Невеста проклятого волка (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 91

— Данир, я должна рассказать тебе. Про твоего дядю, — встрепенулась Катя.

— Расскажешь. Пока слушай, — он так это сказал, что ей расхотелось возражать, и снова стиснул её, прижимая. — Я хочу сказать, что на тебя могут давить. Не надо пугаться, поддаваться. У тебя ничего не смогут отобрать. Ни к чему не принудят. Законных прав на это ни у кого нет.

— А незаконных?

— Да, у вас там много незаконного. И нет магии, которая это регулирует. Право сильного, дикий мир. Оставайся тут?

— Подумаю, — она потерлась лбом об его грудь, поросшую кроткими тёмными волосами.

— Витхе обещал помогать тебе. Я ему доверяю. Теперь вот что… Наша с тобой высокая совместимость, почти полная, как говорят, ведь мы чуть ли не истинная пара… моя, это означает, что со многими волками нашего клана у тебя будет совместимость выше средней, это уже больше, чем бывает в большинстве браков, понимаешь? Ты будешь желанной женщиной для многих.

— И?.. Ты не ревнуешь, надеюсь? — она приподнялась, посмотрела на него, насмешливо прищурилась.

Как будто все понарошку. Они не её жизнь обсуждают, ту, которая будет после…

— Ревную, да, — он улыбнулся, — не об этом речь. Просто помни, что принуждения не допустят. Оно невозможно, если волк в своём уме. Не бойся, не поддавайся и спокойно подожди, пока тебе кто-то действительно понравится. Повторяю, Витхе… Он мне лучший брат, после Дарриса. Проси у него поддержки, если что. Всё запомнила?

— Да. Послушай, я уже не раз слышала, что волки против принуждения. Ты сказал — невозможно. Разбойники вас за это презирали и смеялись. Странно всё-таки. В чём тут дело? — ей хотелось понять это про волков.

— Они тупые и безмозглые, те, кто нас за это презирает. Они ущербные. Для нас. Калеки, — Данир усмехнулся. — Не обижайся, моя. Мы устроены иначе. Да, тебе надо это знать. Наша эволюция, видимо, была иной — так понятнее?

— Нет, но продолжай, — она вывернулась из-под его руки и села рядом, бросив под спину подушку.

Теперь можно было смотреть ему в лицо. Он тоже приподнялся, устроился удобнее.

— Гормоны страха, опасности, адреналин и ещё целый коктейль ему в помощь, — Данир улыбался, словно сам забавлялся ситуацией. — Эти гомоны в крови помогают бегать, сражаться, выложиться сполна, победить или спасти жизнь. Но это всё не те ситуации, когда надо заниматься любовью. Для любви нужны безопасность, спокойствие. Логично?

— Логично.

— Это для волков так. Если женщина испытывает отвращение, волку она не интересна. А у людей всё перепутано. Половины ощущений нет, с остальными кавардак. Например, когда волки воюют и занимают деревню или замок, они не кидаются на женщин. Когда люди побеждают и занимают деревню неприятеля, надо тебе говорить, что происходит? И им неважно, хотят ли их женщины. У них кровь кипит и без этого. Он могут, и всё тут! Вот поэтому они и считают, что мы слабаки, а они герои.

— Гм…

— Модель поведения людей выигрышнее нашей. Они размножаются активно во всех мирах. Мы — нет. Что бы мы ни говорили про их слабость и ущербность. А теперь рассказывай, что ты узнала про дядю.

Катя начала со смерти Орны и своих подозрений. Потом изложила всё то, что узнала от Виоры про смерть её сестры и про послание-нид. Про само проклятье промолчала. Спросит?..

Он слушал, ни разу не перебив, иногда хмурился. Потом лёг на спину и закрыл глаза.

— Данир? — окликнула Катя.

— Да, моя. Про Орну я понял. Про князя… Подозрения без доказательств. Они были и раньше.

— Ты не веришь?

— Верю. И теперь беспокоюсь за тебя. Возможен лишь суд Великой Матери, для него не нужны доказательства.

— Это с мечом, чашей, кровью и ранами, которые не заживают?

— В моём случае это неважно.

— А если попробовать объяснить королю? — осторожно предположила Катя.

Данир только рассмеялся.

— Нет. Это бессмысленно. Ты уйдешь в портал с моими людьми. Тебя спрячут. Поначалу у тебя будет только счёт в банке, без домов и яхт. Потом — как договорились.

— Да не нужен мне твой счёт! Что ты задумал?

— Я объясню. А пока стой за моим плечом, волчица. Доверься. И иди сюда… — каким-то молниеносным движением он приблизился, сгрёб Катю в охапку и уложил рядом с собой.

— Данир! Мы отвезем Виору к её родственникам? Я должна поговорить с её матерью.

— Да, мы так и сделаем.

— Данир!! Почему ты не спрашиваешь, как снимается твоё проклятье? Тебе неинтересно?..

— Если только его можно снимать как-то между делом. Потому что отдельно я этим заниматься не буду. Нет времени.

— Данир, ты серьезно?! А на что у тебя есть время?

— Сначала я получу Веллекален. Это, считай, формальность. Придётся драться один на один, и не победить я не могу, если только вдруг не охромею на все четыре лапы. Потом, после заката — попрошу суда. Король не откажет. Наказание за ложное обвинение в моем случае уже неважно, сама понимаешь.

— Данир, ты не должен так к этому относиться…

— Ну пожалуйста. Перестань.

И целуя её, он был абсолютно серьезен и строг. Нет, всё же улыбнулся… на прощанье, перед тем как одеваться и исчезнуть за дверью.

— Я люблю тебя. Ты моя душа, моё сердце, мое счастье…

Ну понятно, за окном уже посветлело. Скоро рассвет.

— Я люблю тебя, — она обвила руками его шею.

Ему пришлось разжать её руки.

Часть 17. Возвращение

Уезжали поспешно. Для женщин нашлась крытая повозка, в которую положили одеяла и подушки. Виора отказалась от места в повозке — захотела ехать верхом, ей тут же привели осёдланную лошадь. Данир сначала бежал с волками сбоку от дороги — кажется, там были не только лесные волки, а и двуликие в зверином облике. Потом запрыгнул в повозку, и Катя сразу удобно устроилась на нём, как на подушке, и задремала. Получилось, что и не расставались. До портала добирались часа три…

Настала пора прощаться.

— Айт Данир и айя Катерина, пусть ваша охота всегда будет хорошей, — Кайя попрощалась церемонно, с поклоном, — я буду гордиться, что судьба свела нас, и расскажу детям.

— Я тоже рада, что судьба свела нас, Кайя, — Катя просто обняла её, не усложняя.

Добрые пожелания с обеих сторон — и они вчетвером одновременно вошли в портал. Четвертым был Кайнир — он выскользнул из волчьей стаи и обернулся. Подмигнул Кате. Она сердечно ему улыбнулась. Мир крутнулся пару раз, не успев даже толком померкнуть — и вокруг была высохшая осенняя степь, такая же, как на юге Придонья. Глаза Виоры сияли радостью — она уже была дома.

Тут, конечно, их не ждали. Данир уселся среди розового бессмертника — очень похожие цветы, по крайней мере, — и завыл-запел песню-сообщение, и скоро издалека ответили похожей песней.

— Мои братья скоро будут здесь, приведут лошадей, пешком идти не придется — сообщила Виора Кате. — Может быть, погостите подольше?

И верно, скоро примчались десятка два всадников — со свистом, гиканьем и щелканьем нагайками. Каждому из гостей привели верховую лошадь. Опять — вежливые приветствия и пожелания охоты, с Катей обращались учтиво и разглядывали с интересом. Ей помогли сесть на лошадь, а часть всадников-встречающих с лошадей соскочили и обернулись волками — должно быть, это был вежливый жест по отношению в Даниру. Лошади, надо сказать, отнеслись к такому количеству волков философски. Кайнир взял под уздцы лошадь Кати. Лошадь Виоры нетерпеливо танцевала, дай ей волю — помчалась бы быстрее ветра. Тем не менее в волчий посёлок въезжали медленно и чинно, без гиканья и свиста.

Мать Виоры, айя Чарита, оказалась нестарой ещё, и вообще, очень красивой, но совершенно седой, в сером платье с обильной вышивкой. Она ласково поздоровалась с Катей, отвела её в шатёр и ушла. Катя оказалась среди девушек и молодых женщин, перед низким столом, уставленным кушаньями. Виора приготовила чай из листьев и ягод. Девушкам хотелось поговорить, расспросить, рассмотреть Катю и даже ненароком потрогать. Виора, недавно такая счастливая, теперь подавленно молчала.