас, когда мы стоим на краю, оно уже не имеет никакого значения.

— Тано, как ты себе это представляешь? - покачала головой Кара. - Кто нас сможет повенчать так скоро? Или ты сейчас говорил о… - она смутилась и замолчала.

— Нет. Здесь, в замке, есть часовня. Падре проведет обряд там.

— Я приказала всем уезжать… Думаю, он уже на пути в монастырь.

— А хоронить убитых ты сама будешь? Я отменил твой приказ. Уедут только женщины и дети. Мужчины останутся и помогут привести замок в порядок.

— Какой в этом смысл? - пожала плечами Кара. Ее охватило полнейшее безразличие ко всему на свете. - Лоренсо мертв. Или почти мертв. Саградо-Корасон…

— Саградо-Корасон - дом этих людей. С Лоренсо, Антуаном или без них. Будет другой барон или еще кто-то. А у этих людей другого дома нет. Завтра, по моим расчетам, прибудет подкрепление с экзорцистами. Местность вычистим. Можно будет жить. Храм только придется поставить новый. Но мы говорили не об этом.

— Ты уверен, что падре нам поможет? - с сомнением проговорила Кара. - Здесь, после произошедшего… Это почти кощунство.

— В таком случае мы доедем до Прего и обвенчаемся там.

— Тано… - у девушки пересохло горло от волнения. - Надо ли нам терять на это время? Какая теперь разница, станем ли мы мужем и женой перед Богом? У нас есть всего два дня и даже меньше. Завтра или послезавтра сюда прибудут силы Ордена…

Во взгляде Себастьяна сквозили нежность и затаенная боль. Мужчина провел рукой по лицу девушки, поцеловал ее в уголок рта, а потом покачал головой.

— Нет, Кара. Я хочу прожить с тобой целую жизнь за два дня. Законную жизнь. Может быть, кому-то покажется это нелепым. Только я хочу быть с любимой женщиной, твердо зная, что имею на это право. Мне придется нарушить свои обеты. Пусть. Это будет на моей совести. Но на моей совести не будет твоего бесчестья. Так ты станешь моей женой?