Искушение для искусителя (СИ) - Телицына Евгения - Страница 17

Я был совсем еще мальчишкой, когда встретил свою любимую. Юным наивным ангелом Асмодиэлем, влюбившимся в красавицу Еваниэль.

В Раю никогда не было ссор. Это же Рай!..

Я непроизвольно скривился.

Само наше тогда еще ангельское существо восставало против любых скандалов. Мы жили, как говорят люди, «душа в душу». Пока не случилась уникальная по меркам нашего мира вещь – Люцифер что-то не поделил с Высшим. Они поссорились так, что он решил покинуть райский сад. И попросил поддержки у нас – своих братьев…

Я был готов отдать за свою любимую жизнь, если бы это потребовалось. Но и брата я оставить не мог. Все мы, семеро, согласились уйти вместе. И каждый предложил своей половинке пойти с ним. И все мы услышали простое короткое «нет».

Пережить предательство любимой оказалось куда сложнее, чем добровольное изгнание. Каждый из нас нашел утешение во грехе. О, я ушел в этот омут с головой. И удовольствие от грехопадения заглушило боль.

Я не помню, как произошло перерождение. Помню только, что в один прекрасный день мы стали такими, как сейчас, и Люцифер сотворил Ад.

Благодаря Еве я, наконец, вспомнил все детали своего прошлого. Все, что случилось после грехопадения. Благодаря душе, явившейся к чертям на каникулы, я осознал, что когда появилась первая диахар – Еваника – точная копия моей Еваниэль… Во мне проснулись… Даже не отголоски прежних чувств, нет. Всего лишь вялые собственнические потуги, замешанные на смутных воспоминаниях. Наверное, поэтому она раз за разом уходила без меня.

Я ее не любил. Не мог. Не умел.

И стоит еще раз сказать Еве спасибо за то, что она разорвала этот круг. Прекратила вечную пытку. И открыла мне глаза.

И вот ее дочь… Милая, слишком наивная чертовка, сводящая меня с ума!

Эта демонова практика, закончившаяся совсем не так, как я планировал, заставила меня признать то, что черт с моим опытом должен был понять уже давно. Я не просто хочу эту очаровательную девчонку. Я влюбился!

И именно поэтому ей нужно держаться подальше от меня. И именно поэтому я сейчас иду к Еве, чтобы рассказать ей, что произошло…

Бывшая душа обнаружилась у себя в гостиной. Огромная комната, заставленная по периметру мягкими креслами и диванчиками и небольшими круглыми столиками, совершенно не сочеталась в моем сознании с тем, что любила Ева. Эта девчонка всегда предпочитала маленькие уютные помещения. И даже в этом огромном доме ее чаще всего можно было встретить в библиотеке или спальне – двух самых маленьких комнатах.

Но сейчас она сидела именно в гостиной. И что-то увлеченно читала, когда я вошел.

– Привет.

– Ой! Привет, Асмодей, - она отложила томик на журнальный столик, стоявший около широкого дивана. – Что-то случилось?

– Я даже не знаю, как начать так, чтобы через минуту ты не кинулась на меня в попытки придушить, - признался я, усаживаясь рядом.

Ева побледнела и едва слышно спросила:

– Ника?..

– Жива. Здорова. Озадаченна.

Бывшая душа мгновенно расслабилась. Обмякла, откинувшись на спинку дивана, и прикрыла глаза рукой.

– Тогда в чем дело?

– В общем, я решил, что раз уж вы вмешались в педагогический процесс и внесли коррективы в обучение Ники, можно больше не тянуть кота за органы и попробовать отправить твою дочь к людям…

– Асмодей, - Ева выпрямилась и взяла меня за руку, - прости! Я, правда, виновата…

– Ничего себе! – я картинно округлил глаза. – Сама Ева Искуриус изволит извиняться перед сирым и убогим Верховным!

– Ас!

От подзатыльника я увернуться успел. А вот тычок под ребра пропустил.

– Так что случилось? – невозмутимо уточнила она, поправляя задравшуюся во время раздачи тумаков узкую юбку.

– Только не ори…

И я пересказал наше с Никой увлекательное путешествие в мир людей.

– Уже второй раз опозорился, Верховный, - совершенно спокойно заметила Ева, звякнув колокольчиком для слуг. – В прошлый раз позволил демону меня избить… Будь любезна, принеси нам чай, - велела она подошедшей бесовке, а потом продолжила: – Теперь вот дочери моей досталось…

– Ева… - попытался я вклиниться, но она меня проигнорировала.

– …Твоя симпатия страшна в своей разрушительной силе, Асмодей. И ты сам знаешь, что случается, когда твоя похоть сливается с чувствами...

– Ева, этого больше не повторится. Обещаю.

Вернулась бесенок с раскладным столиком, на котором стояли чашки, чайничек и гора сладостей.

– Спасибо, – бывшая душа дождалась, пока служанка выйдет, а потом спросила: - Ас, помнишь, что ты написал мне в записке, когда я призналась, что люблю Иера? Тогда, когда мы с тобой…

Я отрицательно мотнул головой. Столько лет прошло. Да и откровенно говоря, я стремился забыть все, что тогда произошло. Потому что вел себя непозволительно.

– «Если ты его любишь, то никогда не расскажешь о своих чувствах», - процитировала она.

Мне стало не по себе. Ева – умная женщина. Но я не давал ни одного повода думать, что у меня есть чувства к Нике. Однако она как-то это поняла…

– Почему ты это вспомнила? Я не люблю твою дочь.

– Потому что сейчас прошу тебя почти об этом же. Если ты неравнодушен к Нике. А ты неравнодушен и не ври мне! – она посмотрела на меня так, что я поежился. – Если ты чувствуешь к ней что-то, оставь ее в покое. Не ломай ее. Ей будет слишком сложно это пережить.

– Думаешь, я этого не понимаю? – тихо спросил я.

Теперь взгляд бывшей души стал удивленным. По-настоящему идивленным.

– Ты все еще считаешь, что я безнадежен.

– Нет! Ас, я…

– Ева, я никогда не позволю себе причинить ей боль! Она заслуживает лучшего. Заслуживает того, что я не способен дать.

– Асмодей!

Хозяйка дома отставила чашку и, быстро переместившись, обняла меня.

– Что ты?..

– Прости. Я знаю, что ты не такой. Честно. Я учусь верить тебе и доверять. Но когда дело касается Ники… Ас, можешь считать меня сумасшедшей, но я уверена, что она – это еще один дар Высшего. Финальный аккорд в длинной симфонии наших судеб. И я слишком люблю ее. Слишком боюсь за нее. Потому что кроме нее и Иера у меня никого нет.

– Все хорошо, - я погладил ее по спине. – Я понимаю. Только не понимаю, почему вы…

– Потому что не получается, - она отстранилась и отвернулась.

– Я…

– Давай просто закроем эту тему, хорошо?

– Хорошо… Знаешь, я рад, что все еще жив, после такого-то разговора, - я нервно рассмеялся.

Ева не удержалась и рассмеялась следом.

– Знаешь, Верховный, надеюсь, твоя оплошность отобьет у нее интерес к полевой работе.

– И не надейся.

– Умеешь же ты, обнадежить, - она заново наполнила свою чашку. – Пей чай, искуситель.

– Спасибо, но я, пожалуй, пойду. Не хочется снова заставлять Иера нервничать.

– Не льсти себе, - эта нахалка показала мне язык.

– Помилуй Высшее, - я чмокнул ее в щеку. – Пока. Мужу привет.

– Всего хорошо, Ас.

Я вышел из дома семьи Искуриус и замер на крыльце. Не ожидал, что все пройдет так… Немного нервно, но довольно спокойно. Но рад. Теперь осталась самая неприятная часть. Нужно найти Олью.

Чертовка нашла меня сама.

Прежде чем кидаться в омут с головой, я решил перекусить и перешел в «Трех демонов». Там ко мне за столик и подсела Олья. Не утруждая себя получением моего согласия.

– Добрый вечер, Верховный, - промурлыкала она, бросив на меня голодный взгляд.

В голову закралась позорная мысль о поиске плана «Б». Но я тут же ее отогнал. Рыжая идеально подходила для моих целей. Эта точно сделает все, чтобы Ника меня возненавидела.

– Привет, ученица, - я подмигнул.

– Наставник, я давно хотела вас спросить… А вы постоянно заняты… - она надула губки. – Может у вас найдет минутка хотя бы сейчас…

Я чудом не расхохотался. Но сдержался.

Подался вперед и заговорщицки прошептал:

– Спросить? Олья, я не вчера родился. Ко мне или к тебе?

Девчонка остолбенела.