Невеста вампир для блудливого оборотня (СИ) - Блэк Айза - Страница 57

Момент насыщения ощутила, как щелчок внутри. Моя кожа больше не светилась, я могла контролировать себя, сияние было спрятано во мне, под кожей. И пока я не захочу, оно не прольется на поверхность.

Я шла к нашему домику, оглядывалась вокруг словно видела все впервые, по иному воспринималась природа, волки, знакомые и в то же время иные очертания. Нет, мир не изменился, он оставался прежним, поменялась именно я. Больше не осталось вопросов кто я такая, что чувствую, солнце сожгло все мои сомнения. И вместе с этим оно оголило мое сердце, высвободило его от сдерживаемых барьеров. Вардан — моя сила и слабость, если мне и можно нанести вред, то только через него, и в тоже время он может сделать меня еще сильнее.

Открыв дверь я замерла на пороге. Муж ходил из угла в угол, в комнате тяжелым занавесом висело его напряжение. Волк остановился, и мы застыли, глядя в глаза друг другу. Я позволила себе полностью окунуться в медовый блеск его глаз, и дорога вывела меня к его сердцу, открытому и чистому. Теперь его любовь ощущалась по иному, не словами, я теплой окутывающей энергией, она оплетала мое тело как меховое покрывало, дарило тот уют, который возможен, только когда сломаны барьеры и есть абсолютное доверие партнера. Волк доверил мне свою жизнь, себя, и больше не мог существовать иначе. И тоже самое происходило со мной, если нас оторвать друг от друга, то наши сердце больше не смогут биться. И вместе мы были подобны солнцу, огромный светящийся энергией жар, но разорви этот шар пополам, и две половинки погаснут навсегда.

За долю секунды я преодолела расстояние между нами, даже сама удивилась такой небывалой прыти. Прижалась к нему, мне этого показалось мало, разорвала футболку, и стала ладонями гладить кожу волка.

— Ты не имеешь права… не имеешь, — дыхание стало прерывистым, самый большой страх завладевал рассудком, стекал вниз по горлу, отравлял меня, — не должен… завтра проиграть, — я стала трясти его за плечи, слезы застилали глаза.

— Николь, родная, что с тобой? — он пытался меня успокоить гладил по волосам, а меня начинал бить озноб.

— Я не могу тебя потерять… Вардан… пойми не могу… — я потянулась к его губам, проникла в рот, и дохнула своей силой. Энергия солнца полилась в него золотистым водопадом. Волк вздрогнул, пошатнулся и застонал, и его сила отвечала мне, обвивала мою, мы стояли прижавшись друг к другу в каком-то диком энергетическом танце.

С трудом оторвавшись от его губ, я взяла его лицо в свои ладони, теперь я смотрела на мужа другими глазами, через его привлекательную оболочку, через кожу, прямо в душу, и это было самое прекрасное, что я когда либо могла созерцать. Он был моим продолжением, моим дыханием и жизнью. Ощущение его зверя прыгнувшего в меня, заполнившего до отказа, и давшего еще больше силы, связывающего нас еще прочнее.

— Ты меня не потеряешь, — он шепнул хрипло.

Пусть он уже прочитал все в моих глазах, пусть наши тела сказали все за нас, но я хотела произнести, я хотела закрепить все словами, еще крепче завязать между нами энергетические нить, хотя казалось, сильнее уже невозможно.

— Мой король… единственный… навеки… два сердца как одно… два разума неразделимы…

— Ты приняла силу, — и я ощутила ликование его души у себя в сознании.

— Сила не имеет значения… ничего не имеет значения… без тебя…

Глава 76

Побыть наедине нам не дали. Пришла дочь Зуфара и пригласила познакомиться со стаей. Я еле подавила вздох сожаления. Теперь мне было мало мужа, я постоянно хотела его касаться, быть рядом, словно приняв силу, больше не могла существовать порознь от него. А уж о том, как мое тело его хотело, и вовсе лучше промолчать.

Нас постоянно обнимали, приветствовали, задавали какие-то вопросы, словно мы приехали на какой-то праздник, а не убивать их альфу. И ведь большинство волков были искренни, они не испытывали ненависти. Возможно в их понимании бой за первенство — это нормально. А хороший прием, позволит в случае проигрыша Зуфара не настроить против себя победителя. Я чувствовала себя чужаком, многое не понимала, и подозреваю, пройдет немало времени пока я смогу разобраться в традициях и психологии оборотней.

Били тут и наши волки, они тоже вели себя миролюбиво, тихо. Я знала, что Дамир с Каримом уже приехали, но они не показывались. Что ж тем лучше, лишний раз видеть противную рожу не хотелось.

— Мои дорогие! Как я рада за вас! — от знакомого голоса за моей спиной я вздрогнула, муж тоже напрягся.

— А ты что тут делаешь? — вместо приветствия выпалила я, обернувшись и встретившись взглядом с Миланой.

— Как что, я последовала совету Вардана, и стала искать себе другого волка. Все хорошо, все недомолвки остались в прошлом! — она улыбнулась и подняла вверх руки, словно показывая свою безоружность и открытость.

— Милана, ты человек, и бой — это событие для оборотней. Не место тебе тут, — муж говорил спокойно, но он был насторожен, принюхивался, всматривался в девушку.

— При всем уважении, твоя жена, тоже не оборотень. Так что если меня пригласили, я имею право тут быть. Мой волк не хочет отпускать меня далеко от себя, — она была слишком приветлива, слишком обходительна, и это мне не нравилось. Но и ничего подозрительного, за что бы можно было зацепить взгляд, я не находила. А тревога в душе нарастала.

— Ты приехала с Дамиром? — скорее утвердительно, чем вопросительно поинтересовался муж.

— Да, — он развела руки в стороны, все также мило улыбаясь.

— Так почему ты сейчас не с ним? — я еще сильнее сжала руку Вардана, словно боялась, что вот-вот у меня его отнимут.

— Я пришла сказать вам, что все в прошлом зла не держу, и искреннее рада за вас! А так вы правы, уже удаляюсь, — он слегка склонила голову, все движения открыты, медленные, с виду искренние. Скрытый враг гораздо опаснее, только в чем подвох, в чем ее миссия? Хотела я расспросить насчет ее утверждений, будто она видела меня на месте убийства. Но не стала нагнетать обстановку. Нам надо сосредоточится на бое, а не выяснять отношения и накалять обстановку при чужих оборотнях. Потому Милана так и ушла, на прощание подарив всем, отработанную широкую улыбку.

Отпустили нас уже глубокой ночью. Разговоры шли о чем угодно, только не о предстоящем событии. К тому времени мысли о Милане у меня выветрились из головы. Я достала из кармана джинсов конверт Зуфара, раскрыла его и обнаружила, что письмо находится в его доме, в потайной комнате, там же был код от сейфа.

— Родная, что это у тебя в руках? — муж сел рядом и положил мне голову на плечо.

— Зуфар дал, схема и код, где лежит письмо твоей матери, адресованное неизвестно кому, я сложила бумажку и засунула ее обратно в карман.

— Нам так и не дали нормально побыть наедине сегодня. О чем вы с ним говорили? Что еще за письмо? — я повернула голову, на меня смотрели медовые встревоженные глаза, как же я любила их.

— Радость моя, только не обижайся… я дала клятву, что не буду ничего тебе рассказывать до окончания боя, — провела рукой по колючей щеке, — не злись, пожалуйста, просто иначе он бы не рассказал информацию, не отдал бы письма, а нам нужно распутать эти тайны, чтобы наконец начать просто жить и наслаждаться друг другом.

— Не нравятся мне эти тайны, — он вздохнул, и придвинул меня к себе ближе, — девочка моя, я тебе верю, понимаю, твой поступок, и не буду допытываться, — а я уже таяла в его руках.

— Какое это счастье, когда можно сказать любимому все, и не бояться его гнева. Быть уверенной, что он непременно поймет, — теплота заполнила мое сердце. И вместе с ней вернулась и тревога, нет, я не могу его потерять.

— Так будет всегда, родная, — его голос ласкал мою кожу. — Да, и в принципе ты права, не нужно мне перед боем знать того, что выведет меня из себя. А информация подозреваю, не особо приятна.

— Просто выиграй этот бой. С остальным мы справимся…

Ночь прошла очень быстро. Наступил рассвет, а с ними еще сильнее ожили мои тревоги. Меня даже в руках мужа трясло, я не могла успокоиться. Он был внешне спокоен, пытался шутить, разговаривать, только напряжение, как невидимый палач с топором, висело в воздухе.