Искушение для искусителя (СИ) - Телицына Евгения - Страница 23

Я попыталась встать, чтобы помочь. Но Асмодей жестко усадил меня обратно, бросив: «Ешь, я сказал».

Интересно, грань, упомянутая в сообщении, это еще одна грань его характера? А то что-то я не припомню за ним заботы о моем питании. Хотя тут я не права. Вспомнить хотя бы, как он угощал меня чаем…

Пока я размышляла, Верховный сел напротив с чашкой и бутербродом.

– Родители знают, что ты живешь на сухом пайке?

– Верховный, я готовлю себе нормальную еду. Но по утрам предпочитаю кофе и выпечку. Ну, или на край бутерброды.

– Хорошо, - протянул он, уставившись в окно.

– Вы расскажите мне, куда мы отправимся? – доев, рискнула спросить я.

– Хочу тебя кое с кем познакомить.

– Но с кем не скажите?

Я встала, чтобы убрать посуду. Быстро помыла чашку и тарелку. А когда собиралась поставить их на полку, услышала тихое:

– Если расскажу, будет не интересно, - и он легонько поцеловал меня в шею.

Демоны, как он так подкрался?! Я испуганно отшатнулась, чем вызвала смех Асмодея.

Верховный искуситель Ада, продолжая невозмутимо улыбаться, помыл свою кружку и убрал всю посуду в шкаф.

– Идем?

Я, молча, кивнула и пошла обуваться.

– И это наша цель?

Мы вошли в подъезд обычного кирпичного десятиэтажного дома. Судя по виду, построен он был лет десять назад. Естественно, относительно даты, в которую нас забросил Верховный. Еще бы знать какая эта дата…

– Да. Хочу показать тебе еще один вариант, - он утопил кнопку лифта.

– Еще один вариант чего? – недоуменно осматриваясь, спросила я.

– Возможного выбора, - загадочно откликнулся он.

– Наставник, а вы не могли перенести нас сразу на нужный этаж?

– Мог.

– Но?

– Как бы ты тогда прочувствовала эпоху?

– Верховный…

– Будешь ворчать – пойдешь на десятый этаж пешком, - обрезал Асмодей.

– Молчу.

На самом деле мне было все равно. Пешком, на лифте… Просто странно. Если бы мы шли к обычному человеку, искуситель перенесся бы вообще сразу в квартиру. А тут честно протопал через двор, вошел в подъезд и теперь едет в дребезжащей узкой коробке. Хвала демонам, она хотя бы чистая.

Вышли мы на самую обычную лестничную площадку. Прямо образцовую, как по картинке из учебника про людей и их эпохи. На полу – грязно-коричневая плитка. На стенах – выцветшая зеленая краска. На запыленном окошке – цветок в старом надтреснутом горшке. Чуть дальше – площадка с четырьмя железными дверьми.

Асмодей уверенно подошел к одной из них. Опять же обычной, без каких либо отличительных знаков. Хозяева даже номер поленились повесить.

Пока я осматривалась, Верховный нажал на звонок, отозвавшийся веселенькой птичьей трелью.

Послышались шаги, и через полминуты дверь открыла симпатичная молодая женщина.

– Асмодей?! – удивленно воскликнула она и тут же повисла у Верховного на шее.

Хм…

– Привет, Лили, - он обнял хозяйку квартиры. – Извини, что без предупреждения. Просто я внезапно решил, что вам стоит пообщаться. Знакомься, моя ученица – Ника.

Девушка отлипла от Асмодея и тепло мне улыбнулась.

А вот я улыбаться в ответ не стала. Я разозлилась. Потому что совершенно не понимала, зачем Асмодей притащил меня к какой-то девице, бросающейся к нему на шею. И теперь хочет, чтобы мы «пообщались».

– Хочешь, чтобы я рассказа ей про жизнь среди людей? – внимательно меня рассматривая, спросила Лили у Верховного.

– Да.

– И не удосужился сначала объяснить ей?.. – она бросила на него недовольный взгляд.

Асмодей тут же повернулся ко мне и, кажется, наконец, понял, что что-то не так.

– Ника, это Лили. Она бывшая чертовка. Я помог ей осесть в мире людей.

– Бывшая чертовка?! – недоуменно воскликнула я, тут же позабыв, что вообще-то злюсь.

– Да. И, может, ты сменишь гнев на милость, и мы поговорим у меня за чашкой чая? – девушка снова улыбнулась.

– Хорошо.

– Тогда милости прошу.

Асмодей кивнул Лили, и практически втолкнул меня в квартиру.

Жилище бывшей чертовки оказалось небольшим. Две комнаты, маленькая кухня да такой же санузел. Посмотреть все я, естественно, не смогла. Но судя по прихожей и залу, дверь в который была открыта, вся квартирка чистая и аккуратная. Простой ремонт без изысков, добротная неброская мебель… То ли девушка скромная, то ли жизнь среди людей не так легка…

Мы прошли по узкому коридору в светлую кухню и расселись за круглым столом.

– Чай? Кофе?

– Кофе, - хором ответили мы с Асмодеем.

Хозяйка ехидно усмехнулась.

– Дорогая, почему ты не предупредила, что у нас будут гости? – в комнате появился растрепанный, явно заспанный мужчина. – Привет. Я – Эрик.

Возлюбленный Лили (а тут ежу понятно, что это возлюбленный) подал Верховному руку.

– Асмодей, - ответил тот на рукопожатие.

– Ого, тот самый. Наслышан, - уважительно протянул Эрик. – А вы, наверное, его девушка?

За спиной мужчины, Лили начала хихикать. Верховный же, покосившись на меня, просто пояснил:

– Это Ника. Она моя ученица… И давно ты в курсе Эрик?

– Она рассказала, после того, как я сделал ей предложение, - он сел на свободный стул.

– Так ты вышла замуж? – вопрос уже к Лили.

– Два года назад. Решила не приглашать вас на свадьбу, чтобы подруги невесты не сошли с ума, - хозяйка поставила перед нами ароматно пахнущие кружки.

Следом на столе появились тарелочки с печеньем, конфетами и даже пирогами. Розетки с несколькими видами варенья. И баночка с медом.

– Умно. Эрик, ты же понимаешь, что теперь тебе заказан путь наверх?

– А оно мне было надо? Знаешь, это как в песне:

«Блаженство рая я оставлю для нищих,

У нищих духом должен быть Царь и Бог.

Я тварь земная и на небе я лишний,

И к чёрту вечность, какой в ней прок»[1], - процитировал Эрик.

– Звучит немного богохульно, - Асмодей улыбнулся.

– Эрик, то есть ты, в отличие от других, не продал душу, а просто подарил. И счастлив? – подала я голос.

И поймала на себе три ошарашенных взгляда.

– Знаешь, Верховный, она – истинная ученица своего учителя, - первой отмерла Лили.

– Удивительно циничное наблюдение для такой как ты, Ника, - задумчиво прошептал Асмодей.

– «Она прекраснее, чем утренняя звезда, она белее, чем месяц. За ее тело я отдал бы душу и за ее любовь откажусь от вечного блаженства в раю»[2]... – Кажется, Эрик снова кого-то процитировал. - Подумай вот о чем, чертовка. За настоящую любовь не жалко отдать душу. За нее и жизнь отдать не жалко. А я люблю эту женщину всем сердцем.

– Извини, я не хотела тебя обидеть, - потупилась я.

– Ты и не обидела. Технически-то ты права.

Мы помолчали. Я чувствовала себя виноватой из-за возникшего за столом напряжения. Но не знала, как исправить свою оплошность.

На помощь как всегда пришел Верховный:

– Ну что, Лил, расскажешь как докатилась до жизни такой?

– Было бы что рассказывать. Ника, ты ведь знаешь, что в Аду у чертей разная специализация. Кто-то мотается по людям, собирая души. Причем тоже не одинаково. Кто-то занимается канцелярской работой. Кто-то преподает. А кто-то правит. Я должна была стать обычным полевым работником. Но в какой-то момент поняла, что не могу. Просто не могу. Неправильная я оказалась чертовка, - она отпила из кружки. – Вообще, за такое наказывают какой-нибудь черновой работой. Но мне повезло. Мой наставник предложил мне иной путь. И вот я здесь.

– Я рискую снова вызвать ваш гнев. Но как же разница в сроке жизни?

– Никак. Я отказалась от своей природы. И теперь я обычный человек.

– Удивительно…

– Таких как я очень мало. Но они есть. И я так понимаю, Асмодей, ты собрался предложить Нике тоже самое? – в лоб спросила Лили то, что я озвучить боялась.

– Нет. Я просто хочу, чтобы она знала все возможные пути. И понимала, что жизнь в Аду устроена гораздо хитрее, чем она думает.

Наша хозяйка понимающе кивнула. А вот я наоборот не понимала, зачем он это делает.