Хранители хаоса (СИ) - Агеев Денис - Страница 76

– Две тысячи восемьсот девяносто первый.

– Какой?! – резко глянула на Бен-Саллена женщина. В фиолетовых глазах вспыхнул испуг. Даже не испуг, нет. Ужас. Прямо-таки леденящий. Правда, он тут же пропал.

Следопыт повторил, но медленнее, чтобы собеседница хорошо расслышала.

Женщина покачала головой и улыбнулась, а потом истерично хохотнула.

– Ты надо мной подшутил, простолюдин, верно?

– Нет, миледи, все так. А могу ли я поинтересоваться…

– Молчать!.. Ты говоришь, сейчас две тысячи восемьсот какой-то там год, так?

Бен-Саллен кивнул. Игра в непонимашки начинала раздражать. Да и повелительно-приказной тон женщины ему совсем не нравился.

– Выходит, ты – дефен?

– Рад, что до вас наконец-то дошло, Леди-Из-Хрустального-Ящика. А теперь все-таки я задам свой вопрос. Что вы делали в этой глыбе и почему она рассыпалась? Ну и имя ваше узнать тоже не помешало бы.

Но женщина как будто не услышала следопыта. Она смотрела на него, не отрывая взгляда, да так пристально, словно разглядывала его под лупой и видела все мельчайшие подробности тела и души.

– Значит, у них получилось, – протянула она едва слышно, прищурилась, словно в задумчивости, а потом спросила резким тоном: – Где остальные?

– Кто?

– Дефены, идиот! Конечно же, я говорю о дефенах! Где они? Я хочу видеть всех! Вас было несколько – девятеро или десятеро, хотя должно быть гораздо больше… Где остальные носители дефенона?

– Мы разминулись. У вас тут живность недружелюбная водится, мне пришлось задержаться, а остальные пошли дальше. Сдается мне, они думают, что я погиб.

Женщина не отрывала глаз от следопыта, щурилась и хмурилась.

– Ты проклят, верно? – бросила она с пренебрежением.

– Не понял…

– Все ты понял. Не пытайся показаться дураком. Я вижу тебя насквозь. На тебе висит проклятие ликантропии, но ты подчинил его. Оказался сильнее. Похвально, хотя в этом нет ничего особенного. Кто тебя проклял?

– Долгая история, – вздохнул Бен-Саллен.

– Верно, да и мне нет дела до этого. Сейчас важно другое: ответь мне, простолюдин, вы уже были в Башне Эноха?

– Эноха? Нет, – покачал головой следопыт и усмехнулся. – Знать бы еще, что это такое. Мы приплыли три дня назад. Валькирия с высоты видела какую-то башню, но мы до нее еще не дошли. Вернее, я не дошел. Полагаю, что и остальные тоже.

– Почему приплыли? Разве не проще было воспользоваться порталом? – искренне удивилась женщина.

– Понятия не имею, о чем вы толкуете. Если было бы можно, магистр Булфадий сказал бы об этом.

– Кто такой магистр Булфадий?

– Маг. Называет себя Хранителем Барьера. Это он нас собрал и привел сюда.

– Один из Последователей, – с пониманием кивнула женщина, но тут же нахмурилась и спросила: – Что еще за Барьер?

– Тот самый, что окружает остров. Вы разве не знали? Пролежали тут почти три тысячи лет и не знали? – усмехнулся следопыт.

Женщина отвела взгляд и задумалась. Бен-Саллену почему-то показалось, что ее кожа стала чуть бледнее, да и морщин изрядно прибавилось. Или это так свет падал?

– Что вы намерены делать? – строго спросила она.

– Не имею понятия. Маги думают, что здесь таится какое-то зло, которое должно вырваться на свободу сразу после разрушения Барьера. Как по мне, то все это бредни, хотя и допускаю, что какая-то чертовщина здесь творится. Видел тени в ночи, да и Айлин, тоже одна из дефенов, постоянно говорит о каких-то фантомах. Разговаривает с ними. Вы, маги, чего-то тут сильно напортачили, верно?

Женщина подозрительно сощурилась. Слышать подобное от «простолюдина» ей явно не нравилось. А Бен-Саллена это почему-то забавляло. Она отошла от осколков своего «гроба», пошатываясь, прошагала к небольшому окну, слой пыли на подоконнике которого ясно говорил, что его не протирали три тысячи лет. И вгляделась вдаль.

Следопыт стоял статуей, не зная, что делать дальше. Поглоти его Низший мир, он же находился лицом к лицу с живой историей! Настоящим Богоподобным Творцом! Он мог, да и должен был задать тысячи вопросов. Но голова была пуста, как после лихой попойки.

– Там, внизу, прежде чем войти в башню, меня чем-то изрядно шарахнуло. Что это было? – спросил он, чтобы просто не молчать.

– Мой дух-хранитель. Он должен был оберегать башню до тех пор, пока я не проснусь.

– Или пока не разбудят…

– Меня не должны были разбудить! – Женщина резко повернулась и вонзилась колючим взглядом в Бен-Саллена. Следопыт с удивлением отметил, что лицо ее постарело еще лет на пять. Да и волосы… стали седеть. – С ним что-то случилось. Я больше не чувствую его эманаций… Возможно, заряд за все это время иссяк. Теперь уже не имеет значения.

– Не хотелось бы этого говорить, но, по-моему, у вас волосы чуть побелели, да и кожа… кхм… С вами все в порядке?

Женщина схватилась за локон, оттянула так, чтобы его было видно, потом перевела взгляд на руки, что, к слову, тоже теперь стали бледными и морщинистыми, как ладони немолодой дамы. По коже поползли темные пятна и начали отчетливо выделяться синие полоски вен.

Теперь сомнений не было – женщина старела. Прямо на глазах у Бен-Саллена.

– Нет, – протянула она и покачала головой, брови ее нахмурились, углубив морщины на лбу. – Нет, нет, нет. Этого не должно было случиться… не должно…

– Вам плохо? – спросил следопыт, чувствуя, сколь катастрофически глупо прозвучал вопрос. – Это какая-то болезнь?

– Нет, идиот! Это не болезнь! Это… это… Ошибка! Фатальная ошибка! – Голос ее тоже поменялся, теперь в нем звучали старческие нотки. Она бросила на него дикий взгляд, от которого нутро Бен-Саллена сжалось от испуга, а по коже побежали мурашки. – Не знаю, что вы задумали, но в Башне Эноха ничего уничтожать нельзя! Ты должен сообщить им об этом. Остальным дефенам.

– Что там такое, в этой башне?

Чародейка чуть нагнулась и поморщилась. Кожа на лице покрылась сотнями морщин, а на щеках и вовсе обвисла, глаза стали бледными, слезящимися, волосы вконец побелели и истончились. Теперь она выглядела старухой лет восьмидесяти. От прежней красавицы не осталось ни единого штриха.

– Проклятый Аподил! – проскрипела она. – Его заклинание не сработало как надо. Оно убивает меня!.. Ты… – Она сделал шаг к следопыту, но ноги подкосились, и чародейка с кряхтеньем опустилась на одно колено. – Подойди ко мне… Нет времени объяснять, ты должен все увидеть сам… Увидеть и остановить любого, кто попытается хоть что-то там исправить. – Женщина вытянула костлявую морщинистую руку. – Иди же сюда, идиот!

Бен-Саллен шагнул к чародейке, которая теперь выглядела не просто старухой, а древней мумией, и застыл перед ней.

– Наклонись ко мне… – голос ее угасал, – я теряю силы… быстрее… Наклонись, говорю!

Следопыт сделал, как она просила, и тут же холодная морщинистая ладонь легла на его лоб. В следующий миг в голову Бен-Саллена ударил столп света. Образы, слова, звуки, имена – все закружилось, смешалось, взорвалось! Его душа вылетела из тела и закружила в сумасшедшем танце, поднялась к небу в вихре света и звука. И он закричал, вернее, ему так показалось, хотя он и не слышал собственного голоса. Да и не понимал, что вообще происходит.

Пришел в себе через несколько часов. Лежал на пыльном полу, ослабший и едва живой. Голова была тяжелой, словно вылитой из чугуна или вырезанной из цельного камня. Из окна сочился ночной мрак, а рядом, нежно освещаемый мутным лунным светом, лежал скелет, небрежно накрытый бордовой мантией. Череп откатился в сторону и пустыми глазницами взирал в потолок.

Бен-Саллен с кряхтеньем присел на корточки, схватился за голову. Начал медленно, но интенсивно тереть виски, под которыми будто что-то копошилось. Тяжесть перелилась в ноющую боль и принесла с собой еще кое-что: новую информацию. Много новой информации обо всем, что творилось на этом забытом богами острове.

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать четвертая