На Закате (СИ) - Шульженок Павел - Страница 62

Сев за стол Дюран показал жестом, что гости так же могут присаживаться. После беглого знакомства с документами инспектор понимающе закивал.

— В отчёте преподобного Энджелса было что-то интересное?

— Скорее наоборот. Самое короткое упоминание в рапорте именно об Эшкеборе. — ответил Кастор. — Написано, что инспектор Дюран проводит наблюдение в соответствии со своими обязанностями. Вот и всё. Мне гораздо интереснее было бы узнать от вас, что здесь происходило с комиссаром. Был ли он адекватен, не было ли странностей в его поведении…

— Значит, что-то произошло с ним. — вздохнул Альберт.

— Потому что он идиот. — буднично вставил реплику сержант, вернувшийся было к чтению книги. Это его замечание на этот раз обратило на себя внимание Кастора.

— В смысле?

— Это было бы слишком простым объяснением. — возразил Дюран. — Итак, я начну немного издалека и, пожалуй, с главного. Кеннет, будь другом, принеси нам вина.

— Сейчас, одну минуту… хочу дочитать эту главу. Тут не много.

— Сколько раз ты прочёл её? — слабо усмехнулся инспектор. — Не поверите, раз в неделю прочитывает одну и ту же книжку. У нас здесь и в самом деле небольшая библиотека, мягко говоря, но от одного и того же романа любого начало бы тошнить.

— Что же за роман? — усмехнулся Кастор.

— Какая-то сентиментальная гадость, про любовь к женщине. Именно то, что стоит читать служителю инквизиции. — саркастично ответил инспектор, косясь на подчинённого.

— "Оттенки сумерек", всем советую. — не глядя пояснил Кеннет.

— Пока вино на подходе, предлагаю все-таки вернуться к нашему вопросу. — предложил комиссар. — И так, что же интересного произошло с братом Ричардом?

— Хорошо, как бы вам сказать… Он неожиданно проявил инициативу. — Дюран откинулся на спину стула, как перед долгим разговором. — Вы знаете что у нас тут?

— В самых общих чертах.

— Сравнительно недалеко отсюда есть перевал, по которому можно было бы пересекать хребет, из Мистериона. Но, этот перевал никем не охраняется.

— По какой же причине?

— Варвары с той стороны, похоже, боятся его не меньше нас. Да что там варвары… Здесь даже ликантропы не проходили ни разу, ни одного зафиксированного случая. Почему? Можете тоже подумать над этим вопросом.

— Ну и чего же они боятся?

— Так было не всегда. Когда-то иридийцы поставили там башню и перегородили ущелье стеной. Во время Вселенской войны её занял дозор мегалонцев. А когда сюда пришли мы, башня была разрушена, вернее выжжена изнутри, и я подозреваю, что вместе с мегалонцами. Вот тогда-то по моим наметкам что-то и произошло. Вообще нет никаких данных о том, что бы с тех пор там наверху, хоть когда-нибудь, стояли альденские дозоры. Два с половиной века перевал заброшен. Вернее проклят.

— Мне не совсем понятно… Разве проклятые места не входят в сферу вашей компетенции? И самое интересное, что за всё время в Вестере я почти ничего об этом не слышал.

— Я тоже был удивлён три года назад, когда меня сюда направили. Все детали я узнал от инспектора Туссена, которого сменил, и из Гримминдейла была передана четкая деректива о неразглашении.

— Вместо того, что бы решить проблему, ваше управление прячет её? Забавно.

— Даже я не всё знаю… Но у меня есть предположение, что Гримминдейл устраивает именно запечатанный перевал, через который никогда не пройдут эрки. И… если бы мы расчистили его, там пришлось бы держать стражу. Впрочем, всё это не выглядит слишком убедительным. Я знаю только, что должен не спускать с перевала глаз, и держать людей на расстоянии.

— Хорошо, я отражу в своем отчёте все эти интересные обстоятельства. Пусть разбираются в Управлении сами. Следуя такой логике, можно открыть во Фронтире адские врата, что бы не пропускать мегалонцев.

— Ну, семнадцатый легион и есть нечто вроде этого. — усмехнулся Дюран.

— Как-то не смешно. — мрачно ответил Кастор. — Так что же с комиссаром Энджелсом?

— Собственно когда он прибыл, я не заметил в нём какого-либо желания вникать в проблему. Он собирался отбыть буквально на следующий день, ограничившись самыми общими вопросами. Как у нас дела, как здоровье, нужно ли нам что-нибудь.

— Кстати обещал помочь с книгами… — добавил Кеннет.

— Ты вина принесешь или нет? — уже возмущенно сказал Альберт, и снова обратился к альденцам. — Так вот ничего никому не сказав, Энджелс просто исчез в ночь перед отбытием. Вернулся только к обеду, весь очень задумчивый. Сказал что осмотрел перевал самостоятельно, и с тем уехал. Вот и вся история.

— То есть он внезапно решил осмотреть перевал, на который изначально ему было плевать?

— Именно так. Причем он не знал дороги, и мало кто отважится идти туда в одиночку, но он пошёл. Ночью. Я вижу здесь только одно объяснение…

— Какое же?

— Мы все здесь постоянно видим странные сны, и суть их в большинстве случаев в том, что перевал зовёт к себе. Это сложно объяснить. Но в Эшкеборе известны жуткие истории о том, что происходит с теми, кто откликается на этот зов. Рассказывают про одного кузнеца, который вернувшись, выжег себе глаза, и про мать, которая передушила своих детей. Поэтому, никто на этот зов не идёт. Я думаю, что Энджелс поддался…

— А вы сами когда-нибудь были там?

— На самом перевале никогда. Но его вполне можно рассмотреть с одного утёса поблизости.

— В таком случае поступим так. — определенно сказал Кастор. — У вас есть часовня?

— Да, на втором этаже, над нами.

— Прекрасно. Распорядитесь, что бы завтра утром здесь была отслужена литургия, чем раньше, тем лучше, найдите священника. Вина сегодня пить не будем, и я всем рекомендую выдержать пост. Завтра мы должны осмотреть, наконец, место как следует, провести тест на обрупцию, если будет возможность провести чин очищения.

— Подождите… — прикрыв глаза и улыбнувшись сказал Дюран. — Без санкции гримминдейльского управления, ни я, ни наши ребята туда не пойдут. Вы можете написать рапорт в Альден, но пока я не получу распоряжение от нашего прокурора, я туда не сунусь.

— Тогда зачем вы здесь вообще нужны? — не выдержал, наконец Аполлос.

— В Церкви главное послушание. Собственно и в армии тоже.

— Я могу вас отстранить. — заметил Кастор.

— А это пожалуйста. — примирительно ответил Дюран. — Я даже буду вам благодарен, брат Кастор. Я уже три года только об этом и мечтаю, убраться подальше от этого проклятого места.

— В таком случае, командование пунктом Эшкебор переходит ко мне, и все мои указания остаются в силе.

Здесь сержант Фром отложил, наконец, свою книгу и, подавшись вперёд, спросил у комиссара:

— Одну минуточку! Если даже вы станете… командиром. То как же вы намерены заставить нас влезть в эту чёртову петлю? По мне, так лучше сразу голову рубите.

Кастор с невозмутимым видом встал на ноги и довольно быстро обнажил меч. Взялся за рукоять и Аполлос.

— Господа! Ради Христа! Ну что вы в самом деле? — подскочил испуганный Дюран. — Нет никакой необходимости… О, Господи, да это же просто безумие!

— Гораздо разумнее было бы подчиниться моим указаниям, ведь так? — произнёс Барроумор.

— Предлагаю некоторый компромисс. — взволнованно заговорил инспектор. — Мы завтра отслужим, потом все вместе отправимся на утёс, и, если таково будет ваше желание, вы можете идти с братом Аполлосом дальше, на сам перевал. Мы будем поблизости. Ну в самом деле, к чему размахивать мечами? Даже если вы казните сержанта, поверьте, затащить людей на перевал можно только на верёвке!

— Вопрос не в перевале, брат Альберт. Вопрос в дисциплине. — ответил Кастор, и повернувшись к сержанту, стальным голосом приказал. — Пошёл вон отсюда.

Играя желваками от бессильного гнева, сентинел быстро вышел из зала.

Расположившись в комнате, выделенной на втором этаже, альденцы отправились в часовню. Это было небольшое помещение, весьма скудно обставленное. Побеленные стены, не больше десятка дешевых деревенских икон, деревянный крест в алтарной части, старые выцветшие занавески, и, конечно, много пыли.