Невеста проклятого волка (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 79

— Мортаг считает, что она соврала, чтобы меня уязвить. Но перед смертью ведь не врут, правда?

— Кто знает, моя айя. Она вроде бы была верна Саверинам, — Турей вздохнула. — Узнай она эту тайну, точно не рискнула бы забрать её себе. Зачем ей?..

— Ты о чём, Турей?

— Кому-то она рассказала бы. И если не айе Лидане, то кому же?

— То есть кто-то и теперь знает, — кивнула Катя. — Да, я тоже думаю об этом. Если она знала, то кто-то ещё знает. И этот кто-то не спешит выручать Данира. Если нет… Так или иначе, нужно догадаться. Пять событий, и они начали происходить только последние годы, уже после нашего с Даниром знакомства.

— Да, айя. Просите Великую Мать вразумить вас, и да нас тоже, не помешает. И поехали в лавку, надо купить духи. Уж простите меня, бестолковую. Надо было сразу об этом подумать.

— Какие ещё духи, Турей? — удивилась Катя.

Ей было совсем не до духов.

— Такие, с аромагией. Запахи отбить, ничем не будете пахнуть. Никем, точнее. Мне Мих рассказал. А кто знает, каких вы запахов у кошек нахватали. Чтобы в замке лишнего у вас не спрашивали.

— Я не вижу смысла скрывать от Данира, — возразила Катя.

— Это всё дело ваше, но пусть от вас не пахнет кошками, айя! Я жила с волком, родила волка, я рядом с волками всю жизнь. Отец Миха был добрейший человек, то есть волк, но кошек не переносил. Я знаю, что говорю! И ещё прикупим кое-чего. А то когда ещё соберёмся в город!

И кто бы сомневался, что Катя сейчас согласится и они отправятся за какую-то там парфюмерную лавку! Они отправились. По дороге заехали ещё в несколько лавочек, где Турей купила отрезы ткани, пуговицы, свёрнутые в рулон куски мягкой кожи, и ещё какие-то свёртки, которые она аккуратно уложила в корзину. Всякий раз звала Катю с собой взглянуть на товар, но та качала головой — нет, не надо, и оставалась в карете под бдительным присмотром Миха. Ей было вообще не до шопинга. Впрочем, за магическими духами она решила зайти. Ещё и потому, что вспомнила, как отзывались волки о парфюмерных «лавках» её мира — место для пытки или для казни. Стало всё-таки любопытно. Она ничего не опасалась, на ней защита, так что никакая аромагия не повредит и не собьет с пути, а приобрести средство, убирающее запах — ну конечно, не помешает.

В лавке, куда они ввалились всё трое, действительно ничем не пахло. То есть совершенно. Человеческий нюх Кати слышал только запах свежего воздуха, как выше в горах, в окрестностях Манша, а вовсе не на улицах Харроя. Две стены целиком занимали шкафы со стеклянными дверками, а за конторкой в углу стоял пожилой мужчина, точно не волк. Человек? Кумат?

Человек скорее всего — отчего-то подумалось Кате. Его черты, какие-то детали одежды. Она не поняла толком, почему, но определила. Видимо, стала привыкать к здешним жителям и даже их отличать.

Турей быстро объяснила, что им требуется, и парфюмер отомкнул ключом одну из дверок шкафа, быстро нашёл маленький флакон и протянул Кате, предварительно вынув пробку. И опять тот же фокус: духи практически не пахли, но возникло ощущение свежести, и, может быть, совсем чуть-чуть — запаха зелёных листьев. Неплохо, а если при этом они убирают лишние запахи, включая запах пота, например — такой товар можно продавать где угодно, подумав над рекламной компанией. Мих принюхался и одобрительно кивнул. Катя осталась довольна и даже собственноручно расплатилась — её первая покупка в Веллекалене, да и вообще в этом мире!

— Моя ученица сейчас предложит вам ленту, чтобы подвесить флакон, — сказал парфюмер и позвонил в маленький колокольчик.

Вскоре колыхнулась занавесь и в лавку впорхнула миниатюрная девушка в длинной серой тунике и штанах, и в красном жилете с серебристыми пуговками. Она принесла на подносе кучу лент, шнурков и цепочек. Хорошенькая, разве что с чуть приплюснутым носом, и кос, длинных, у неё было четыре. Вообще, Катя узнала её сразу. И Гетальда из рода Туи сразу узнала Катю. И, кажется, немного смутилась.

— Доброго дня, айя Катерина, — она поклонилась, — для нас честь видеть вас здесь. Изволите выбрать ленту для флакона, или что пожелаете?

Арика сказала — младшая сестрёнка. Которая всё поняла и осознала. Ну вот, и тут конспирация, мягко говоря, не задалась.

— Тише, Гетальда. Я тоже рада тебя видеть, — ответила Катя. — Вот эту ленту, — она не раздумывая взяла узкую серую ленту под цвет плаща, и наблюдала, как Гетальда закрепляет её, пропуская через серебряные петельки на горлышке флакончика.

Похоже, такая здесь была мода — носить флаконы с духами на длинных лентах на груди, как украшения. А флакончик был симпатичный, стеклянный кубик со стороной не более полутора сантиметров, с гравированным узором на гранях. Похож на кулончик. Катя повесила его на шею, спрятала под плащ.

— Айя всем довольна? Мы будем ждать вас ещё! — парфюмер теперь волновался и выразительно косил взглядом на Гетальду, ему явно хотелось узнать, кто такая Катя, которая неожиданно заявилась и не представилась. Ладно уж, в другой раз она исправится.

Всё дальнейшее случилось очень быстро. Хлопнула дверь, и в лавке появились трое…

Одновременно с этим раздался звук, похожий на выстрел шампанского, и все звуки стали тише — словно уши заложило. Завизжала Гетальда. Что-то кричала Турей. Мих отчего-то свалился Кате под ноги. И всё. Темнота…

Она открыла глаза, медленно приходя в себя. И ничего не понимала. Что это за место — конура, чулан? Окон нет. Стены все в железных прутьях, словно это клетка. И Мих тут, и Гетальда, чуть в стороне, но они вроде бы спят. Напротив сидит и сверкает на неё глазами девушка-волчица. Сидит на каком-то потрепанном одеяле, что, наверное, шикарно, потому что под ними тремя — просто дощатый пол. На шее у Кати — цепочка, довольно крупная, в сантиметр шириной, на вид стальная. Так себе украшение, прямо скажем. Причём замочек у неё странный, разомкнуть и снять цепь не получилось.

— Ты что? — хмыкнула волчица напротив. — Это антимагический ошейник.

Такие же цепи были на шее у Миха и Гетальды, и у волчицы — тоже.

— Мы где? — задала Катя самый насущный вопрос.

— Не поняла ещё? У кури.

Замечательный ответ.

— Где? Что это значит? — она решила всё-таки уяснить, что происходит.

— Ты откуда такая умная взялась? — волчица, вместо ответов решила спрашивать.

Дурацкое решение. И голова трещала нещадно. А Гетальда и Мих спали. Оба дышали, во всяком случае. Мих пристроил голову на живот Гетальде. Ах да, а где же Турей? Турей не было.

Катя всё вспомнила. Харрой. Кошачий храм. Арика сказала, что проклятье Данира снято на большую часть. Ведь немного осталось! Две пятых, мизер. Потом парфюмерная лавка и духи, маскирующие запахи. То есть и Данира и других волков можно сбить с толку всего лишь духами, вот этим стеклянным кубиком у неё под плащом. Катя сунула руку под плащ, нашла кубик — на месте.

Она переместилась ближе в Миху, потрясла его за плечи.

— Мих! Мих, проснись!

Он промычал что-то и вцепился обеими руками в тунику Гетальды. Но мычит — значит, пробуждение возможно…

— Мих! Мих… — она теребила его, терла уши.

Он не просыпался. И с Гетальдой была та же история.

— Да не трогай их, — буркнула волчица, — они ещё долго будут спать. А ты почему не спишь?

— А должна?..

— Все поначалу спят. Кури охмуряют чем-то. Это не опасно. Зачем им нас травить? У меня только нюх надолго пропадал. А у тебя пропал?

— Не знаю.

— Фу. Да прогони ты кошку мерзкую от мальчика, — сморщилась волчица и поудобнее устроилась на своём одеяле.

— Не беспокойся об этом, — мирно сказала Катя, хотя хотелось ответить резче. — Объясни лучше, где мы и что происходит?

— Ну, мальчик тебе спасибо не скажет! Фу. А вообще, что тут непонятного?

— Я чужеземка. Мне всё непонятно. Почему мы в этой клетке?

Именно клетка. Снаружи чем-то прикрытая. Сверху в покрытии дыра, пропускающая свет. И в целом это всё было… В общем, слова, способные описать данную ситуацию, в достаточном количестве имелись в родном русском, но Катя совершенно не умела их употреблять.