Невеста проклятого волка (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 65

— Данир, а для чего ты восстанавливаешь Серебряную башню? — невинно спросила Катя.

— Что? — он откровенно удивился. — А почему нет? Башня есть. Пусть будет. Я уже ставлю на ней дозорных. Оттуда видно Черное ущелье, и Каньон Белого Демона, и много интересных мест. Так почему бы нам не пользоваться башней?

— Это просто такая высокая сторожевая вышка?

— Конечно. Жилых помещений там нет. Хотя надо бы там что-то устроить, конечно.

— Данир, а мы можем туда подняться? Сегодня?

— Что? Зачем?! — кажется, сегодня она подрядилась его удивлять.

— Я погулять хочу, с тобой, — объяснила она, — а ты почему-то, когда приходишь, сразу тащишь в постель…

— Тебе не нравится?.. — его удивление было таким искренним.

— Очень нравится. Но можно ведь иногда и погулять? Нам с тобой вместе?

— Хорошо, — он теперь улыбнулся виновато. — я дурак. Конечно, тебе хочется и погулять. Пойдём, — и взял её за руку, переплетя пальцы.

— Данир, а где ключ от башни? — поторопилась она спросить. — У тебя есть?

— Какой ключ? Там не заперто.

— Но ключ-то есть? Я слышала. Мне айя Лидия рассказывала, — отважно соврала она. — Она говорила, что заперла башню, потому что… в общем, кое-кто считал, что на верхушке этой башни можно соорудить портал. Саму башню для этого и построили, почему бы и нет…

Уж врать так врать.

— Вот не думал, что ты с бабушкой обсуждала устройство порталов. Ты ведь обычно вела себя так, словно совсем ничего не понимаешь, — теперь он смотрел на неё внимательно, словно искал подвох.

— Я не верила, ничему не верила, — уж тут она сказала чистую правду, — я думала, айя Лидия не в себе. Да и Виктор потом это подтвердил.

— Ну ещё бы. Подтвердил… — лицо Данира потемнело.

— Так где ключ?

— Возможно, он давно потерян. Я его никогда не видел, во всяком случае. Когда попал в Манш, тут вовсю шли работы. Некоторые я прикрыл, но башня — хорошо. Я решил, что она нужна. Пойдём, если ты не передумала. Иначе я, как обычно, утащу тебя в постель…

Вроде волк, да, а промурлыкал угрозу, как заправский кот. Катя чуть не брякнула в шутку, а точно-де нет у него в роду тех самых куматов? Удержалась, сообразив, что шутка неудачная. Для Данира — так вообще хуже не придумаешь…

Вместо этого она сказала:

— Так значит, прежний кастелян, который собирался открыть куматам ворота, чтобы они разрушили Манш — это он начал тут всё ремонтировать и перестраивать? А зачем, Данир?..

— Думаю, это отвлекающий маневр. Чтобы никто ни о чём не подозревал. Ну и ещё можно потрясти под шумок казну Манша. В твоем мире тоже так делают, правильно? Я читал ваши газеты.

— А что он сам говорит?

— Ничего. Он умер от разрыва сердца в тот же день. Его убила магическая метка, поставленная новым хозяином… тем, кому он продался. Чтобы не сказал лишнего. Он и не сказал, — его пальцы на мгновение сильно сжались на руке Кати, она ойкнула от боли.

— Прости, — спохватился он. — Пойдём.

Пока шли, он хмурился и молчал, и, кажется, на романтическую прогулку можно было уже не надеяться. Все же она решилась спросить ещё:

— А такие метки многие могут ставить? И ты?..

Он только мотнул головой и буркнул что-то. И привел он её в нижний зал, который теперь служанки приводили в порядок. Приказал ближайшей служанке, которая мыла стол:

— Позови экономку.

Девушка метнулась исполнять. Ай Орна тоже появилась быстро, выплыла из ближайшей двери, высоко неся голову.

— Мой айт?

— Тётушка Орна, бабушка посвятила мою айю в странную историю Серебряной башни, — сказал Данир. — И она теперь желает знать, где ключ от верхнего яруса башни, — мягко так сказал, неформально, даже небрежно.

Экономка наградила Катю взглядом, от которого муха бы сдохла, и равнодушно пожала плечами.

— Мой айт, мне это неизвестно, — она неформальный тон принимать не пожелала, — этот ключ никогда и никому не требовался. Я даже не знала, что там заперто. Строители, возможно, просто сломали замок.

— А что, магический замок можно просто сломать? — не выдержала Катя. — Я думала, на то он и магический…

— Моя айя, мне это неизвестно. Возможно, у айта Рейтарра, прежнего кастеляна Манша, был ключ. Возможно, ему пришлось ломать дверь магией. Жаль, что айт не успел спросить у него.

— Хорошо, тётушка Орна, — не стал настаивать Данир. — Не сердись, если помешал.

— Я служу Маншу и всегда к твоим услугам, мой айт.

— Пойдём, — Данир увлек Катю дальше, через зал к выходу.

По пути он окликнул какого-то волка, потом другого, что-то просил — ему передавали какие-то предметы.

— Амулеты, — пояснил он Кате. — Там темно и высоко, тебе понадобится.

— Мы все-таки полезем на эту башню? Одни? — она уже была не так решительно настроена.

— Тебе понравится, — он посмеивался, опять приходя в хорошее настроение. — Ночь лунная, вид с высоты будет прекрасный. Я так и не поводил тебя по Маншу. А теперь покажу всё разом.

Работы в башне, похоже, были закончены, во всяком случае, весь строительный мусор и материалы убрали. Опять — незапертая дверь, которая отрылась тихо, без скрипа. Тьма кромешная…

— Сейчас будет свет, моя…

Данир повертел в пальцах стеклянный шарик, и он загорелся ярко, как галогеновая лампочка, стали видны нештукатуреные стены и винтовая лестница. Сколько же тут этажей — семь, девять, больше? А дыр в перекрытиях уже не видно…

— Сейчас, — Данир подхватил ею за талию, — подниматься будем быстро, не бойся.

Вот это был подъём! Можно сказать — они летели. Данир прижимал её к себе, а сам легко перепрыгивал через несколько ступенек сразу, и это было против законов гравитации! Когда лестница закончилась, у Кати кружилась голова.

Верхний ярус. Дверь, тяжёлая, укреплённая полосками металла. Замочная скважина небольшая, вокруг неё, как украшение — резной узор, похожий на декоративный узел, завязанный в форме сердца. Данир распахнул дверь. Прямо за ней узкая лесенка вела к люку в потолке — на верхнюю площадку башни, огороженную перилами высотой по пояс.

Небо. Рваные облака. Почти полная луна. Внизу… горы, ущелья, залитые лунным светом. Волшебная красота.

— Данир… — выдохнула она восхищённо.

— Нравится? — он стоял позади, обнимая её. — Да, невероятная красота. Хоть днем, хоть ночью, хоть зимой, хоть летом. Весной, когда цветет шиповник, вот те склоны все в цветах, — он махнул рукой, показывая. — Вон там ущелье Белого Демона, мы там ехали, помнишь? Туман стоит высоко. В такие ночи говорят, что демон вышел прогуляться. Когда мы ехали, он смирно сидел внизу.

— Всё равно было страшно, — Катя поёжилась.

— Со мной не надо бояться. Да и без меня тоже. Правда, к демону все равно не приближайся. Но ты хозяйка Манша, у нас магические права на эту землю. Поэтому королю, чтобы устроить тут пустыню, нужно наше разрешение. В твоем мире главное — это право сильного, есть тысяча способов вырвать любое разрешение у кого угодно. Магия, магическое право сокращают вероятность такого произвола.

— Звучит неплохо, — Катя потёрлась затылком об его плечо. — Данир, почему тут тоже есть луна?

— Потому что наши миры — параллели. Дальние параллели. Главной параллелью считается та, где больше магии. У вас её почти нет, то есть почти нигде… Но это не объяснишь двумя словами.

— Погоди, значит, в основном миры одинаковы? — Катя даже отстранилась, чтобы взглянуть на него.

— Нет. Но если хочешь представить нашу карту — да, можешь вспомнить вашу. Похоже. Те же материки, но разные линии берегов, не совсем тот ландшафт, всё как бы сдвинуто.

— Да? И где тогда мы находимся относительно нашей карты?

— Представь, что Кавказ сдвинули немного вправо и чуть выше.

— Вот как, значит. И ваш мир — это главная параллель?

— Увы, нет. А может, к счастью. У нас есть связь с миром, где уровень магии выше.

— То есть он населен сплошь волшебниками, то есть магами?

— Их там немало, и очень сильных. Но сплошь — нет, так не бывает. Маги всегда меньшая часть от всех жителей. Такие семьи, как мы — исключение. У всех двуликих Саверинов есть магия. Посмотри вон туда, — теперь он показал в противоположную сторону от ущелья Демона, — там как раз луна осветила всё, видишь? Напротив вон того двурогого пика. По этому ущелью проходят тайные тропы и куматов, и волков. И только отсюда это место можно рассмотреть. В этом ценность башни, а басни про портал — это кому-то нечего делать. Хотя там заставы, конечно, мы постоянно получаем вести.