Невеста проклятого волка (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 43

— Кто знает, — Турей махнула рукой. — Ничего не делать! Но на праздниках, на ритуалах волчьих вы будете впереди стоять, рядом с княгиней, а другие невестки — за вашей спиной!

— Очень надеюсь, что меня не позовут, — у Кати снова испортилось настроение. — Турей, у меня голова треснет от этих ваших обычаев!

— Ничего, айя, — та снисходительно улыбнулась. — Держитесь за айта Данира, он о вас позаботится. Вы спите. Хотите, песенку спою? Или сказку?

— Нет, спасибо, — Кате снова стало смешно. — Ты тоже ложись…

Ну да, вместо смартфона и телевизора, и потупить в интернете перед сном — сказку! Ах, хотя бы книгу, полцарства за книгу…

Тут должны быть книги. Надо выяснить.

— Я айта дождусь, как иначе! — махнула рукой Турей…

Часть 12. Хозяйка

А Катя не дождалась. Зато она выспалась, а проснулась, когда в комнате было светло как днем. Ну конечно, тут были окна с нормальными прозрачными стеклами — не то что в хижине. А на ковре возле кровати раскинулся Данир. Громадный волчара. Впервые после появления в Веллекалене Катя увидела его в волчьем лике. Рядом с её подушкой — другая, характерно примятая. Значит, он все-таки вернулся к ней в постель и спал рядом какое-то время, а ушёл на рассвете, когда пришла пора превращаться.

Катя слезла с кровати и как была, в сорочке, села на ковёр рядом с Даниром, разглядывая его. Конечно, она давно знала этого волка и узнала бы из сотни похожих — не говорите, что звери на одно лицо! Но именно теперь она, в какой-то степени, испытала шок. Все эти дни Данир не показывался ей волком. Волки были отдельно, люди — отдельно, хотя она и знала про оборотней, и про то, что это не только волки. Теоретически знала. Знать — одно, понять осознать и принять — уже другое. Видимо, сознание сопротивлялось, накапливая теорию, но отказываясь от практической части. А теперь мохнатый хищный зверь и мужчина, с которым она жила, спала и которого, кажется, уже любила, сложились в одно существо. Это рвало мозг…

Во всяком случае, она сидела некоторое время, не шевелясь, возле волка, и была невероятно благодарна обстоятельствам за то, что никто не мешает. Привыкнуть, освоиться — вот и всё. Сама не ожидала, но — да, нужно. Этот мир такой, тут полно оборотней. Наверное, в замке добрая половина — оборотни! Но Турей упоминала, что многие не имеют второй сущности, даже в семье Саверинов! Оборотней в замке около трети? Или сколько?..

Какая разница. Она — жена оборотня. И она любит оборотня. Вот.

И вообще, надо одеться. Можно надеяться, что сюда никто не явится в скором времени, но ведь не факт.

На кресле была разложена одежда, должно быть, приготовленная Турей — сорочка, нижняя юбка на завязках с широкой кружевной каймой, такие Катя видела в магазинах для любителей бохо-стиля, льняное платье — красивое, шелковистое, с вышивкой по подолу и рукавам, по бокам шнуровка. Панталоны до колен с вышивкой. Пояс из узорных металлических пластинок с красными и синими камешками, с застёжкой, с которой спускался длинный «хвост» из цепочек и бляшек. К поясу была пристегнула красивая кожаная сумочка-кошелек, и ещё были колечки, чтобы что-то пристегнуть или повесить. Всё ладно, но случись ей ненадолго попасть домой, в свой мир, она запасется нормальным бельём! Выгребет половину бельевого отдела!

Стоп. Данир обещал, что она попадет домой через два месяца, и навсегда. Сюда больше не вернётся. И у её интересного положения есть огромная для здешних условий положительная сторона — критических дней не будет! Не придется переживать их в этих непривычных вещичках, это был бы сущий ужас…

Не два месяца, а уже меньше. Данир просил не говорить с ним об этом. И правильно, ей лучше и самой забыть, считать оставшиеся им дни — это же ужасно.

Не правильно. Забыть она не сможет. И ей не хочется расставаться с Даниром Саверином. Вот именно, расставаться не хочется, а значит, и домой — не хочется. И вообще… ещё не вечер, сказал нам капитан…

Откуда это? А, ну конечно, из песни.

Она быстро оделась, справилась и самостоятельно. Панталоны отложила в сторону — нет, не все сразу. Её вчерашняя одежда исчезла, но был ещё комплект белья, который ей положила «в приданое» Юлана, он в её вещах, а вещи она опять связала в узел, когда собиралась. О счастье — узел лежал себе на полу возле кровати, Турей в него ещё не заглядывала. Там было всё, и новые хлопковые колготки — вот уж сокровище, — и белье, трусики и бюстгальтер, новое, с этикетками — живём! И баночка с мазью, полученная в женском храме, Данир к ней и прикасаться не стал, а она, собираясь, бросила в свои вещи. Хорошо, что не забыла.

Была, пожалуй, трудность — аккуратно зашнуровать платье. Пришлось примерить, снимать, шнуровать. Ничего страшного. На самом деле Катя привыкла со всем справляться самостоятельно. Волосы она расчесала и заплела в простую косу. Чтобы выплетать всякие сложности, нужна Турей.

Данир спал. Катя опять присела рядом. Осторожно, почти не касаясь, провела рукой по его шерсти. Пусть он тоже выспится, наконец. Всё последнее время днем у него дела, ночью он с ней, и тоже постоянно что-то случалось! На его левой лапе — рана. Свежая. После того ритуала он постоянно носил на руке повязку, так что состояние раны Кате было неведомо, но вот — свежая и кровоточит. Даже стала больше — кажется, во время ритуала Данир нанёс очень аккуратный маленький порез. Значит — верно, стала больше. Раненые оборотни не оборачиваются — это бередит раны, а у Данира выхода нет…

Жрица Арика дала мазь, вроде бы от боли, но излечения не обещала. Совершенно необходимо посоветоваться с кем-то знающим! Лекарь Витуд? И вроде ещё Кайнир немного лекарь, если она ничего не перепутала?

Жрица сказала, что раны, нанесенные магическим оружием, волки не могут залечивать волчье й магией. Значит, раны от другого, обычного оружия — могут. Даниру, чтобы выздороветь, надо не оборачиваться две недели, но это невозможно. Да, Арика говорила об этом, хотя Катя даже не спрашивала, и Данир был недоволен. Она объясняла это Кате, посчитав, что ей надо знать. Спасибо ей.

Катя открыла баночку, понюхала содержимое. Мазь как мазь, не противная на вид, желтоватая, и пахнет хорошо — травами, больше мятой. Она зачерпнула немного пальцем и уже хотела нанести на рану, но спохватилась, помедлила и аккуратно вернула мазь в баночку, стараясь не потерять ни капли. Нет, сначала она посоветуется. После вчерашнего она будет осторожна. Может, недаром Данир не желает прикасаться к этому снадобью, а он просто поддалась на чары кошки?

Короче говоря, не нужно спешить.

В дверь тихонько постучались. Катя подошла и отодвинула запор, ожидая увидеть Турей. Но нет, это была незнакомая девушка. Она присела в лёгком поклоне.

— Айя Катерина, айя Орна вас ожидает, послала меня проводить…

Катя оглянулась на Данира. Он спал. Она колебалась, потому что инструкций, как жить сегодняшний день, не получала. Правда, он говорил: будь со мной, не отходи далеко, встань за моим плечом. Наверное, тут это будет проблематично. Но реши она сидеть затворницей — это же странно?

— Хорошо, — сказала Катя. — Что-нибудь случилось?

— Ничего, айя Катерина. Просто айя экономка с утра даёт всем задания. То есть решает, что чем займётся.

— И что, мне непременно надо присутствовать?.. Ну хорошо. Пойдём.

Это даже обещало быть интересным. И познавательным.

— Мне приказано также найти айта, — сообщила девушка, явно силясь заглянуть внутрь комнаты.

— Он отдыхает. Не надо его беспокоить, — Катя вышла и плотно прикрыла за собой дверь.

Баночка с мазью, которая всё это время оставалась в её руке, отправилась в поясную сумочку.

Девушка привела Катю в зал на первом этаже, где вчера пировали и танцевали. Теперь большая часть столов была убрана, вдоль стены выстроились десятка три женщин, в основном молодых, но было и несколько матрон за сорок, и ещё трое парней, они стояли вместе. Айя Орна, конечно, не могла не видеть вновь вошедших, но не стала прерываться — она распекали одну из девушек. Катя остановилась в нескольких шагах, скрестив на груди руки, и ждала, чем дело кончится.