Искушение для искусителя (СИ) - Телицына Евгения - Страница 28

– Асмодей, еще немного и мы не поедим. И не поговорим.

– А ты хочешь поговорить? – спросил он, подавая мне новый кусочек мяса.

Я кивнула.

– Я весь – внимание.

– Если мы не можем появляться вместе на людях, то когда мы будем видеться?

Выражение лица Верховного резко изменилось. Довольная улыбка и блестящие счастьем глаза уступили место серьезной хмурости.

Поняв, что зря задала этот вопрос, я отвернулась.

Но, поймав за подбородок, он заставил меня развернуться и встретиться с ним взглядом.

– Каждую свободную минуту. Каждое мгновение. Каждый миг. – Весомо проговорил он.

– Хорошо… Но на людях ты будешь с другими женщинами?

– Нет! – резко ответил он. – Демоны, конечно нет! Как ты вообще до этого додумалась?!

– Хорошо. Последний вопрос. Что будем делать с моей учебой и практикой?

– Получишь автомат, - Ас пожал плечами.

– Нет!

– Что значит «нет»?! – переспросил Верховный таким тоном, что я поежилась.

– Я хочу сдавать как все нормальные черти.

– Значит, ты хочешь отправиться к людям и с кем-нибудь переспать?

Асмодей выглядел не на шутку рассерженным. И я во второй раз за последние десять минут пожалела, что решила прояснить темные места. Но, тем не менее, я обиженно огрызнулась:

– Конечно, дай думаю, прочувствую, какого это: в постели с человеком. Вдруг люди занимаются сексом даже лучше, чем Верховный искуситель Ада!

– Ника…

– Я не планирую ни с кем спать! Сам же объяснял, что можно схитрить!

– Ника!

– Я просто хочу быть как все. И не пользоваться ни положением по рождению, ни своим мужчиной!

– Ника!!!

– Асмодей!

Мы уставились друг на друга. Я – гневно сопя. Он – плотно сжав губы.

– Первая ссора? – неожиданно улыбнулся Верховный.

– Похоже на то, - нехотя откликнулась я.

– Это еще раз доказывает, что ты – истинная дочь своих родителей. Я подумаю о практике.

– Вот так просто? – прищурилась я, пытаясь сообразить, в чем подвох.

– Даже не надейся! Все, дорогая, обед закончен.

Он встал вместе со мной и уверенно двинулся на второй этаж.

– Левая, - подсказала я, когда мы преодолели лесенки.

Ас, молча, открыл дверь и вошел. Быстро осмотрел широкую кровать, когда-то принадлежавшую моему отцу, маленький журнальный столик и старенький шкаф. Улыбнулся своим мыслям. А потом кинул меня на постель и начал раздеваться.

Я с интересом наблюдала, как Верховный неторопливо расстегивал рубашку. Как стянул ее с плеч и небрежно бросил прямо на пол. Как взялся за пряжу ремня… И замер.

– Ммм? Стриптиз окончен?

– Нахалка, - улыбнулся он и переключился на меня.

Многострадальный топ и штаны полетели на пол. Снова. Но разве я против?

Мой черт улегся рядом. Поцеловал в губы так, что закружилась голова. Куснул шею и опустился к груди. Он сжал губами сосок. Медленно обвел кончиком языка ореол. Снова сжал, а потом аккуратно прикусил.

Я сжала бедра. Ужасно хотелось податься к нему и потребовать все и сразу. Но я уже знала, что это только растянет сладкую пытку.

Асмодей наблюдал за мной. Продолжая ласкать грудь и вырисовывать подушечками пальцев узоры на животе, он смотрел на мое лицо.

Я все-таки начала ерзать. Он тут же переместился и, быстро чмокнув в губы, вынудил меня подняться.

Еще одно быстрое движение, и я прижата к его широкой груди.

– Ммм?

Вместо ответа он укусил меня в плечо, одной рукой проскользнув между ног, а второй сжимая грудь.

Я выгнулась навстречу его рукам, не сдержав стон. Как же я хотела большего…

И для разнообразия Верховный не стал тянуть. Меня накрыло волной удовольствия, когда он медленно вошел.

– Ас… - выдохнула я, вцепившись в простыни.

– Тсс! Мы только начали! – прошептал он, начав медленно двигаться.

Придерживая меня за живот, Асмодей покрывал поцелуями мою спину и плечи. Каждое прикосновение его губ заставляли меня выгибаться дугой.

И я чувствовала, что ему нравится моя реакция на происходящее. Нравится, как я гнусь и извиваюсь, пока он неторопливо любит меня.

Кажется, в какой-то момент я начала двигаться сама, пытаясь показать, как хочу. Потому что Верховный крепче прижал меня к себе, недовольно рыкнув.

– Ас! – я вцепилась в его руки.

Он чуть ослабил хватку, и я выскользнула из его объятий. Развернулась и попыталась уложить его на постель.

– Что ты собралась делать?

Не отвечая, я поцеловала его в губы и начала спускаться ниже. Грудь, живот, пах…

Я никогда раньше этого не делала. Но с ним хотела попробовать. С ним я была готова попробовать все, что угодно.

Стараясь не показать свою неопытность, я аккуратно взяла его внушительное достоинство в ладонь и лизнула головку.

– Ника… - простонал Асмодей.

Воодушевившись первым успехом, я взяла его в рот на сколько смогла. И начала аккуратно ласкать языком.

Верховный глухо застонал, запустив пальцы мне в волосы.

Я чуть увеличила темп, стараясь взять его еще глубже. Но Ас внезапно оттолкнул меня.

– Что-то не так? – растеряно прошептала я.

– Нет, что ты, - он поцеловал меня. – Это слишком хорошо. И даже я не смогу долго сдерживаться, когда моя женщина вытворяет такое.

– И не надо.

Я снова вынудила его лечь и уселась сверху. Точнее медленно опустилась, закусив губу от наслаждения. И чуть не кончила, снова ощутив его в себе.

Я выгнулась. Потом наоборот подалась вперед. Качнулась. И, наконец, поймала темп.

Верховный придерживал меня за бедра, помогая и направляя.

Комната наполнилась нашими совсем не тихими стонами и рваными вздохами.

Я уперлась руками в подушку по обе стороны от головы Асмодея. И он тут же поймал мой сосок в плен своих губ. Это стало последней каплей. Для нас обоих.

– Ника, - простонал он.

И я почувствовала, как по его телу прошла судорога наслаждения.

– Ас!- Секундой позже вскрикнула я, вздрагивая всем телом от очередного невероятного оргазма.

Я обмякла на Асе, прижавшись к нему всем телом.

– Ника?

– Ммм? – мне было лень даже приоткрыть глаза.

– Ничего. Отдыхай, - он чмокнул меня в макушку.

– Верховный?

– Да?

– Ты ведь знаешь, что я люблю тебя?

– Знаю. А теперь спи.

Когда я проснулась, Асмодей уже ушел. В голове таки промелькнула дурная мысль о том, что все это было всего лишь сном. Но фрукты и цветы, ждавшие меня на журнальном столике у кровати, быстро развеяли мои страхи.

У стакана сока стоял свернутый листок бумаги.

Я развернула записку и прочла. «Милая, как бы я не хотел быть с тобой каждое мгновение, я все еще Верховный с кучей работы. Увидимся на общей лекции. Целую. Ас».

Уверена, на моем лице сейчас сияла глупейшая улыбка из всех возможных – улыбка счастливой влюбленной девушки.

Позавтракав, я неторопливо собралась и отправилась в университет. Сегодня предстояло пережить три лекции: Люцифера, Сатаны и Асмодея.

Люцифер опоздал минут на десять. Если не на пятнадцать. Он практически влетел в аудиторию, бросил на меня странный долгий взгляд и уселся за преподавательский стол.

Интересное начало…

– Доброго утра, студенты. Сегодня мы будем говорить о самой прекрасной причине человеческих грехов – о любви, - и он снова посмотрел на меня.

Демоны, не знай я Фера как свои пять пальцев, я бы предположила, что с ним поговорил Асмодей и разговор закончился плохо. Но… Но Люцифер всегда был на моей стороне.

Наверно у меня начинается паранойя…

А Верховный между тем продолжил:

– Любовь и гордыня на самом деле не самые лучшие подруги. Чаще эти две строптивые девицы враждуют между собой. Но так сложилось, что из года в год о любви со студентами говорю именно я.

Он замолчал. Посидел мгновение, а потом встал из-за стола и начал ходить между рядами.

– Любовь – наша хорошая подруга и злейший враг. Ради любви люди совершают самые тяжкие грехи и самые великие подвиги. Любовь способна разрушить все в этом мире. И подарить спасение. И вы, юные искусители, можете использовать ее в своих целях, а можете потерять себя в ее силе.