Нимфа рабыня в гареме у Дракона господина (СИ) - Блэк Айза - Страница 3

— Даже не представляю, как ты терпишь!

— Ко всему можно привыкнуть. Ладно, давай приступим к делу, а то еще получу нагоняй, за то, что долго копаюсь.

— Приступай, что поделать, — у нимфы вырвался вздох.

— Я сейчас тебя подмою, это не больно, — врач направил струю воды в промежность, позже тщательно протер каждую складочку, особенное внимание уделяя клитору. — Теперь возбуждающая мазь.

— Может, без нее обойдемся? — жалобно пропищала Эрида. — Мне сейчас так хорошо, спокойно.

— Нельзя, иначе контроллер не встанет, так как надо, — он зачерпнул пальцем мазь из баночки и подошел к большой груди нимфы. Легкими массирующими движениями стал ее растирать. Теребил соски, слегка их сдавливал, массировал упругие полушария. Нежные прикосновения, в сочетании с мазью начали действовать мгновенно. Очень быстро Эрида стала стонать, и выгибать спину, моля не останавливаться.

Зачерпнув еще мази, Нэш остановился между ее ног:

— Ты уже потекла недолго осталось.

— Дай мне кончить еще раз!

— Малыш, я бы с радостью, но ты знаешь, что тогда будет, прости, — врач прикоснулся к половым губам, плавно перешел к нижним, смазал вход в ее лоно. Движения точные выверенные, призванные подарить максимальное удовольствие. Массаж промежности продолжался не долго, Нэш почувствовал — она уже на грани.

Взяв с полки, небольшую тоненькую трубочку, он зажал ее между двух пальцев, второй рукой, потянулся к клитору, обильно смазав его. Нимфа взвыла, и задрожала.

— Пора, девочка, — доктор оголил клитор, потеребил его указательным пальцем, заставив набухнуть еще сильней и прицелившись, ввел контроллер. Прибор тут же занял нужную позицию, заблокировав приближающийся оргазм, заставив нимфу издать крик отчаяния. Мерзкие ощущения контроля, вернулись.

Врач снял с нее ремни, помог подняться с кресла. Нежно вытер слезы.

— Ну не плачь, не надо! Сейчас последнее встань раком, вот сюда, — он указал, на небольшой помост, — я должен помассировать его в таком положении, чтобы убедиться — прибор встал, так как надо.

Нимфа приняла позу, как ей было велено. Новый контролер еще слишком сильно ощущался, пульсируя в клиторе, и не давая ей возможности успокоиться. Нэш, сильнее расставил ноги Эриды, просунул руку к клитору, и продолжил свой массаж. Ощущения близкого финала вернулись с новой силой, нимфа вновь стонала. Но только оргазм пытался приблизиться, тут же срабатывал блок.

— Ну, все вроде бы, справились, — врач деловито вытирал ей промежность.

— Благодарить не буду!

— Я и не жду, — он грустно усмехнулся.

Эрида вышла из кабинета к ожидавшим ее стражам.

— Сейчас идем к кровати похоти!

Внутри все похолодело:

— З-з-зачем? Мне Хозяин разрешил отправиться спать!

— Внеплановая ситуация, непокорная рабыня получит свое наказание. А ты должна смотреть, вместе с остальными, назидательный урок вам рабыням на будущее. Потом пойдешь спать.

У нимфы вырвался вздох облегчения. Хоть не она будет подвергаться этой жестокой пытке. Впрочем, смотреть на такое у нее не было не малейшего желания. Только тут не спрашивали, а только приказывали…

Глава 5

Сцепив руки за спиной, она шла следом за стражами. Нимфе еще ни разу не довелось побывать самой в кровати похоти, но увиденное пугало. Она старалась вести себя максимально послушно. Тщательно соблюдая правила. Эрида сомневалась, что выдержит ночь подобного безумства.

В довольно маленькой комнате, посредине стояла импровизированная кровать в форме буквы «Х», мягкая, идеально повторяющая изгибы женского тела. Рабыни стояли кольцом, обступив сооружение. Вассалы рассредоточились по всему периметру комнаты. Около кровати, стоял страж и держал шатенку, ту самую, что проиграла в рулетку, а позже не смогла удовлетворить по приказу. Но за такой проступок наказание было другим. Нимфа досконально изучила правила. Выходит, шатенка успела проштрафиться еще раз.

Эрида не была знакома с ней лично, а лишь знала ее визуально. Их дороги тесно пересеклись первый раз у рулетки.

— Сандра, нарушила одно их главных правил, — Безликим голосом проговорил вассал. — Она пыталась удовлетворить сама себя, собственноручно сняв контроллер. Неужели ты думала, хоть волос в замке, может упасть без ведома господина? На что ты рассчитывала? Разрешаю высказаться.

— Простите меня, — рабыня упала на колени, — я не могла терпеть, похоть сжирала меня, лишая рассудка. Мне необходимо было облегчение! Пощадите!

— Наслаждение тут заслуживают! А не следуют своим хотелкам. Послушание — главное достоинство рабыни. Твое наказание — это урок всем!

Вассал не обращая внимания на рыдания Сандры, уложил ее на кровать, и стал пристегивать ремнями. Плотно фиксируя девушку, так чтобы она не имела возможности пошевелиться. Второй страж стал устанавливать фаллоимитатор у ее раздвинутых ног.

Большой конец в форме члена ввел в лоно, а маленький наконечник плотно прижал к клитору. Проверив, хорошо ли держится прибор, включил его. Раздалось легкое жужжание, и шатенка застонала. Двойная стимуляция еще скорее приближала оргазм, девушку затрясло, она закатила глаза, и тут сработал контроллер, блокирую удовольствие на приближающемся пике.

— Нет, нет, нет! Пожалуйста, хватит! — слезы градом текли по щекам девушки. Рабыни затаили дыхание, даже боясь вздохнуть.

Наказание продолжалось дальше. Вибратор не щадил Сандру, нещадно доводя ее до исступления, а контролер, не давал получить желанной разрядки.

Вассал подошел к торчащим соскам шатенки, с начал усиленно смазывать их мазью, выкручивая налитые соком горошины в разные стороны. Мазь усиливала дошедшее до предела возбуждение.

Девушка пыталась извиваться, скинуть беспощадный прибор, но ремни не позволяли сделать малейшего движения. На пол обильно стекали соки, Сандра сочилась желанием, а голос молил о пощаде.

Эрида знала, что лежать с вибратором между ног шатенка будет до утра. Никто раньше ее не вызволит, и никакие крики о помощи не спасут. Желающие могли остаться и наблюдать. Остальным же было разрешено покинуть комнату до утра. С рассветом шатенку ждал второй этап экзекуции. Пять вассалов предпочли наблюдать за происходящим, оставив себе для утех трех рабынь.

Эрида обрадовалась, что ее миновала участь удовлетворять господ, и наблюдать за истязаниями, при этом самой не иметь возможности получить наслаждение. Нимфу проводили в ее комнату. Страж ждал, пока она закончит приготовления ко сну.

Рабыне разрешалось принимать ванну, посещать туалет, делать любые процедуры по уходу за собой. Если она не провинилась, то в комнате действовали послабления. Она даже могла заказать еду. Тут не морили голодом, и истязали исключительно похотью, и неудовлетворенными желаниями.

— Я готова, — Эрида легла на кровать. Страж подошел, зафиксировал ее руки, над головой, потом раздвинул ноги и также приковал к подножию кровати.

Нимфа была распята подобно измученной шатенке. По правилам она не имела права сводить ноги и трогать себя руками. Чтобы избежать подобного во время сна, предпринимались меры предосторожности. Но самое главное ей позволяли спать. Оставляли одну, и никто не тревожил хотя бы несколько часов.

Вассал, накрыв ее одеялом, вышел, потушив свет. Эрида сделала глубокий вдох. Наконец-то одна. Хоть нимфа за месяц уже привыкла отходить ко сну в подобной позе, но сегодня заснуть не удавалось. Ее тревожили грустные мысли.

Как она докатилась до подобного положения? Как пошла на унизительный договор? И добровольно обрекла себе на муки, отдаваясь во власть похоти. Как на глазах у возбужденной публики лишилась девственности. Как познала сладость, унижения и наслаждения.

Ее жизнь поменялась так, что не изобразить в самом изощренном кошмаре. Не знавшая до сих пор, что такое телесные утехи, теперь она превратилась в одержимую зависимую рабыню. Что даже демон стал казаться благословением небес, лишь бы он чаще удовлетворял ее желания.

А ведь еще недавно нимфа жила в девственно чистом лесу. Вдали от людских глаз, куда не забредала нога даже самого смелого искателя приключений. Она не видела людей и не искала с ними контакта. Любила своих жителей, была владычицей земель, ее слушались, боялись и восхищались. Она же оберегала покой своих подданных. Никто не смел и пальцем ее тронуть. Еще нимфа как зеницу ока берегла и дорожила своей невинностью в течение сотен лет.