И с привкусом соли на губах (СИ) - Скай Рин - Страница 17



— Зачем ты это делаешь?

— Делаю что? — прикидывается идиотом Полянский.

— Где ты достал столько одежды и зачем взял самую дорогую?!

— А, ты об этом! — деланно «понимает» Зверь. Он тянется поправить выбившиеся из прически пряди, Вероника хорошенько растрепала «гриву» коню. — Марго привезла ночью. Не голыми же вам ходить.

— Мы привыкли одеваться скромнее.

— Отвыкайте! — хмыкает новоиспеченный папаша. — У моего ребенка должно быть все самое наилучшее!

— Чем мне расчесывать ребенка? — перевожу я тему.

Самое лучшее должно быть у него… мне же потом за это расплачиваться…

— Мамотька, вот смотли, тут есть набол плинцессы! — Вероника сосредоточенно копается в ворохе вещей, что горой возвышаются на кровати и откапывает милый девчачий набор расчесок, заколочек и резинок. — Я хочу две косички и ободок. Мозно?

Секретарша Артема, кажется сумела предусмотреть все, поэтому наличию «трэвэл»-версии косметички с люксовой косметикой я даже не удивилась. Зверь, вышел из комнаты, что с его стороны было очень благородным, чтобы я сумела привести себя в порядок, и покорно дожидался, пока я оденусь и накрашусь.

Мои руки трясутся, из них все вываливается, но у Маргариты скорее всего безупречный вкус, ну или косметика высокого качества, огрех на лице практически не видно. Буквально всё, и макияж и одежда по-офисному нейтрально и стильно. Из трех подобранных комплектов я выбрала юбку-карандаш ниже колен, белоснежную блузку и пиджак, оставив без внимания платье до середины бедра и брюки, оказавшиеся мне длинноватыми. Волосы скрутила в строгий узел, заколов все невидимками из Вероникиного «набора принцессы».

Из обуви мне предлагались лишь каблуки и шпильки разной длины. Выбрала самые устойчивые, на невысоком подъеме.

Из своих комнат мы выходим одновременно. Украдкой смотрю на мучителя. Тот успел переодеться в строгие офисные брюки, белую, как и у меня рубашку, повязал галстук и надел пиджак. Лишь языки пламени тату немного разбавляют его образ строгого классического босса, да борода придает особой брутальности. Пахнет от Зверя приятным парфюмом. Запах себе, как и любой хищник, Зверь подбирает виртуозно. Но меня этим не пронять. Да и не для меня он скорее всего, старается.

— Ты выглядишь потрясающе, — улыбается мне Полянский. — рад, что все подошло.

— Ты очень класивая, мамотька! — Вероника поднимает глаза от смартфона, что дал ей поиграть Зверь и с не меньшим чем он восхищением смотрит на меня.

— Согласен, — улыбается Зверь. — поехали?

Он открывает встроенный скрытый шкаф и достает оттуда нечто объемное в двух чехлах. Шубы! Причем одинаковые, одна побольше, на меня, вторая поменьше, как раз для Вероники.

— Ты с ума сошел?! — я боюсь даже мысленно представить себе цену за эти изделия из натурального меха.

— Ты хочешь без верхней одежды ходить по морозу, и моего ребенка голым водить? — заламывает бровь Полянский.

— Нет… но это уже слишком!

Хотя все это слишком. Всё, что сейчас происходит с моей жизнью просто из области фантастики. Еще вчера я тряслась как осиновый лист от страха столкнуться со Зверем лицом к лицу, а сегодня моя дочь называет его папой и он тратит миллионы, чтобы мы с ней не ходили «голыми» на морозе…

— По мне, в самый раз, — отмахивается Артем. — это малое, что я могу для тебя сделать, Лиан.

Зверь собирается помочь мне накинуть шубу на плечи, но я отскакиваю от него, беру изделие из его рук и надеваю сама.

— Этим ты нас не подкупишь! — заверяю его.

— Лиан, я не собирался подкупать вас шубами и тряпками, — устало сообщает мне Полянский. — поехали, иначе опоздаем всюду.

В садике наша троица производит настоящий фурор. Еще на стоянке, вспугнув несколько авто-мамочек, Артем старается аккуратно припарковать свой джип, но выходит у него агрессивно. Мужчина еле сдерживается, чтобы не ругнуться при ребенке.

Вероника, соскучившись по друзьям, буквально выпрыгивает из детского кресла, что успели установить в машине Зверя за ночь (и почему я не удивлена этому?). Зверь же вальяжно подает мне руку, но проигнорировав его помощь, я спрыгиваю с высокой посадки джипа на каблуки, заметно подвернув ногу. Артем подхватывает меня, на секунду наши ладони соприкасаются, прошив меня током. Перекрещиваем наши взгляды на мгновение, но этого достаточно, чтобы между нами зажглось пламя ярости. Зверь буквально готов сожрать меня, я же готова к убийству. Его убийству!

Несколько знакомых мам из нашей группы пристально смотрят на наши телодвижения. Вот только сплетен мне еще не хватало. В садик нас всегда привозил Андрей и оставался в машине. Теперь же нас привез совершенно чужой мужчина, да еще и за руки мы с ним держимся…

Беру Веронику под руку. Зверь не отстает от меня.

— Можешь подождать в машине, — буркаю ему не оборачиваясь.

— Нет уж, представишь меня воспитателям и нянькам. Вдруг самому придется заезжать за дочерью?

— Не придется! — сквозь зубы отвечаю ему.

— Еще посмотрим. А будешь брыкаться, саму под руку возьму.

И протягивает к моему локтю свою ладонь.

— Не смей! — отскакиваю от него, вновь неудачно наступив на подвернутую ранее ногу. — Ау!

— Не покалечься, Лиан, по своей глупости. — смеет мне советовать мучитель.

Мамочки, что идут впереди нас то и дело озираются, многозначительно переглядываясь друг с другом. Доходим до группы. Воспитательница и нянечка встречают детей и их родителей. На фоне простеньких китайских пуховиков и дубленок мы с Вероникой выглядим чуть ли не барынями. Все женщины смотрят на нас осуждающе, а мысленно, скорее всего, крутят пальцами у виска. Я бы и сама покрутила увидев разодетых в пух и прах в обычном муниципальном садике, но мы же сейчас женщины Зверя, а у него всё должно быть «самое лучшее»…

— Вы бы Никочку в садик попроще одевали, — осторожно начинает нянечка, — Шубка-то настоящая, дорогая, замызгает…



Я быстро вешаю верхнюю одежду в Вероникин шкафчик, чмокаю дочь на прощание. Зверь присаживается перед ней на корточки и она обхватывает его мощную бычью шею.

— Ты плиедешь за мной, папотька? — бесхитростно спрашивает она.

Я прямо спиной чувствую напряжение, сгустившееся в комнате и осуждающие взгляды женщин на меня.

— Конечно приеду, моя принцесса! — целует ее в черную макушку Полянский.

— И в коняшку с тобой поиглаем?!

— И в коняшку, и во всё, что захочешь!

— Ула! Ула!!! — с криком уносится наша дочь в группу к друзьям.

Я поворачиваюсь к притихшим взрослым, боясь поднять глаза. Всё выглядит так, словно я бросила мужа, нашла себе богатого любовника и продалась за вещи и красивую жизнь. Но это не так! Не так, черт возьми!

— Сменку не принесли, — качает головой нянечка.

Сменка, вот черт! В этой суматохе я совершенно забыла про сменные вещи для Вероники.

— И водичку ей положить забыли, — сокрушаюсь я.

— Мой водитель завезет все, что нужно, — вступает в наш разговор Полянский.

Женщины и раньше глазели на него с любопытством, теперь же откровенно пялились на высокого брутала в дорогом пальто.

— Лиан, познакомь нас с воспитательницами. — поднимает бровь Полянский.

— Анна Владимировна и Ольга Николаевна, — осипшим голосом представляю ему педагогов, — а это Артем… Борисович.

— Очень приятно, — со светской полуулыбкой произносит Зверь, — время от времени я сам буду забирать Веронику. Еще раз уточните, что нужно привезти для нее, мой водитель в течение получаса доставит все необходимое.

Они лапают его глазами. Я прямо вижу, как мамы и престарелые педагоги пускают слюни на Зверя… о да! Этот гад может произвести впечатление. Конечно, если не знать, что именно он сотворил со мной пять лет назад, его можно принять за респектабельного красавчика, успешного бизнесмена и надежного партнера, но я-то в отличие от этих женщин знаю, какой гнусный он на самом деле.