Некроманты любят сыр (СИ) - Танари Таша - Страница 64

Ух, знал бы Марвин о Геллере правду, ни за что бы туда не сунулся. И коса… пусть Дэмис сам с ним объясняется, я другу о фиолетовой мечте Хозяина кладбища рассказывать не буду.

— И ты отправился за нами? — не заостряя внимание на неудобных деталях, удивилась я. — В такое время? Если так пойдет и дальше, то до конца моей практики ты себя в гроб загонишь.

Прозвучало двусмысленно и немного угрожающе, зато правда.

— Понимаешь ведь, что я не развлекаться в Мухомрийск приехала. Для некроманта подобная работа привычна и не так уж опасна, как ты думаешь.

Тут я, конечно, мощно приукрасила, но очень уж хотелось успокоить Марвина. В конце концов, полуправда заключалась в том, что рядом с Дэмисом Элройеном мне и в самом деле мало что угрожало. Вон Ивар с Лораном попытались и даже у них ничего не вышло, а уж этим сущностям в силе и возможностях не откажешь.

— Ну, — смутился Марвин, — у меня к тебе еще одно дело было. Может, и отложил бы, но на обратном пути встретил мессира Крайтона, он и предложил пойти с ним на сыроварню.

— Дело? — удивилась я.

Друг убедился, что на нас никто не обращает внимания, и полез в карман.

— Дин Борщецки приметил, что мы общаемся, и попросил аккуратно передать тебе эту записку. Сказал, ты поймешь.

Небольшой лист бумаги незаметно от всех перекочевал в мои руки. Взяла его с настороженностью: ничего доброго это послание обещать не могло.

— Не знаю какие у вас дела с помощником главы города, но я подумал, вдруг с лордом Элройеном не все так гладко, как кажется. Если даже власти о тебе беспокоятся… — Марвин заметил навострившего уши Мыхаса и замолчал.

Причем я так и не поняла: он из конспиративных целей это сделал или просто потерял дар речи при виде… хм. Облик огромной крысы в белоснежной форме и огнем преисподней во взгляде кого угодно мог обескуражить, особенно с непривычки.

Я прикрылась Марвином как щитом и развернула записку.

«Дина Святодух, надеемся, что ваша практика проходит с полной отдачей и ни одно задание гильдии не оставлено без внимания. Друзья и коллеги интересуются вашей судьбой и выражают обеспокоенность безопасностью в городе. Предлагаю встретиться завтра в обед у городской ратуши, дабы узнать о ваших успехах и поспособствовать дальнейшему комфортному пребыванию в Мухомрийске.

Зам. Гл. Пом. гг. Симон Борщецки».

Многозначительное и загадочное «гэ-гэ» перед именем настолько поразило мое воображение, что даже несколько притушило гадостное чувство, возникшее после прочтения.

Подло! Невовремя и совершенно против моего желания. Ощутила себя притиснутой к стенке, а осознание, что выбор делать все же придется и уже вот сейчас, окончательно испортил настроение. И главное, составитель сего безобразия ловко прикрылся гильдией, точно зная на что надавить. Я же так и не поняла: манипуляция это или мне и в самом деле следует попрощаться с лицензией.

Что ж, зубасто улыбнулась умертвиям. Ползший в нашу сторону Пискун резко сменил траекторию и предпочел укрыться за спинами живых и мужественных. Выбор — так выбор, надеюсь, я о нем не пожалею.

Глава 24

В камине потрескивали поленья, за окном завывал ветер, я читала справочник о редкой магической живности, так или иначе связанной с миром мертвых. Поджав под себя ноги и завернувшись в плед, я сидела в просторной зале особенного дома с не менее особенными хозяевами и чувствовала себя на удивление прекрасно.

Оторвала взгляд от страницы и придирчиво сверила изображение из справочника с оригиналом. Заметно подросший и округлившийся Пискун мирно дремал на подлокотнике кресла. Алый росчерк характерного узора вдоль тела, отличающая этот вид «мортем анима» бархатистая кожа и наличие второй крылатой ипостаси, кою уже тоже довелось видеть. Сомнений нет, все это богатство на мою голову — редкое семейство из группы беспозвоночных, натурально питающееся душами умерших.

Вид «мортем анима» относят к самому малочисленному, зато именно они при достижении половой зрелости способны поглотить и переварить полную структуру всех энергетических составляющих тонкого ядра живого существа.

Снова покосилась на питомца — очень рассчитываю, что он еще детеныш.

Впрочем, в первой своей ипостаси червячки вполне безобидны и питаются исключительно эктоплазмическими выделениями, скапливающимися в местах захоронений. Да и вообще не часто доживают до взрослой особи. Так как без второй ипостаси они слишком уязвимы для хищников, а необходимое условие для ее формирования — пища с примесью сильнейших посмертных переживаний в концентрации не ниже полутора единиц от общих вибраций пространства.

Далее пошли узко научные характеристики, которые я все равно не запомню, поэтому смело пролистала их, перейдя в конец статьи. Главное я поняла: Пискуша редкий, Пискуша теперь уж точно доживет до половой зрелости, если еще «не», и Пискуша при содействии лорда-некроса стал действительно опасным существом.

Сейчас в это верилось с большим трудом, но воспоминания о вылезшей из могилы фантомной сущности с крыльями и трехрядным комплектом зубов, по телу которой пробегали разряды чистой энергии — вынуждали признать обратное.

Интересно: а выпить душу, когда она крепко сцеплена с телом живого, он может?

Поискала ответ в книге. Впрямую об этом не упоминалось, вид «мортем анима» оставался по ряду закономерных причин не до конца изученным, но и подобную вероятность в теории не исключали. При наличии определенных условий. Кстати, существует версия, что Пискуньи предки зародились в Льдистых горах и выползли на наши земли из тумана у их подножия. Той самой магически активной субстанции, выбрасываемой из недр на поверхность и похожей на пар.

Ох, если бы Палтус только знал, кого именно всучил мне в качестве наказания за все хорошее. Даже и не знаю, как бы он поступил: уничтожил червячка, уповая на здравый смысл, или радостно забрал себе — изучать и делать прорывы на стыке нескольких дисциплин. Хотя последнее вполне реально, могу и вернуть диковинку, все равно так или иначе для него червей покупала.

А вот хозяин ведьмачьей лавки, выходит, мощно продешевил, отдав уникальное магическое животное, стоимость которого в научных кругах должна быть запредельной, по цене ничем не примечательных могильных червей на развес.

На этот раз я взглянула на Пискунишку иначе: оценивающе так, если не сказать алчно. По идее, на учебу хватить должно. Может, еще и останется. Заживу! Должно же мне воздаться за страдания: кто за проделки мелюзги огребал, а кто его на погост выгуливать ходил с риском для жизни? Во-о-от, имею право.

Червячок сладко зевнул и потянулся, в буквальном смысле превратившись в одну безупречную линию. Потом заметил меня и заурчал, совсем как кот. Вот ведь зар-раза! Поняла, что продавать питомца вовсе не хочется, да и не смогу я так с ним. В конце концов, он уже не просто «мортем анима», а «мортем анима измененный» и неживой к тому же. Как бы за такие проделки вместо награды не схлопотать по сусалам.

В комнату вальяжной походкой вкатился Мыхас. Огляделся и направился прямиком к Пискуну.

— Хватит разлеживаться брат-червяк, — тут же начал командовать крысо-мышь. — Давай-ка я тебя крылья брать под контроль научу, а то прошлый твой полет — это просто позор на мой седой хвост.

Хвост, правда, у Мыхаса был облезлый, а вовсе не седой, но я тактично умолчала. Зато не стала молчать о другом:

— Вы бы еще больше выпили, а потом воздушные пространства покорять начали. Не удивительно, что крылья некоторых подвели.

— Наглый поклеп и провокация! — заявил Мых с энтузиазмом демонстрируя Пискуну как правильно проявлять и складывать фантомные крылья. При этом одно умертвие поучало другое, совершенно не заботясь о червячьих чувствах. Надо полагать, педагогика уж точно не религия Мыхаса.

— Ты бы поаккуратнее с ним, — прикидывая насколько хватит Пискушиного терпения, посоветовала я.