Некроманты любят сыр (СИ) - Танари Таша - Страница 62

— Тебе и вправду в дознаватели надо, ведь и с мертвого не слезешь! — Потом взгляд его сделался неожиданно мечтательным, и он то ли всерьез, то ли с издевкой добавил: — У тебя и экипировка со снаряжением уже имеются.

Пока я раздумывала это меня сейчас похвалили или не очень, дин Элройен тряхнул головой, словно прогоняя какие-то навязчивые видения, и все-таки начал рассказывать:

— Дурная история с ней вышла, вот чего.

Погост я закрыл, магическую защиту поставил, покойники вздохнули с облегчением, если можно так выразиться, и перестали доставать меня нытьем. На входе появилась табличка с расписанием, ты его видела: приемные дни, часы, отведенные для разных нужд. Стало на кладбище мирно, за исключением отдельных случаев с вывертами фиолетового сектора. И живые не шарахаются — Эдди на время посещений велел всем своим лежать тихо и носа не высовывать, и мертвые понапрасну не дергаются.

За разговорами мы подошли к симпатичному одноэтажному зданию, сильно отличающемуся от типичной застройки Мухомрийска. Вокруг — ни души, только кроны деревьев шуршат. Сразу заметно, что сыроварню дин Элройен строил под себя отдельно и место выбрал тихое. Вообще, я уже начала привыкать, что он предпочитает как можно реже пересекаться с жителями городка, если есть возможность воспользоваться обходным путем — лорд-некромант ее не упустит. Над входом красовалась вывеска «Эрл-сыр» и ни намека на специфические наклонности хозяина сего приятного заведения.

Очень интересно было туда попасть, но дослушать тоже хотелось. Поэтому я обнаглела настолько, что ухватила его милость за сгиб локтя и попросила:

— Давайте, тут немного постоим? Смотрите, какие звезды на небе красивые. А вы историю расскажете до конца. Внутри точно не дадут послушать, там Мыхас и Пискун, а еще много сыра — я никогда не видела, как делают сыр. Буду отвлекаться!

Дэмис смерил мою умоляющую моську долгим взглядом и согласился. Даже улыбнулся в итоге, одной из своих улыбок, от которой мне внутри щекотно становится. Он оперся о кирпичную кладку ограждения и продолжил:

— Лисавета нарушила запрет, осталась на кладбище после заката, когда там нежить активизируется — это раз, защитные руны у особо беспокойных могилок дополнительную защиту подключают — это два.

— Представляю какого страха она натерпелась.

— Это бы еще ничего, ей почему-то приспичило набрать земли именно с такого захоронения, к которому и в мирное время лучше не приближаться. Лукас сказал, она утверждала: там свечение было, сочла его за божественный знак.

— Ой, темнота-а-а, — я схватилась за щеку, совершенно точно зная, что никакого божьего промысла ночью на кладбище не бывает и быть не может. Лучше бы в храм съездила, жрицам подношение оставила — и безопаснее, и все полегче бы стало.

Лорд-некромант вздохнул.

— Словив откат от сработавшей ловушки, я пошел разбираться. А когда нашел ее, Лисавета уже одной ногой сама в могиле была. Старая ведьма теряться не стала, с энтузиазмом взялась за живую плоть и душу, которая сама к ней приперлась, еще и в должницы записалась добровольно, взяв с могилы земли.

— Жуть, а почему Ивар тогда оправдывался? Я думала, это он постарался напугать бедняжку.

— Нет, он психанул, потому что ведьма эта, еще во времена их знакомства при жизни, его на себе женить пыталась и вообще всячески демонстрировала заинтересованность в… кхм, теле свободолюбивого упыря. А у него власть, деньги, бессмертие, ну почти. Короче говоря, ведьмы его интересовали исключительно в гастрономическом и развлекательном контексте, без вот этого вот «до гробовой доски».

Я аж заслушалась, честное слово. Кто бы мог подумать, что вампиры тоже плачут. Какая увлекательная драма с того света, какой накал страстей!

— Ведьму такое положение дел сильно не устроило и отказов она не принимала, поэтому портила ему существование как могла и поклялась продолжить после смерти.

— Так вот почему они на одном кладбище оказались?!

— Да, только Эдди к тому моменту уже Хозяином стал, и подружку свою вполне контролировал. Со временем так вообще почти на вечный сон ее уложил, расслабился, потерял бдительность. И тут Лисавета сдуру сунулась, защиту мою нарушила — ведьме услужила, разбудила ее, еще и подпитала. Не скоро теперь наш знакомец снова угомонит старую каргу, и сил сколько потратить придется. Разумеется, Эдди разозлился не на шутку: добить не добил, но сгоряча нажелал дурехе того же, по тому же самому месту.

— Проблем в личной жизни? — не удержалась я от ироничного предположения.

— Вроде того, чтобы первому же встречному захотела… семью захотела с ним, если не вдаваться в подробности.

Я вскинула брови:

— Он ничего не перепутал? Ей как раз избавиться от навязчивой влюбленности нужно было, а так сразу два вскрытия на одном столе. И от того отцепится, и с поклонником мир обретет — я слышала, ее руки многие в городе добивались.

— Ты не забывай, мы сейчас о древней мертвой сущности говорим — у него представление о семейных ценностях чуть более, чем никакое. Да и не важно уже, чего он там думал в приступе гнева, главное, что первым встречным стал я!

Вот согласна, нехорошо вышло. С какой стороны ни посмотри — неудобно очень. Сочувствующе вздохнула и попыталась смотреть на ситуацию позитивно:

— Зато всегда при свежих продуктах.

Меня смерили таким профессионально прозекторским взглядом, что захотелось самой себе перепись органов сделать и поскорее отчет о вскрытии предоставить. Поспешила съехать с темы:

— Неужели проклятия Хозяина кладбища настолько живучи, что вы их снять не смогли? — Подумала и надавила ему на совесть для верности: — И какой смысл тогда был в разыгранной сцене… там на крыльце?

Не уверена, что совесть у лорда-некроса в принципе существует, ну да утопающему любая соломинка — потенциальный плот.

— Пошли давай, божественное мое наказание, — дин Элройен тоже умел съезжать с неудобных тем мастерски.

— И все же, — прицепилась я не хуже репейника, — не понимаю!

— Сняли мы с Лисаветы все магические обвесы, да только поздно было, у нее изменения с тонких тел уже на физику перейти успели. Лекари лишь руками разводят: организм после приключений на кладбище нестабильный, скажите спасибо умом не тронулась.

— То есть она взаправду влюбилась в вас? Всякая химия грубого тела и то, как оно предает… здравый смысл?

На сей раз меня смерили взглядом весьма и весьма заинтересованным, и даже как будто слегка потрясенным.

— И откуда столь академические познания в непрофильной дисциплине?

Я позорно покраснела, припомнив парочку урывками читаных романов, где глубинный смысл действа так и остался не понятым. Зато вот лорд-издеватель быстро сообразил, что не в конспектах целителей я свои познания обнаружила. Сколько не маскируй понятия, а суть осталась пошита белыми нитками.

— Оттуда же, откуда и костюм дознавателя, — буркнула я.

— Это-то и настораживает. Никогда бы не подумал, что всерьез заинтересуюсь жизнью и обычаями жреческой касты. Впору пересмотреть собственные представления о слугах божьих.

— Вас ждет немало увлекательных открытий! — нутром чувствуя в его словах подвох, я изо всех сил старалась сохранить остатки достоинства.

— Надеюсь, — совершенно по-кошачьи улыбнулся местный ужас, поманил меня ближе и доверительно поделился: — Я за причуды Лисаветы не отвечаю, в магическом плане она чиста. Потому и помочь ей ничем невозможно. Она сама должна научиться справляться со своими чувствами, понимаешь?

Кивнула, совершенно завороженная его близостью и вкрадчивым голосом.

— Та сцена, как ты ее назвала, меньшее из зол. И если это поможет ей наконец прозреть и поискать взаимности среди других, то я готов повторить.

А вот теперь стало страшно, но боялась я вовсе не Черного лорда, а себя и собственных мыслей. Потому что от повторения тоже бы не отказалась, и вовсе не ради заботы о незнакомой мне женщине. Только стоило вспомнить, что общего между нами — лишь окрас магического дара, а дальше пропасть. Во всем. И я не хочу превратиться в подобие Лисаветы, постоянно ищущей счастье там, где ей не рады.