Заложница тёмного мага (СИ) - Горенко Галина - Страница 32

Продолжать дальнейшую беседу с Массимо было бессмысленно, так как в его голове уже чертились схемы нового изобретения, а стеклянный взгляд и бормотание невпопад отчего -то раздражали. Мне бы хотелось предложить несколько идей по воплощению, но для общества Бусто был сейчас потерян, поэтому я решила отпустить его с миром, а самой сесть и законспектировать возникшие мысли. Со времени учебы я стараюсь записывать, но не потому, что жалуюсь на память, а потому что так проще укладывать в систему и приводить к общему знаменателю. Прочитав написанное на свежую голову многое кажется надуманным и пустым, к тому же так лучше запоминается, поскольку моя зрительная память была плотно завязана на механическую.

Тётка от Айзека получила аналогичные мне ценные указания, и, хотя причину он озвучил иную, скрывать правду о новом появлении Потрошителя не имело никакого смысла. Подробным описанием нескольких убийств в бедных кварталах пестрели жёлтые газеты, более солидные издания позволили себе осторожные высказывания и предположения, но в одном сходились и те, и другие - спустя дюжину лет, убийца вернулся.

Натыкаясь в газетах на псевдоним «Потрошитель», я невольно вспоминала историю лондонского серийного убийцы, того так и не поймали, хотя жертвами его многочисленных злодеяний стала не одна женщина. Сомневаюсь, что эти эпизоды хоть как-то связанны, но и общего меж ними было предостаточно.

В один из вечеров Айзек застал меня за чтением одной из газетенок, самого что ни на есть жёлтого пошиба:

- Пойми, практически каждое слово здесь - наглое вранье, у них нет доступа к достоверной информации, вот они и придумывают небылицы.

- Люди напуганы, - ответила я, наливая сливочный ликер в крошечную рюмочку. Что-то во всех этих убийствах настораживало меня, ну помимо очевидного, а вот что конкретно, я никак не могла понять. Мысль юркой ящерицей ускользала от меня, прячась меж камней или зарываясь в песок, и я никак не могла ухватить то, что не давало мне покоя с самого начала.

Помимо Ранкорна, почерк Потрошителя прослеживался еще в двух убийствах, и, хотя МагКонтроль и Гарда всячески скрывали подробности преступлений, как говорится, шила в мешке не утаишь. Бертье пока не нашли, и это могло быть как хорошей, так и плохой новостью. Он мог залечь на дно потому, что знал что -то, или потому, что просто испугался или вообще мог быть заодно с убийцей.

Пока вопросов было больше, чем ответов.

Пару раз мы с Эстель принимали гостей - её ухажер, премилый барон, ровесник тётки оказался большим знатоком истории и великолепным рассказчиком. Живой ум, великолепное чувство юмора и неприкрытый интерес к Эсти сделали его желанным гостем, и я вдвойне порадовалась за родственницу, когда та, краснея словно девочка, поделилась радостной новостью - мужчина сделал ей предложение и как только его младшая дочь выйдет замуж этой весной, немолодые молодые сочетаются браком и отправятся в свадебное путешествие.

Я была рада за Эстель, она как никто другой заслуживала счастье, и очень надеюсь, что, став супругой Эндрю она его обретет.

Дата на приглашении на бракосочетание Энтони и Патриции стала для меня словно гром среди ясного неба - слишком скоро, всего через пару недель. К тому же (эти тонкости мне объяснил супруг) их союз не будет светским, как и у нас, он будет основан на магических клятвах, а это значит, что их брак будет нерушим. Есть, конечно, небольшая вероятность, что под воздействием приворота ритуальная магия откажется соединять молодоженов, но слишком надеяться на авось не стоит.

Заточение моё грозило стать бессрочным, каждый вечер, по возвращении домой Айзек был мрачнее себя вчерашнего - личная вендетта Ханта мало волновала Рейджа и тем более Цесса, и тот, и другой в первую очередь в данном вопросе преследовали государственные интересы, и только после - свои собственные. Это было не удивительно, своя рубашка ближе к телу, да и потом убийства прекратились, а приступы Себастьяна становились всё сильнее.

За пару дней до церемонии, мне пришла записка от модистки, в которой она приглашала нас с Эстель на последнюю примерку, в прошлый раз у неё не нашлось с собой подходящих кружев, поэтому предупредив Хантингтона, мы отправились к швее. Пока Эсти выбирала эскизы, листая многочисленные свадебные журналы (пришло время подумать о наряде невесты) я разоблачилась за ширмой до белья ожидая, когда помощница портнихи принесет дошитое платье.

Я обернулась на шорох, предвкушая долгожданную примерку и тут же получила удар по голове, проваливаясь в чёрную дыру ускользающего сознания.

Глава 25.

Вы меня озлобляете. Я человек, измученный нарзаном.

Я пришла в себя от стука.

Отвратительный, действующий на нервы звук, словно непоседливый дятел решил продолбить в центре моего лба дыру в поисках личинок, оказался ритмичным клацаньем моих зубов. Глаза щипало, во рту чётко ощущался металлический привкус, прикушенный язык распух, а конечности затекли и онемели.

Привязанная к грубо сколоченному стулу я сидела в том же неглиже, что было на мне в примерочной. Нижняя рубашка была грязной и порванной, одной туфельки не было и сквозь порванный чулок торчал большой палец демонстрируя в полумраке помещения отросший белый кончик покрытия-френч.

Грязное, узкое окно едва ли освещало крошечную комнатку помещения, что больше всего походило на подвал: темное, сырое и пыльное. Над головой слышались шаги и приглушенные голоса, где-то сбоку шуршали грызуны, срываясь на протяжный писк, от которого по спине бежали трусливые мурашки. Не то, чтобы я их когда-то боялась, но сама обстановка нагнетала, превращая брезгливую неприязнь в пока контролируемый страх.

Шаги приближались, скрипнула дверь, заливая прямоугольник за моей спиной светом. Я расслабленно смежила веки изо всех сил силясь сойти за обморочную девицу, в надежде протянуть время до того момента, как Айзек найдет меня. В отличие от прошлого раза брачный браслет никак себя не проявлял, и кажется, я начала догадываться почему.

На руке, расцвеченной вязью кудрявых завитков был защелкнут широкий стальной браслет с дюжиной грубо обработанных серых камней, возможно именно он и «гасит сигнал», потому как вряд ли мои похитители озаботились инкрустировать меня прежде, чем запереть в подвале на радость крысам. Я задышала размеренно, стараясь глубоко не вдыхать затхлый, пропахший плесенью воздух.

Вовремя.

- Косой, а ты не слишком по голове её приложил? - Раздался совсем рядом хриплый голос. - Она уже третий час без сознания?

- Да не, - ответил Косой, наклоняясь ближе. На меня пахнуло жареным луком, и я с трудом сдержалась, чтобы не брезгливо не сморщить нос. - Я чутка, херцагиня жешь, слабенькая.

- Эй, цыпа, - рявкнул над ухом не Косой. Скулу обожгло пощечиной, и я слабо застонала.

- Другое дело. Ну всё - всё.

К моим губам поднесли глиняный стакан с прохладной, но немного затхлой водой, впрочем, похититель не особо деликатничал и жидкость побежала по подбородку и шее, стекая в импровизированное декольте. Соски закаменели от холода просвечивая сквозь тонкий батист кружевной сорочки, (ну, конечно, мне для полного счастья только конкурса мокрых маек не хватало) а судя по тому, как плотоядно облизнулись бандиты, моя боязнь крыс отступила даже не на второй план.

Я молчала, не желая провоцировать преступников, но видимо делу время, а потехе час, потому как они наконец-то перестали пялиться на мою грудь и переключились на допрос. Тот, что, по-видимому, был главный в двух словах, но очень красочно, описал мне то, что ждет меня в случае, если я совру или промолчу. С воображением у меня всегда было замечательно, к тому же окружающая обстановка располагала к максимальной откровенности, так что я приготовилась отвечать, да вот только суть вопроса понять не могла.

- Где он?

- Кто? - искренне не понимала я. Где сейчас Айзек я не знала, но он каждый вечер ночевал дома.. .Быть может они пытаются найти кронцесса, которого спрятали подальше от многолюдной столицы и приворожившей его девицы.