Золото апачей (ЛП) - Altsheler Joseph Alexander - Страница 61

   - Согласен, - отозвался Чарльз.

   Профессор подошел к краю обрыва и посмотрел вниз, в пропасть. Взгляд Джедедайи Симпсона из Лексин'тона, К-и, с любовью и восхищением, следовал за ним.

   - Разве не говорил я вам, что он - величайший человек в мире? - сказал он двум мальчикам. - Разве он не доказывает это каждый день?

   - Я начинаю думать, что ты прав, Джед, - серьезно ответил Чарльз.

   В течение следующих двух-трех недель они вели разведку вверх и вниз по ущелью, но никаких следов апачей видно не было.

   - Смерть шамана, бывшего воплощением их суеверных страхов, надолго удержит их, - сказал профессор. - Но через какое-то время мужество вернется к ним, и они придут в эти горы. Человеческий опыт говорит об этом.

<p>

ГЛАВА XVI. "ЗА ЗАВЕСОЙ"</p>

   Через несколько дней они обнаружили еще один источник питания для себя - горных козлов, на языке апачей mu-u. Профессор, Чарльз и Герберт обнаружили их высоко на заснеженном пике, и добыли три великолепных экземпляра, одним из которых был взрослый самец весом около трехсот пятидесяти фунтов, с рогами восемнадцать дюймов в окружности. Они также принесли шкуры и рога и поместили их в качестве трофеев в своих скальных жилищах.

   Теперь, когда они удобно и комфортно приготовились к зиме, Чарльз вернулся к тому, что стало причиной его путешествия. Ему казалось, что он обязан разгадать загадку и найти то, за чем пришел. Снова и снова повторял он смутные слова умирающего и сравнивал с тем, что видел.

   "Вверх и вниз! Вверх и вниз!" - Он не сомневался, что это имело отношение к первому каньону, через который он шел, а высокий белый пик, стоящий одиноко, должен был быть Старым Тандергастом, - по крайней мере, он думал именно так. Но "за завесой! За завесой!" - что это могло означать? Он часто повторял эти слова про себя, а затем, подобно вспышке молнии, вдруг понял их значение.

   Он стремился к золоту, чтобы отыскать его. Сокровище, о котором он почти забыл, вновь обрело свою прежнюю притягательную силу и манило его. Он подошел к профессору, стоявшему на площадке, и сказал:

   - Профессор, мне кажется, я решил загадку слов Анании Брауна. Это похоже на озарение. Готовы ли вы и другие последовать за мной?

   - Конечно, - сказал профессор и позвал Герберта и Джеда.

   - Не думаю, что нам предстоит далеко идти, - сказал Чарльз. - Если место, где мы живем, считать городом, то нам нужно всего лишь перейти улицу.

   Никто не сомневался в его интуиции, и все пошли с ним, не сказав ни слова. Терраса, где располагались скальные жилища, казалось, обрывами уходила вниз с обеих сторон, но Чарльз заметил на севере отметины и посчитал, что первоначально они были сделаны человеком, а потом скрыты природой.

   - У меня есть предположение, что этот путь, или, по крайней мере, то, что когда-то было путем, куда-то ведет, - сказал он. - Подождите меня здесь, ладно?

   Он вернулся к первому жилищу на скале, и, вооружившись киркой, начал расчищать путь через плотный подлесок, скрывавший начало отметин. Заросли оказались настолько плотными, а склон - таким крутым, что ему понадобилось полчаса, чтобы расчистить их, с помощью товарищей, проявляя осторожность, поскольку падение оказалось бы фатальным.

   Когда они пробились через заросли в расщелине скалы, и Чарльз вышел на другую сторону, он издал радостное восклицание.

   - Ты нашел то, что ожидал найти? - спросил профессор.

   - Именно так, профессор, - ответил тот.

   - Это, должно быть, очень любопытно и интересно, - сказал Джед.

   Герберт молчал, не сообщая никакой дополнительной информации.

   Они шли по старой тропе, едва заметной, скрытой кустарником, но дающей надежную опору ногам. Чарльз, обычно сдержанный, начал проявлять признаки возбуждения, это перекинулось остальным. Они тоже вдруг почувствовали притяжение золота, кровь заиграла в их венах.

   Тропа шла параллельно склону, шириной не более фута. Она не была заметна ни сверху, ни снизу. Она шла в направлении водопада, где заканчивался каньон, и Чарльз с удовлетворением отметил этот факт. Его предположение подтверждалось.

   - Эта тропа приведет нас на вершину горы или на дно каньона? - спросил Герберт.

   - Думаю, не туда и не туда.

   Тропа вела их прямо, никуда не отклоняясь, прямо к водопаду.

   - Это и в самом деле очень любопытно и интересно, - повторил Джедедайя Симпсон из Лексин'тона, К-и.

   Они отправились в путь под влиянием имульса, день был хмурым и туманным. Странное притяжение утраченного золота владело всеми четверыми.

   Тусклое солнце освещало своими лучами огромную гору и лицо каждого из них, казавшееся серым и призрачным. Они казались такими зыбкими в бледном свете, что Чарльз боялся вытянуть руку и прикоснуться к кому-нибудь, боясь, что его пальцы не встретят сопротивления. И все же они слишком долго были вместе, чтобы он мог сомневаться в реальности этих туманных форм или поверить в то, что вместо товарищей его сопровождают призраки.

   Их силуэты казались зыбкими, покачивались, словно поддаваясь легчайшему дуновению ветерка, и эти движения в точности соответствовали состоянию их умов. Они не слышали иного шума, кроме завывания ветра среди скал и пиков, шелеста сухой листвы. Они смотрели на солнце, и видели, как оно все более бледнеет, скрываясь за облаками. Свет угасал, вершины деревьев и скалы терялись в тумане и парах.

   Чарльз ощутил страх; он боялся, что сбился с тропы, и теперь золото ускользнет от них навсегда, и еще на многие столетия останется скрытым от человека. Он словно оказался в таинственном мире, лишенном дорог. С чувством страха смешивалось чувство вины, словно он отправился на поиски сокровищ, на обладание которыми не имел никакого права. Он был вором, идущим вперед в попытке выяснить, что скрывает земля. Он пытался уверить себя, что ошибается. Те, кто спрятали сокровище, умерли сотни лет назад, не оставив законных наследников, а потому не должы были беспокоиться, к кому в руки оно попадет; но чувство вины не исчезало и продолжало беспокоить его; ему казалось, что за ним следят тысячи глаз, он вздрагивал каждый раз, когда сухая листва шелестела от ветра; а когда у него под ногами раздался треск, он подскочил, словно бы спасаясь от гремучей змеи, хотя это были всего лишь безобидные маленькие ящерицы, сновавшие среди листьев. Герберт дрожал и выглядел бледнее, чем когда-либо. Его тоже охватил суеверный страх. Они находились в пустынных горах Аризоны, мрачных, едва освещенных, и казались затерянными в мире, не имеющем границ.