Дорога страсти - Деверо Джуд - Страница 39

Единственное, чего хотелось Аманде — это разобраться. Хватит смотреть на пустой стул и мечтать, чтобы на нем сидел Монтгомери. Хватит постоянно сравнивать Тейлора с другим и в конце концов потерять его.

— Профессор Монтгомери ведет беспорядочную жизнь. Он отправляется в кино вместо лекций и на пикники вместо музеев.

— Звучит действительно ужасно, — сказала Грейс, и ее глаза сверкнули. Она столько лгала последнее время, что теперь ей уж точно не попасть на небеса.

— Но как мне снова увидеться с Монтгомери? Может, пригласить на обед? Но Тейлору это не понравится.

"Ну, конечно, Тейлора надо ублажать, как разгневанное божество», — с раздражением подумала Грейс. Вздохнув, она открыла газету.

— Взгляни на это объявление, я его только что обнаружила, — сказала она и протянула газету Аманде.

Необходим переводчик. Требования: умение говорить и/или писать на возможно большем количестве языков. Помощь при приеме рабочих, сборщиков хмеля. Пять долларов в день. Обращаться в «Кингман Арме», к профессору Генри Р. Монтгомери.

— Сколько языков ты знаешь, солнышко? — спросила Грейс.

— Четыре, — ответила Аманда. — И пишу еще на трех. Мама, ты думаешь, я могу поступить на работу? Тейлор этого не одобрит, и…

— Но ты делаешь это ради Тейлора. Поверь мне, как только ты немного побудешь в обществе этого никчемного человека и увидишь, что за бессмысленную жизнь ведут другие, ты немедленно вернешься к спокойной жизни с Тейлором. Ты будешь рада снова жить по расписанию и изучать предметы, достойные внимания. И кроме того, ты будешь уверена в своей любви к Тейлору. Беспокойство исчезнет, и ты станешь лучшей женой и матерью.

Аманде очень хотелось поверить матери, а мысль о работе наполняла ее восхищением. Мама, конечно же, была права. Как только она выкинет Монтгомери из головы, то сразу же исправится. Аманда обнаружила, что теперь относится к Тейлору с большим терпением.

Она вздохнула:

— Не думаю, что папа или Тейлор позволят мне это.

Грейс сжала кулаки. Несколько лет назад она позволила Тейлору победить, потеряв в результате мужа и дочь, но сейчас она не собиралась проигрывать. Она будет драться до последней капли крови. Аманда, похоже, снова начала ее любить, постепенно выходя из-под влияния Тейлора, и Грейс не хотела, чтобы этот процесс прекратился. «Спасибо, Монтгомери, — думала она. — Спасибо за то, что ты разрушил заклятие, висевшее над нашим домом».

— Я возьму отца на себя, — сказала Грейс. — А отец позаботится о Тейлоре.

— Ты уверена? — с сомнением прошептала Аманда.

Грейс подалась вперед и сжала руку дочери.

— Даже очень.

— Работа? — произнес Тейлор, задыхаясь. — Аманда собирается работать вне дома? Переводчицей при этом… этом… — Его верхняя губа дрожала.

Гаркер жевал сигару. Час назад Грейс пришла к нему и рассказала, что Аманда хочет работать с профессором Монтгомери. Грейс так замечательно выглядела и так замечательно пахла после ванной, а когда она села, платье так соблазнительно обрисовало ногу…

— Если мы не смогли заставить этого профессора остаться здесь, нужно, чтобы кто-то присматривал за ним там. Пошлем Аманду.

Тейлору казалось, что он слышит, как прекрасно выстроенная жизнь рушится вокруг него. Больше всего ему хотелось, чтобы он вообще никогда не слышал имени Монтгомери, Подумать только! Ведь он сам уговорил Гаркера пригласить Монтгомери на ранчо Колден.

— Но эти рабочие… — с отвращением произнес Тейлор. — Такая чувствительная девушка, как Аманда, не сможет общаться с этими скотами.

— А мне кажется, моя дочь взяла от меня больше, чем я думал. Она отправится к этому профессору и расскажет нам, что он затеял. Мы будем опережать профсоюз не меньше чем на несколько шагов. Мне нужно собирать хмель и не нужно лишних проблем. Она завтра же отправится на работу. — Гаркер не дал Тейлору вставить ни слова. — И утром она позавтракает со мной. Ей понадобится много сил.

Гаркер вышел из комнаты, а Тейлор бессильно опустился на стул, сжав голову ладонями.

Аманда еще никогда в жизни так не нервничала. Отец заставил ее съесть невероятно сытный завтрак, и теперь она тяжело дышала, выглядывая из окна машины. Она не видела Тейлора со вчерашнего дня и знала, что его отсутствие говорит о том, что он не одобряет ее затею. А ей так хотелось объяснить Тейлору, что все, что она делает, только поможет им! Но он не дал ни малейшего шанса. Зато отец казался на удивление довольным. Он улыбнулся и даже пытался быть любезным с дочерью.

— Приехали, мисс, — произнес водитель. Аманда выглянула из окна и увидела длинную очередь людей, ведущую в гостиницу «Кингман Арме». Раньше ей не приходилось разговаривать с шофером, ограничиваясь простыми указаниями, так как Тейлор считал недопустимым общаться со слугами, кроме как по крайней необходимости. Но водитель выглядел очень дружелюбным, и она рискнула.

— Как вы думаете, чего ждут все эти люди? — спросила она.

— Пять долларов в день неплохие деньги, а тех, кто говорит больше чем на одном языке, очень много.

Похоже, водитель знал, зачем Аманда приехала сюда, и это ее удивило.

— Подъехать к началу очереди, мисс? Я мог бы пойти и сказать профессору Монтгомери, что вы хотите устроиться на это место. Уверен, он вас сразу возьмет.

Но Аманда не была в этом уверена. Монтгомери уже прошелся несколько раз по ее деньгам и снобизму.

— Спасибо, я подожду своей очереди, как и все.

Она невольно поморщилась. Большинство людей в очереди выглядели так, будто ни разу в жизни не мылись. Какой-то мужчина с гнилыми зубами ухмыльнулся и подмигнул ей.

— Я буду здесь, мисс, на случай, если вам понадобится помощь.

— Большое спасибо…

— Джеймс, мисс.

— Спасибо, Джеймс.

Она подождала, пока Джеймс откроет перед ней дверцу, вышла из машины и направилась в конец очереди.

Остальные претенденты, похоже, не обрадовались ее появлению и принялись насмешливо обсуждать ее одежду, машину, на которой она приехала, и то, насколько ей нужна работа.

— Глядите-ка, нас посетила леди, — сказала какая-то безвкусно накрашенная женщина. — Думаешь, милашка, что шелковое платье обеспечит тебя работой?

Аманда промолчала. И с чего она решила, что все это ей нужно?

— Небось, охотится за красавчиком-профессором, — заметила другая женщина, ухмыльнувшись.

Аманда повернулась к обсуждавшим ее женщинам.

— Сколько языков вы знаете? — холодно спросила она.

— Не твое дело, — ответила первая женщина.

— Я говорю на четырех и пишу еще на трех, — произнесла Аманда достаточно громко, чтобы остальные люди в очереди услышали ее. Джеймс ободряюще улыбнулся из машины.

— Что-что? — спросил молодой человек с блокнотом в руках, который до этого продвигался вдоль очереди. — Кто тут сказал, что знает четыре языка?

Он вопросительно смотрел на Аманду и стоявших рядом женщин.

— Я, — ответила Аманда. Молодой человек оглядел ее с ног до головы.

— Какие именно?

— Французский, итальянский, испанский и немецкий. Могу читать и писать на русском, греческом и латыни.

Он быстро записывал за ней, но вычеркнул латынь.

— Какие-нибудь восточные языки? Хинди?

— У меня начальные знания в китайском, но боюсь, я говорю не достаточно свободно.

Молодой человек смотрел на нее со все возрастающим интересом:

— Еще какие-нибудь «начальные знания»?

— Немного знаю японский и венгерский. Люди в очереди начали расходиться, бросая на Аманду недовольные взгляды.

— Пошли со мной, лапочка, — сказал молодой человек, и схватив Аманду за руку, потащил ее в гостиницу.

В вестибюле царил хаос — всюду шумели, носились, сидели люди, заполняя все свободное пространство. Вдоль стен лежали тюки и чемоданы. Дети кричали, хмурые мужчины курили, а обессилевшие женщины не обращали внимания ни на мужей, ни на детей. Воздух был голубым от дыма, шум оглушал, душное помещение прогрелось не меньше чем до сорока градусов.