Крестная дочь великого инквизитора (СИ) - Черненькая Яна - Страница 10

Девушка посмотрела вглубь кладбища. Там действительно белело какое-то строение - то ли склеп, то ли часовня.

— Да.

— Отступаем туда… - ударом ноги Чар отбросил еще одного гуэрку. - По команде... бежим… Держись… рядом… И молись.

Тщетно пытаясь унять дрожь в коленях, Кара приготовилась бежать. Сердце, казалось, стучало уже где-то в районе шеи.

Двуручник Чара со свистом рассек воздух и развалил на две части только вернувшегося в строй пса. Огромный кулак опустился на морду второй собаки, впечатав ее в землю, почти одновременно с этим третий гуэрку отлетел, получив гардой в грудину, и врезался в надгробье.

— Бежим! - скомандовал Чар и, схватив Кару за руку, припустил вперед с такой скоростью, что девушка еле поспевала переставлять ноги. Еще немного и она точно упала бы. К счастью, склеп находился недалеко. И снова им повезло - замка не было. Затащив Кару внутрь, Чар захлопнул тяжелые створки перед самым носом двух оставшихся тварей. Почти тотчас раздался холодящий душу вой. Заблокировав мечом дверь, мужчина привалился к ней спиной в попытке отдышаться. Дубовые створки дрожали от ударов, но держали надежно.

— Сделай лицо... попроще, - сказал Чар. Кара ничего не видела, но по голосу поняла, что он улыбается. - Здесь… безопасно, - он сделал несколько глубоких вдохов и спросил уже более ровным голосом. - Как тебе приключение?

— У меня руки трясутся. И ноги, - призналась девушка.

— У меня тоже, - хохотнул Чар.

— Прости, я так и не сумела разжечь костер…

Повисла пауза, а потом мужчина неожиданно весело рассмеялся. Смех этот был настолько неуместен, что Кара даже растерялась, но потом обиженно вскинулась и посмотрела в сторону Чара.

— Никто и не ожидал, что ты его разожжешь. Там же все насквозь мокрое было, - пояснил мужчина, отсмеявшись. - Вообще такой номер с одним псом мог бы пройти, но где набрать дров на целую свору? Мы ведь на кладбище, а не в лесу.

— А зачем ты тогда попросил меня это сделать?

— Чтоб ты со страха сознание не потеряла. Как бы я тебя потом на себе тащил? А так ты была при деле. Когда человек при деле, бояться ему некогда. Да не обижайся. Все равно не визжала, под ноги не лезла. Считай, удивила.

— Вот… спасибо, - обиделась Кара и присела на ступеньку. Смех Чара, пусть обидный и неуместный, позволил ей немного успокоиться.

— Я серьезно, Кара. Ты вела себя молодцом. Большего никто не ждал. Именно поэтому я и не хотел брать тебя с собой. Видишь, с чем пришлось столкнуться. А начни ты паниковать и мешаться под ногами, последствия могли быть весьма… плачевными, - Чар снял куртку, накинул ее на Кару, а потом опустился на ступеньку рядом с ней.

— А над чем ты смеялся?

— Просто забавно получилось. Давно не развлекался… по полной программе.

— Ничего себе развлечения!

— Какие есть. В кресте только такие.

— Весело живете. Это были гуэрку? - спросила девушка, зябко кутаясь в теплую, почти горячую изнутри куртку. Сейчас это было очень кстати.

— Нет.

— А кто?

— Понятия не имею. Никогда с таким не сталкивался. Но точно не бродячие псы.

— Интересно, почему тогда здесь не было несчастных случаев? Среди местных.

— Может быть, вовремя сообразили, что ночами нужно сидеть по домам.

За дверью опять завозились. Створки заходили ходуном. Раздался злой вой. Кара встревожено обернулась ко входу.

— Не обращай внимания, - Чар развернулся, сел поудобней, облокотился об стену, откинул голову назад. - Посидим до рассвета и выйдем. Часа три-четыре всего-то.

— А здесь точно никого нет? - Кара немного привыкла к темноте. Она то и дело бросала встревоженные взгляды на темный вход в склеп. Оттуда веяло пылью, временем и смертью.

— Здесь есть я… и ты, - сообщил Чар. - Больше никого.

— А внизу. Ну… если есть гуэрку и эти… твари. Вдруг есть еще вурдалаки или кто-то еще. Вот оживут… - Кара боязливо поежилась и еще сильнее закуталась в куртку.

— Не оживут, - успокоил ее Чар. - Здесь только пыль и старые кости. Больше ничего.

— Хорошо бы. Они к нам точно не проберутся? - девушка все еще со страхом смотрела на дверь.

— Точно. Попробуй поспать. Я разбужу, когда можно будет выйти.

Девушка отползла к противоположной от Чара стене, оперлась об нее и закрыла глаза. Но какой тут может быть сон, когда страшно до жути? Притерпелась немного, но все ж не настолько.

— Кара...

— Что?

— Если монсеньор даст тебе еще одно дело, буду рад сопровождать тебя.

— Ты так говоришь, будто это дело закончено. Нам еще…

— Оно закончено. Завтра едем домой.

— В смысле?! - Кара от возмущения даже про адских псов забыла.

— Мы выяснили, что происходит. Дальше - дело для полноценного креста.

— Мы не выяснили, что происходит. Мы просто знаем, что появилась нежить или нечисть, или… в общем, кто-то, кого ты ни разу не встречал. А откуда она появилась?

— С этим разберется крест. Мы сделали все, что должны были. Монсеньор ясно дал понять - при малейшем риске для тебя операцию сворачиваем. Поутру выедем в Прего. Оттуда отправим голубя с письмом. Завтра двинемся в обратный путь.

— Да ничего подобного! - возмутилась Кара. - Давай так: следователь здесь был. Я читала его отчет - жители чего-то боятся. На улицу ночью не выходят, но жертв никаких нет и чего боятся - никто не знает. Допрошены были: староста, священник, трактирщик, пара крестьян, несколько человек из приюта. Все, что они говорят: на улице по ночам кто-то жутко воет. Преподобного Максимилиана видели в последний раз в приюте, когда он направился в свою комнату. Ночью он пропал. Куда пропал? Зачем? Никто ничего не заметил. Следов нет, трупа нет, хотя по местные только что землю носами не рыли - еще бы, приказ инквизиции. Следователь проверил церковные книги - никаких подозрительных смертей. Ни к чему не подкопаешься. Почему сам ночью не вышел, не посмотрел?

— Он следователь. Ему не положено. Он только принимает решение - прислать крест или нет.

— И с ним не было никого такого… как ты?

— Был, но не как я. Обычный телохранитель.

— А ты необычный?

— Я служил в кресте.

— Почему, кстати, теперь не служишь?

— По личным обстоятельствам. К делу они отношения не имеют. Теперь я слуга монсеньора и, временно, ваш, сеньорита.

— Хватит уже “выкать”... слуга. Из тебя такой же слуга, как из меня королева. Перешел на “ты”, пусть так и будет.

— Как вам будет угодно, ваше величество, - хмыкнул Чар.

— Прекрати!

— Да, ваше величество, - он явно издевался.

— Все. В общем, мы остаемся и продолжаем выяснять, откуда взялись эти псы. Иначе вообще не понимаю, зачем было нас сюда посылать. Ну тебя - еще понятно, а я-то зачем понадобилась?

— Наверное, монсеньор решил, что вам нужно боевое крещение. Вы его прошли. Вполне неплохо, как мне кажется.

— Я никогда не планировала служить в кресте. Если уж мне нужно было боевое крещение, то вовсе не так оно должно выглядеть. В общем, ты опять перешел на “вы”, стало быть, слуга. Раз слуга, то я решила - мы остаемся и продолжаем работать по делу. С утра едем в Прего. Голубя отправим, но оттуда поедем в Галату. А еще мне нужно будет, чтобы ты еще раз поговорил со священником. Выясни максимально точно, когда началось неладное. И пусть попробует восстановить, какие события этому предшествовали. Нас интересует период, скажем, в месяц до первого исчезновения человека из приюта.

— Не совсем.

— Что не совсем?

— Вы немного неправильно понимаете суть работы приюта святого Ансельма. Оттуда постоянно пропадают люди. Там живут бродяги, калеки, больные, кому податься некуда. Кто-то приходит, кто-то уходит. Вам сказали, что пропали шестеро, на самом же деле никто не может сказать, действительно ли они пропали или просто решили, что с них достаточно и ушли. Жизнь приюта строится по строгому расписанию. Это почти монастырь. Для тех людей, которые туда попадают, такое редко подходит. Они уходят, когда чувствуют в себе силы это сделать. Так что будет разумней отталкиваться от момента появления псов.