Студент (СИ) - Городецкий Иван - Страница 64

Я едва не заскрипел зубами. Вот же жучары! Самым натуральным образом сплагиатили мою идею и намерены составить мне конкуренцию! Я даже не сомневаюсь, что если не придумаю какие-то уникальные товары, которые можно приобрести лишь в моей лавке, государственные меня задавят. Все же они могут себе позволить и более низкие цены делать и ассортимент побогаче. Уже не говоря о том, что большинство мастеров предпочтут отдавать товар на реализацию не какому-то простолюдину, а государству, имея за это неплохие преференции. А значит, в ближайшее время мне стоит готовиться к тому, что дела в лавке пойдут хуже! Король, внимательно наблюдавший за мной, довольно усмехнулся. Он явно тоже неплохо разбирался в человеческих реакциях, пусть и не был менталистом.

— В свете всего этого, думаю, вы будете заинтересованы наладить постоянные поставки своего уникального товара государству. Казна на вознаграждение не поскупится, уж поверьте! — подсластил пилюлю Эдмер. — Возможно, держать дальше свою лавку для вас уже не будет иметь смысла. Будете получать доход за реализацию товара в государственных. Мне говорили, ваш «Бодрящий эликсир» весьма специфического свойства, — он хмыкнул, — пользуется большим спросом. И еще одна ваша новая придумка, полагаю, будет оценена по достоинству. Речь об артефактах, способных подогревать емкость, в которую внедрены плетения.

Я насторожился. Откуда король узнал об этом? Ведь подобные наши разработки держались пока в секрете. Неужели Гриан Борд кому-то проболтался? Заметив мою реакцию, Эдмер без труда догадался о направлении моих мыслей, и махнул рукой:

— Ну что вы, не думайте плохо о вашем наставнике! Об этом вашем новом изобретении я узнал не от него. Вы ведь подарили моей дочери один экземпляр.

Что-то в глазах короля мелькнуло такое, что я поежился. А еще понял, что он знает не только о подарке, но и об обстоятельствах, при котором тот был сделан. Черт! Чувствую себя идущим по тонюсенькому мостику над пропастью, где малейший порыв ветра может стать для меня роковым.

Глава 48

— Да, ваше величество, я понял, о чем вы. И этот артефакт мы с Грианом Бордом намерены запатентовать в ближайшее время. Ваше же предложение о реализации товара, без сомнения, очень соблазнительно, но поймите и меня. Эта лавка — можно сказать, мое детище, которое для меня важно. Я бы все же предпочел удерживать его на плаву и дальше. Пусть даже оно станет приносить меньше дохода.

— Понимаю, — протянул король. — Для такого весьма деятельного молодого человека собственное дело весьма важно. Что ж, как угодно! Вот только вынужден вас немного огорчить. Если против реализации таких невинных вещиц, как «Бодрящий эликсир» и артефакты подогрева, государство ничего не имеет, то ваш «водный взрыв» — иное дело. Вы ведь понимаете, что продажа таких мощных боевых артефактов кому попало — крайне опасная затея.

— Не настолько уж они мощные, — заметил я, хмурясь. — Всего лишь немногим лучше, чем стандартный «огненный взрыв», к примеру.

— Ну, независимые эксперты считают иначе, — развел руками король.

Он взял со стола какую-то бумагу и протянул мне. Поднявшись, я с легким поклоном принял ее и пробежал глазами. Едва не заскрежетал зубами, когда понял, о чем речь. Производить такие артефакты для открытой продажи эксперты категорически не рекомендовали. Только для военных нужд государства.

— Как видите, господин Нерт, — с деланным сочувствием сказал король, — с этим вашим артефактом все не так просто. Патент, конечно, будет одобрен. Но вот будет ли он лежать мертвым грузом или приносить пользу, зависит исключительно от вашего благоразумия. Я предлагаю вам заключить контракт на изготовление артефактов «водного взрыва» для нашей армии. Скажем, четыреста золотых за штуку, учитывая уникальность вещи и сложность ее изготовления. И поверьте, это весьма щедрое предложение.

— Могу ли я изготавливать подобные артефакты не на продажу, а для себя лично? — сухо осведомился, понимая, что работать на государство не имею никакого желания.

— Сожалею, но нет, господин Нерт. Это слишком опасные вещи, чтобы я мог такое позволить, — отозвался король. — Разумеется, будь вы аристократом, то имели бы право на личное использование ограниченного количества вашего изобретения… — его глаза весело блеснули. — Но насколько я знаю, вы простолюдин.

Вот же чертяка! А ведь я теперь даже не сомневаюсь, что он прекрасно знает о моем происхождении. Но воспользовался моим двусмысленным положением в свою пользу.

— И даже если позже получите титул или окажется, что уже его имели, но в патенте ваше сословие в данный момент четко обозначено. Так что условия будут действовать именно те, какие установлены на момент оформления документов.

Я кусал губы, раздумывая, что можно сделать в этой ситуации. Но проклятый Эдмер опять верно предугадал мои возможные дальнейшие шаги.

— Если вы сейчас размышляете о том, чтобы отказаться от патента на этот артефакт в Гренудии и предложить кому-то другому, то боюсь, у вас могут возникнуть проблемы, господин Нерт. Вы ведь не единственный автор артефакта. И пусть без вас его производство довольно затруднительно, но все же это не помешает оформить авторство лишь на Гриана Борда. А при попытке продать изобретение на сторону вам предъявят обвинение в воровстве и мошенничестве. Боюсь, по законам Гренудии вас в этой ситуации не ждет ничего хорошего, господин Нерт. Все ваше имущество будет конфисковано в казну, а вы сами, в лучшем случае, отправлены на каторгу или на принудительную отработку ущерба, причиненному государству. По сути, будете вынуждены создавать те же артефакты, но уже бесплатно и сидя в камере. Подумайте хорошо на эту тему, юноша, — он покровительственно улыбнулся. — Для вас же разумнее получить все подобающие почести и благосклонность вашего короля, чем показать себя неблагонадежным.

Я угрюмо смотрел на Эдмера Алантара, понимая, что меня, по сути, загнали в угол. Единственный выход — или вообще отказаться от прав на артефакт, или согласиться на контракт с государством. Причем и тот, и другой вариант будет Эдмеру выгоден. Я в любом случае никому из других стран не имею права поставлять эти артефакты. Впрочем, могу, конечно. Но для этого нужно будет объявить себя вне закона в Гренудии и бежать за границу.

Вот только не факт, что там меня ждет что-то лучше! Или выдадут по требованию короля или закроют где-нибудь в золотой клетке и тоже заставят штамповать артефакты. Тут, по крайней мере, остается хоть какая-то иллюзия свободы. Да и учитывая то, что в скором времени у моей лавки появится серьезная конкуренция, отказываться от сотрудничества с государством было бы верхом идиотизма. А еще особенно изощренным способом самоубийства для моего дела.

Так, по крайней мере, я получу немалый вес в глазах рядовых обывателей, как артефактор, создавший уникальную вещь и заключивший выгодный контракт с армией. В ином случае так и продолжу считаться юным выскочкой, взлетевшим благодаря новым идеям, но по сути, ничего из себя не представляющим.

— Я согласен заключить контракт на продажу артефакта, — сухо сказал. — Но не за четыреста золотых, а, скажем, за шестьсот.

— Вот это уже другое дело, господин Нерт. Рад, что вы оказались достаточно благоразумны, — ухмыльнулся король. — Правда, торговаться по этому поводу вы будете не со мной, а с моим казначеем.

Он позвонил в колокольчик, вызывая секретаря, и велел ему перепоручить меня казначею. Мне же на прощанье сказал:

— Патент будет одобрен уже сегодня. А завтра вы с Грианом Бордом сможете забрать ваши экземпляры в гильдии, а также получить премию за изобретение и почетные грамоты.

Сказать бы ему, куда он может засунуть эти самые грамоты! Но я сдержался. Кисло улыбнувшись, отвесил очередной поклон и вышел. Чувствовал себя измочаленным, как будто я не беседовал с королем во вполне мирном тоне, а был несколько раз прокручен в мясорубке.

М-да, определенно, чувствовать себя на равных с такими акулами — это пока не про меня! Вот мой отец, думаю, смог бы продержаться более достойно. Да и за его плечами реальная власть. Я же, по сути, сейчас никто. И вздумай брыкаться, уже скоро бы горько об этом пожалел. Ну да ничего, надеюсь, все это временно! И, возможно, однажды настанет момент, когда уже я буду диктовать свою волю королям, а не наоборот. По крайней мере, хочется в это верить.