Искушение для искусителя (СИ) - Телицына Евгения - Страница 15

– Что вы сделаете с моими волосами?

– Ничего, что мы потом не сможем вернуть назад, - мягко касаясь головы, ответил Асмодей. – Побудешь русой зеленоглазой крестьянкой, ученица.

– Хм…

– А теперь идем.

Поле оказалось огромным. Но меня это не напрягало. Я шла, подставив лицо теплому летнему солнышку и любуясь ярко-голубым небом без облаков. Асмодей шел рядом, изредка поглядывая на меня с улыбкой.

Наконец, мы добрались до небольшой деревни. Каменные невысокие домики, аккуратные участки, чистые дорожки… Мило. И совершенно не информативно. Где мы, интересно?

Но Верховный не дал мне толком осмотреться. Снова взяв за руку, он повел нас по окраине в сторону длинного каменного здания, расположившегося на отшибе, почти на опушке леса.

– Постоялый двор? – предположила я, проходя мимо гостеприимно распахнутых деревянных ворот.

– Таверна, - внимательно осматривая двор с перевязью для лошадей, откликнулся наставник.

– Зачем нам туда?

– Я проголодался.

Естественно, я ему не поверила. Но разве кому-то есть до этого дело?

Асмодей толкнул дверь таверны и пропустил меня вперед.

– Время войн катастроф

Я читал по карте снов,

И на грязных площадях

Я взывал к толпе.

Но пророк для людей –

И колдун, и лицедей,

В их глазах я видел страх –

Страх душой прозреть!..[1] – пел молодой менестрель хорошо поставленным глубоким голосом.

Я с интересом наблюдала за ним, пока Верховный вел меня к столу в углу просторного зала. Я села, а Асмодей отошел к широкой стойке бара (понятия не имею, в каком мы времени и уместно ли так ее называть, но все же) поговорить с хозяином заведения.

Итак, что мы имеем? Помещение с большими окнами и огромным камином. Последний сейчас казался темным провалом в гладкой стене. Что не удивительно – на дворе лето, топить нет необходимости.

Что еще? Штук пятнадцать добротных деревянных столов, за которыми сидели, равнодушно слушая менестреля, посетители таверны. И кучу факелов и свечей, расставленных и развешенных по залу.

Неприветливое какое-то заведение.

– Осмотрелась? – Асмодей сел за стол.

– Осмотрелась. Что мы тут забыли?

– Тут вкусно готовят, - Верховный хитро улыбнулся. – Да и парень хорошо поет.

– Мое задание связано с ним?

Главный искуситель Ада только загадочно улыбнулся в ответ.

Демоны, если Асмодей решил поиздеваться, то я могу до позеленения пытаться вытянуть из него информацию и ничего не добиться. Поэтому я бросила это гиблое дело и пригубила из только что принесенной девчонкой-разносчицей кружки. А неплохое тут варят пиво!

Наставник тоже приложился к кружке, поглядывая на меня с явным одобрением. Интересно. Опять пытается показать мне, что я должна игнорировать все вокруг. И в первую очередь его самого.

Нам принесли тушеные овощи с мясом. И на какое-то время обоим стало не до разговоров. Потому что искуситель был прав – здесь готовили дьявольски вкусно!

– Ну что ж, Ника. Вот твое задание на практику. Искуси любого из присутствующих здесь мужчин. Само собой играя на похоти, - спокойно сообщил Ас, как только тарелки опустели.

Я подавилась пивом.

– Шутите? – недоверчиво уставилась на него.

– Нет. Вперед! – и этот (непечатное) демонстративно развалился на стуле, скрестив руки на груди.

– Вы же сами говорили, что я к этому не готова?!

– Я говорил, что ты не готова принять некоторые грани похоти. А начать практиковаться ты вполне готова. Тем более что тут к этому все располагает, - он подмигнул.

Приплыли… Леший знает, какая эпоха. Леший знает, какая страна. Леший знает, какие нравы. Ррр! Хар!

Десять мужиков. Один из которых – мой учитель. Остальные… Крестьяне… Так, вот этот явно успешнее остальных. Хозяин лавки? А вон тот похож на купца…

Да какая к демонам разница?! Если всех их сейчас интересует только содержимое высоких деревянных кружек?!

Я приуныла. Иногда мне кажется, что мама права и полевая работа – это не мое. Я даже не знаю, с какого бока к этому делу подойти…

– Рассвет еще далек,

Но тает грим любви,

Усталость вижу и смятенье,

Взглянув в глаза твои…[2]

Прервавшийся для того, чтобы промочить глотку менестрель, снова запел.

Красивый паренек. Высокий, статный. Светловолосый и ясноглазый. А голос…

А ведь это идея!

Я дождалась окончания песни и подошла к менестрелю.

– Чем могу помочь очаровательной леди? – галантно поцеловав мою руку, спросил он.

– Добрый день, - зарделась я. – Я… Ох, я, наверное, насмешу вас столь глупой просьбой… Простите, что отвлекла.

– Ну что вы. Я всегда готов помочь, - он тепло улыбнулся, и мне стало совестно.

– Просто… я тоже пою… И всегда мечтала о дуэте. Но в наших краях так редко бывают отзывчивые певцы…

И глазки в пол, и потеребить подол платья.

– Я с удовольствием спою с вами, - он взял меня за плечи и аккуратно развернул лицом к посетителям. – Знаете «Граф и графиня»?

– Конечно! – радостно ответила я, посмотрев на него взглядом получившей автограф фанатки рокера двадцатого века.

Интересно, что это за песня…

– Значит, знаете, когда вступать. Давайте попробуем.

И он начал наигрывать на лютни мотив, который я, хвала всем Верховным Ада, узнала. Так что, облегченно выдохнув, я вступила:

– Какая ночь, мой милый граф,

Луна так ярко светит. И шепот листьев,

Шелест трав усиливает ветер.

Навеки вашей стать мечтаю я...[3]

Мужчины, сидящие в зале, оживились. Я то и дело ловила на себе их взгляды. Особенно одного. Того, что приняла за купца.

Человек лет сорока следил за мной бледно-голубыми почти прозрачными глазами. Даже не следил. Исследовал каждый сантиметр моего тела.

Я расправила плечи, постаравшись встать так, чтобы под свободным платьем угадывались все достоинства фигуры. И продолжая петь, улыбнулась мужчине.

Тот усмехнулся в ответ.

Что ж, кажется, подходящую жертву я нашла.

Мы закончили песню, и таверна взорвалась аплодисментами. Менестрель, улыбаясь во все тридцать два зуба, поклонился толпе. Смутившись, я последовала его примеру.

– Еще песню? – тихо спросил парень.

– С удовольствием.

В итоге наш концерт растянулся не на одну, а на четыре песни. И я уже начала нервничать, когда наблюдавший за мной мужчина, наконец, решился подойти.

– Что вы он не предложил, откажитесь. Даже с вашим ремеслом, он все равно опасен, - шепнул мне менестрель, заметив, кто к нам идет.

– О чем вы? – шепнула я в ответ.

– Я вижу, что он – чистое зло. И может навредить вам.

Я удивленно посмотрела на него и замерла. Глаза музыканта стали молочно белого цвета.

– Пророк… - ахнула я, разворачивая парня так, чтобы никто в зале не видел его лица. – Ты пел о себе, когда мы вошли!

– Послушай моего совета, милая. Не ходи с ним. И оставь свои занятия. А главное забудь о мужчине, которого так страстно желаешь. Из-за него ты будешь в опасности, - быстро шептал парень, старательно разглядывая пол.

Этого только не хватало! Пророки – редкое явление в мире людей. Но если повезло его встретить – будь готов разгадывать загадки. Я всегда была уверена, что свое будущее лучше не знать. Потому что, во-первых, меньше знаешь – крепче спишь. А во-вторых, провидцы не умеют выражаться прямо. Точнее не умеют говорить все и сразу. Скажут «а», а потом хоть на коленях вымаливай «б»!

– Ты можешь сказать больше?

– Ты же знаешь, что нет…

– Прошу прощенья, - в наш разговор вмешался тот самый мужчина. – Не уделить ли юная леди несколько минут старику?

Я замешкалась, но тут же одернула себя. Если менестрель прав и мужчина опасен, то лучше уж с ним разберусь я, чем пострадает невинная девушка.

– Какой же вы старик! – я улыбнулась. – Чем могу служить, господин?

– Будет вам, - он поцеловал мою руку. – Я очарован вашим пением. И имею наглость пригласить вас на прогулку.

– С радостью соглашусь, – смущенный взгляд из-под ресниц. – Меня зовут Мари.