Два плюс один (СИ) - Неиванова Елена - Страница 52

— Прекрати, тырили, слово — то какое… — сконфуженно ответила мать, от недовольства сложив губы трубочкой.

- Могу сказать по — другому. — зеленые глаза провокационно заблестели, он медленно отошёл в сторону машины.

Макара всегда раздражало в матери желание скрыть подноготную, выставляя все исключительно в выгодном свете. Так и с Катькой: от всех подруг она скрывала истинное положение дел, преписывая несуществующему зятю просто героические подвиги.

Хлопнул багажником, вытащив тонкий дорожный плед. Подошёл и молча укрыл колени замерзающей Ксюше. Она подняла благодарственный взгляд, полный теплоты, но наткнулась на прозрачную стену отчуждения. Не могла ошибаться! Что — то произошло за этот короткий период. "Те же глаза, но какие- потухшие, те же руки, но ни капли былой нежности". Укуталась по плечи в плед, но он не согрел ни капли, показалось, что все тело пропиталось октябрьской сыростью.

— Макар! Мака- ар! — прозвучало в густых сумерках. Ксюша бросила встревоженный взгляд в сторону и замерла. Слева, по соседней тропинке, ведущей к остановке, вышагивала Юля. Нет, это не галлюцинация, а реальная мымра с распущенными черными волосами, свисающими с плеч зазывными волнами. " Долго укладывалась, наверное" — первое, о чем подумала Ксюша. Потом заметила в руках брюнетки два больших пакета.

По — прежнему сидя на корточках возле мангала, Макар махнул девушке рукой, словно старому приятелю.

— Здравствуй, Юлечка! — обрадовалась именинница.

— Здравствуйте, Анна Андреевна, — прозвучало поодаль.

— Иди хоть встреть, помоги, — тихо обронила Анна Андреевна и привстала с места. Бросив на мать тяжёлый взгляд, Макар все же с трудом выпрямился. Икры затекли и покалывали иголками. В голову, словно обухом, ударил хмель. Теперь все вопросы и волнения остались где-то далеко, словно из тоннеля доносящиеся эхом.

— Ой, думала не найду вас, что же ты, Макар, на звонки не отвечаешь, — с тонким укором произнесла, демонстративно потянув пакеты парню.

— Трубка, наверное, села, извини, — нагло соврал, еще час назад собственноручно выключив телефон.

— А я всех расспросила на берегу, где здесь шашлыки жарят, мне три поляны показали, я пока от одной до другой добралась, умаялась, еще мимо шла, мужики навстречу, так испугалась, — подошла к костру быстрым шагом.

- Да это они, наверное, испугались, вся в черном, — успел подколоть Макар, отметив взглядом экстравагантный наряд Юли: приталенная кожаная куртка, короткая юбка, плотные колготы и высокие сапоги — казаки. Ксюша мысленно " дала пять" Макару. " Точно вырядилась, как на Хэллоуин, на пикник приехала на каблучищах".

— Здравствуйте, я — Юля, — кивнула головой в сторону Нины.

— Хорошо, как Вы подоспели, вторая партия готова уже, и шампанского бутылка осталась, — весело произнесла женщина, переглянувшись с Анной Андреевной. Макар поставил пакеты на траву и поймал на себе убийственно — огненный взгляд серых глаз. Перехватил. Прочувствовал.

— Чего, штрафную? — отвернулся и лукаво посмотрел на Юльку. Она тут же растаяла, словно сало на кусочке свинины.

— Да, согреться бы, замерзла, пока шла, — кокетливо посмотрела на бывшего и, через его спину, наконец, заметила Ксюшу. Макар с интересом наблюдал, как темные, широкие брови ползут на лоб.

— Не заметила тебя, привет, Ксюша, — процедила с таким видом, словно вместо бабочки поймала отвратительного головастика.

— Привет, — спрятав руки в плед, — ответила девушка с той же отчаянной любезностью.

Весь вечер ждала, что стерва приедет, а как только забыла и переключила внимание- она тут как тут. Закон подлости.

Наконец окончательно стемнело. Все сели вокруг костра, который Макар оперативно разжег из сосновых веток. Теперь стало намного светлее и теплее. В жарком пламени свистели и потрескивали сосновые ветки и казалось, что вокруг сидят не абсолютно чужие люди, а как минимум, хорошая добрая компания. Женщины, конечно, обменялись любезностями. Юля полчаса трясла подарками и изображала в красках все трудности дальней поездки. Анна Андреевна три раза подчеркнула, что такая форма одежды в столь обманчивую погоду нежелательна, " ведь можно по — женски застудиться". Нина азартно поддакивала, а Макар снисходительно дедал вид, что ему интересен этот разговор. Лишь одна Ксюша сидела молча, нахохлившись, как мокрый воробышек. С каждой минутой она все больше ждала знака внимания от Макара. Не важно, предложит попить или что — то ещё, но хоть бы посмотрел, заметил. Полный игнор. Ухаживала за ней только Анна Андреевна, которая, напротив, стала любезна, как и в первую встречу.

— Макар, правда красивые? — заметив напряжение между Ксюшей и Макаром, девушка расцвела, развернула плечи и пошла в наступление.

— Я в ваших цацках не понимаю, ты же знаешь, — поправляя длинной палкой костер, ответил Макар, не глядя на подарок.

— Юлечка, шикарные сережки, мне даже неудобно, — засмущалась женщина, хлопнув крышкой бархатного футляра.

— Ой, не стоит, я знала, что Вам подойдет к глазам, — маслянистым взглядом Юля обвела профиль любимого мужчины. Он в этот момент перекрестным взглядом наблюдал за Ксюшей. Девушка быстрым движением пальцев сбросила телефонный звонок.

— Ой, да вы поговорите, поговорите, волнуется наверное, — заметив мужское имя на дисплее, вмешалась Анна Андреевна.

Ксюша смутилась и откинула плед. Действительно, проще перезвонить, чем сто раз сбрасывать звонок. " Если уж он решил поговорить, то будет звонить сто раз"..

— Извините, я отойду, — тихо произнесла девушка, адресовывая эти слова одному единственному человеку.

Конечно, Макар заметил, как девушка постепенно удалялась по тропинке в сторону остановки, но сделал вид, что сидит в бронерованном танке. Оказывается, это очень трудно, притворяться равнодушным, когда все твое тело вибрирует, словно под бешенным напряжением. Сжал кулак и подпер подбородок.

" При нас говорить не стала, значит действительно выкручивается и этот дебил опять вошел в ее жизнь. Может он вообще, в городе? Поэтому она меня в квартиру не пустила… " — подумал и левой рукой разворошил догорающие ветки. Кровь прилила к лицу и стало невыносимо жарко. Расстегнул ветровку. Не помогло. Даже кончики пальцев горели огнем.

" Сколько я вообще выпил?" Обернулся. "Не идет". Мысленно три раза пожалел, что оттянул откровенный разговор в тот момент, когда Ксюша предложила прогуляться к речке. Обычно привык оперативно решать все вопросы, не оттягивая на потом. Но сейчас… После монолога матери впал в эмоциональный ступор. Да… Жизнь хлопнула сзади. Неожиданно, как самая отпетая хулиганка, подсекла и подставила подножку. Сколько раз винил себя за самоуверенность, и на этот раз весьма оправданно.

В этот самый момент Ксюша отчаянно отстаивала право на личную жизнь, она высказала Тимуру все, что думает о его непоследовательном поведении и ночных звонках. Накипело. Выплеснулось через край. Попросила больше не звонить и оставить в покое, на что получила решительный отказ. Бросив трубку, поспешила вернуться к компании и, наконец, отправиться домой. "На сегодня хватит поражений!" Хотелось просто раздеться, снять с себя чувствительную кожу, вынуть сердце, словно батарейки и лечь на кровать. Ничего не чувствовать. Ни о чем не думать.

Глава 42

***

Пока шла по витиеватой тропинке, ведущей к костру, Ксюша обдумывала все текущие события. Все стало слишком запутанно и сложно: как если тебе нужно распутать важные провода, а вместо того, чтобы спокойно ослабить один из них, ты затягиваешь туже, делая еще хуже, и в какой — то момент уже становится настолько нестерпимо сложно, что ты психуешь- берешь ножницы и просто режешь все, несмотря на бессмысленность собственных действий. Итог- куча бессвязных и безжизненных линий, которые становятся абсолютно бесполезными. Так и сейчас, Ксюша думала, что ни с Макаром, ни тем более с Тимуром не будет ничего хорошего. Один- совершенно раздражает, внося в жизнь все новые и новые проблемы, другой- просто разрывает сердце изнутри своими действиями. Заметив впереди три силуэта, подсвеченные большими переносными фонарями, Ксюша замедлила шаг. Ноги холодила вечерняя влага, сбиваемая с высокой травы.