За границами легенд (СИ) - Свительская Елена Юрьевна - Страница 167

Он очи к потолку возвёл, замученным притворяясь. Впрочем, ненадолго. Потом уж снова усмехался.

— Я пошёл за Нэлом, — сказал, — Учитесь с ним. Со временем поймёте всё.

И Нэла и в правду притащил. Скоро. Я лишь успела пару раз… Вру, пару десятков раз побродить по спальне туда-сюда… Нэл был в одних штанах, босой, встрёпанный. Волосы как обычно простым шнуром собраны у шеи. Как будто он спать завалился, волос не распуская. Но уже не сонный. Обалдевший то ли от коварства советников, то и от расписанной ему Сином перспективы.

Я как бы просто так на него посмотрела. В общем-то, он мускулистый немного. То есть, не то, чтобы это слишком выделялось. И ещё у него было несколько шрамов — два на левом плече — и на груди три разных. Он их как-то не скрывал. Точнее, я его увидела сегодня полуодетым — и приметила шрамы. Или он сегодня их уже не скрывал, то ли слишком сонный был, то ли не захотел скрывать. Так-то он красивый… Эх, выходит, кто-то сильно его ранил. Когда-то. Вот, неподалёку от сердца шрамы. Кажется, кто-то когда-то пытался Нэла убить. Ой, а те шрамы, точнее, раны от них, я, кажется, даже знаю. Вот, когда он меня подобрал в Черноречье, едва живую, и в своём доме выходил. Он тоже был ранен…

Но, кажется, я слишком долго уже на него смотрю, полураздетого! Да на его обнажённую грудь!

Задумчиво взгляд перевела куда-то в сторону, рядом, чтоб сделать видто, будто не торс его меня интересовал. Но сам Нэл тоже взглядом косил куда-то мимо меня. Так, что, может, он не засёк. О, только бы не успел заметить! Вот с чего мне пялиться на полуодетых мужиков?!

— А дальше вы общайтесь сами, — сказал, усмехнувшись, Син и пропал.

Нэл стоял напротив и растерянно смотрел на меня. Я — на него.

— Слушай, они это… — затравленно сказала я, боясь вдруг наступившей тишины, — Они от меня наследника хотят… очередного! Моего… Потому что отец слёг… Неясно отчего. Боятся или вдруг… вдруг насовсем?.

— Пошли их… далеко, — тихо Нэл сказал, — Если ты не хочешь ничего.

Меня он понимает хорошо. Вот только… это как бы… это ж предполагает, что, может, сейчас наступит та самая ночь? Когда вдвоём?.. Того?..

— Ну, я… как бы…

— Чего-то хочешь? — смутилась под взглядом внимательным его.

"Белая роза" 10.4

— Не то, чтоб так… Я замуж когда-нибудь хотела бы… Но смотря с кем.

— Ты от меня ушла, — сказал он вдруг хрипло, — Хотя я предлагал тебе выйти за меня.

— Так… А ты за мною следом не пошёл! Как будто… — начала и перестала.

— Как будто что? — взгляд пугающий и твёрдый.

— Как будто особо и не нужна. И потом… Потом, когда уже встретились в Эльфийском лесу… ты…

— С любовью моей к тебе не приставал? — молодой мужчина бросил злобно, — А что, я должен был? Зачем? Зачем мне бегать за тобою? Ты уже ушла — и этим «нет» своё сказала.

— Ну, я не знаю… Вдруг, если б ты побегал… Там, слов поговорил каких-нибудь красивых… Ведь ты, наверное, умеешь тоже? Умеешь говорить красиво?..

— Вот делать мне нечего! — Нэл вздохнул, — У меня много дел. Я верною службой хочу выпросить помилованье для семьи. Хотел выпросить… Теперь Хэлу полагается б их публично полноправными эльфами нашего народа объявить, но он то шляется где-то, то пьёт…

— Он обещал мне больше не пить.

— Боюсь, что Хэл слишком слабый, — проворчал молодой мужчина, — Так и будет бегать от всех. Сопьётся или сделает с собой чего… — потом добрёл до моей кровати, присел на самый край её. Лоб потёр. Волосы в задумчивости ещё больше вспушил, — Ааа! Что за месяц! Я с вами со всеми рехнусь!

— Ты так расстроен, что Кан — лишь наполовину твой брат?

Нэл устало на меня посмотрел:

— Нет… Я уже к нему привык. И он вправду тогда спас меня, дав мне возможность родиться! Нету особой разницы, брат он мне или не брат на самом деле. В конце концов, и беды приносит родство, а счастье — друзья. Просто… Ты вдруг оказалась дочерью Хэла… Меня замотал начальник мой, поставленный Хэлом мне… То драка та дурная наследника с крылатым… То погибал Лэр, то вдруг непонятно как на поправку… Потом вдруг неожиданно не стало его. И этот проклятый Хэл… Ой, прости!

— Ничего, — вздохнула, — Я понимаю, тебе сейчас тяжело.

— Ты это… сядь тоже… Я тебя хватать против твоей воли не буду. Просто… Вот ты маячишь там перед глазами… У меня уж в глазах рябит! Или, всё-таки, недавно на задании меня слишком сильно головой об тот шкаф приложили… — Нэл встрепенулся, сел ровно, — Нет, я не жалуюсь! Я привык. Как на собаке заживёт, как говорится. Но ты там стоишь, вдалеке, а мне не по себе от того… Как будто мне вовсе не веришь. Даже как другу.

Присела. Почти с ним рядом.

— Спасибо, — эльф устало улыбнулся, — А это… Можно я тут немного развалюсь? На твоей кровати?

— Разваливайся. Ты устал. Ещё посреди ночи разбудили. Только ты совсем смотри не развались. Чтоб того… А то хватит уже Лэра, — влезла на кровать, ноги подтянула, руками обхватила колени, — Не хочу, чтоб ещё и ты…

Нэл лёг, где сидел, ногами продолжая касаться пола.

— А ты бы расстроилась? — спросил мужчина глухо, чуть погодя.

— Конечно бы расстроилась! Ты хороший! Хотя я и не чувствую к тебе такой прямо великой и большой, заметной особой какой-то любви.

Мы помолчали ещё немного.

— Так… А что ещё тебя гнетёт, Нэл? Расскажи?

— О женщины! — притворно или же по-настоящему он провыл, — Ты прямо как мать! Когда я навещаю их, так сразу прыг ко мне, в глаза заглянет и спросит, мол, чего такой серьёзный нынче? Что меня гнетёт? Так всё. Смотреть, как они живут почти у самой границы, как все про нас почти забыли…

— А что ещё? — легла рядом, на бок, смотря на него.

Он повернулся, заметил, что я рядом лежу. Молчал какое-то время, на меня глядя, потом обратно стал в потолок смотреть и проворчал:

— Нет, ну, я расскажу, что портит мне настроение сейчас… А дальше что?

— Так вроде ж хорошо? Мне нравилось с мамой моё настроение и всякие мелочи обсуждать. Она, правда, о себе не рассказывала почти ничего. Но ей было нелегко…

— Так правильно. Есть беда — пытаемся исправить. А исправить не можем — ну всё. А говорить и сотню раз всё обсуждать зачем? Если разговоры не меняют совсем ничего?..

— Деловая ты колбаса.

— Кто? — Нэл подпрыгнул, сел, вытаращился на меня.

— Не знаю. Так в деревне нашей говорят. Ой, говорили там так. Вроде, когда ты слишком занят и тебе ни до чего.

Вот первый раз лежу на постели рядом с мужчиной и о чём говорю? Хотя… Нет, мы с ним уже как-то лежали… когда были без сил. А я потом его на пол спихнула. С его же кровати. Ой… а если вспомнит?..

— Я вроде не такой злопамятный, чтоб помнить всё, — Нэл проворчал.

Выдохнула испуганно:

— Ты… мысли мои читаешь?

— Просто предположил. Вдруг вспомнил, как мы с тобою первый раз на кровати одной лежали…

— Но я же боль твоя. Головная боль.

— Серьёзная ты боль, — он проворчал, опять разлёгшись, — Настоящая, головная. Большая. Так… будешь меня опять на пол толкать?

— А зачем?

— А мало ли?

— А ты… ты тогда сильно обиделся?

— А! — отмахнулся он и повернулся ко мне спиной.

Чуть погодя добавил:

— Вообще, если б все обиды помнить и долго — жизни не хватит. А я не знаю, сколько ещё проживу. Обиженным буду всё время ходить — то ничего не исправит. И порадоваться я ничему не успею. А ведь бывают ж радостные мгновенья иногда! Когда вот, например, за Кана король вступился… Я не поверил сначала, а потом вдруг понял, что, кажется, Хэл собрался его спасать.

— Это да. Он всё-таки его спас. И хорошо.

Теперь мы молчали очень долго.

— Так что мы делать будем? — молчанье первым нарушил Нэл, не поворачиваясь ко мне, — Ты хочешь сделать вид, что мы с тобой… того?.. Чтобы на время все отвязались, пока будут выжидать, получился или не получился новый наследник?.. Или хочешь меня использовать как мужа, на время, чтоб я тебя не трогал, а ты смогла пожить спокойно? Пока не надумаешь, с кем хочешь ребёнка и до семейной жизни не дозреешь?