Кукла для босса (СИ) - Волкова Виктория Борисовна - Страница 58

— Я тебе премию выпишу, Надежда, — заверил он и, увидев, что Ева опять вышла из кабинета, пригрозил: — На свадьбу не приедешь, точно уволю.

— Тиран, — прошипела главный бухгалтер. — Как с тобой, оглоедом, такая добрая и нежная девочка жить собирается?

Михаил не стал ничего отвечать.

«Что сказать? Приложу все усилия, но сделаю Еву счастливой? А если и говорить, то точно не Наде», — мысленно усмехнулся он и, зайдя к себе в кабинет, осмотрелся по сторонам. Увидел лежащие в упаковках тесты и разочарованно протянул:

— Я думал, ты меня сейчас обрадуешь…

— Дома, — махнула ручкой Ева, и Агафонов заметил у нее на пальце помолвочное кольцо.

— Тогда едем, — скомандовал он. — Я хочу точно знать. Уже сегодня.

— Что знать? — изумилась она.

— Снайпер я, мадам, или нет…

Накануне гражданской регистрации Агафонов свалился с гриппом. И перед ЗАГСом, куда они с Евой прибыли одни, наглотался таблеток, дабы не хлюпать носом.

— Ептиль, — выругался он. — Где меня угораздило подцепить эту заразу? — ворчал он, паркуясь прямо около мраморного крыльца.

— Твою машину заберут на штрафплощадку, — задумчиво предрекла Ева.

— Так инвалид приехал жениться, — просипел Агафонов. — Быстрее распишут!

И точно! Ева поразилась, как, стоило им войти в пустое нарядное фойе, украшенное цветами в огромных вазах, к ним подлетела какая-то тетка с халой на голове и в длинном синем платье.

— Вы от Романа Андреевича? — прошептала она. — Пойдемте, пойдемте.

Ева смутно помнила, как поставила роспись в огромной амбарной книге и тут же стала Агафоновой. Как, закашлявшись, над гроссбухом склонился Михаил и вывел свою размашистую красивую подпись.

— Все, — облегченно вздохнул он, дописав последнюю завитушку. — Теперь ты моя жена на веки вечные.

А в фойе их встречал Демьяновский. В черном пальто, с роскошным букетом роз и коробкой конфет.

— Поздравляю, дети мои, — заявил он, обнимая сначала Агафонова, а потом и его жену. — Вот заскочил поздравить. Наши родители уже едут в Сочи, а мне в Москву лететь надо… — начал он и осекся. — Будьте счастливы, волнистые попугайчики!

Агафонов пнул незадачливого гостя локтем в бок и пробурчал добродушно:

— Поедем в кабак, хоть шампанского выпьем.

— Не могу, — мотнул головой Дема. — У меня рейс. Я рад, что мы помирились, Ага. Безумно рад. Нам еще много чего нужно обсудить…

— Не-а, — фыркнул Агафонов. — Кроме возврата долгов ничего другого я обсуждать не намерен. Понял?

— Конечно, — усмехнулся Демьяновский. — С конфетами повнимательней. Дорогие, — предупредил он и отбыл.

— Тень отца Гамлета, — глянул вслед Агафонов. — В этом весь Дема, — фыркнул он, отворяя дверцу крузака.

— Странный тип, — проворчала Ева. — Конфеты нам подарил…

— Там деньги, — тихо пояснил Михаил. — Ну, может, еще и конфеты. Если Дема их сам не сожрал.

— Деньги? — изумилась Ева. — Какие?

— Скорее всего, одолженные мною двадцать тысяч евро, — предсказал Агафонов. — Дома откроем. Я бы вообще никуда не ехал, — печально вздохнул он, выезжая на проспект. — Лег бы в кровать и лежал бы до полного выздоровления.

— А я? — удивилась Ева. — А наши гости?

— Ну и ты со мной, — будто несмышленышу объяснил он. — А гости пусть празднуют! Мы с тобой с ними по скайпу свяжемся. Пусть выпьют за наше здоровье… Хотя мой папа мне этого не простит. Твой тоже. Придется ехать, малыш, — натужно вздохнул Агафонов и протянул довольно: — Жена-а…

— Миш, — тихо проговорила Ева, — а ты отцу и Роману хотя бы намекнешь? Ну о том, что ты знаешь…

— Нет, — поморщился он. — Это лишнее, Ева. Я долго думал об этом. Мне кроме убытков такая откровенность ничего не принесет. Для меня и отец, и Ромка — близкие люди. Я позвонил им, пока ты тесты проверяла, и позвал на свадьбу. Они оба с радостью согласились. Ромка как был, так и остался другом детства. Из песни слов не выкинешь. И я очень рад, что мы помирились. Но, как ни крути, братом он мне не станет. А что там у кого случилось почти сорок лет назад, мне не интересно. Прошлое — тлен, будущее — мираж, поэтому жить нужно настоящим. Любить жену, воспитывать детей, гонять Зака, чтобы не разжирел, вести бизнес и положить болт на мнение окружающих. Я люблю тебя, Ева, — хрипло заверил он. — Спасибо моим топам, что выбрали именно тебя! Спасибо моему суровому тестю и твоим братьям!

— Им-то за что? — фыркнула Ева.

— Молодцы. Прогнали от тебя всех женихов. Видимо, подозревали, что я на тебе женюсь сразу, как только увижу, — рассмеялся Агафонов. — Хороший тост, нужно завтра на свадьбе сказать, — просипел он и снова закашлялся. — Зачем нам ехать в Сочи? — пробурчал он. — Непростительная трата времени, — демонстративно вздохнул Михаил. — Мы женаты, и это самое главное. Сейчас бы не ехали на Ломоносовскую за вещами, а завалились бы в койку и начали тренировки. Я же до сих пор еще не сдал экзамен на снайпера…Ты надела бы туфли с брошками, ну, может быть, и фату…

— Нет, — улыбнулась она. — Придется ехать, Мишенька. А экзамен на снайпера тебе придется сдавать и сдавать…

— Сколько раз? — хитро покосившись на нее, уточнил он.

— Раза два или три точно, — воскликнула она. — Но количество попыток не ограничено!

Эпилог

Звонок соседки застал Никиту Макарова во время приема.

— Никитушка, — заговорщицки прошептала Вера Александровна, выглядывая в окно из-за занавески. — Ты просил позвонить, когда судебный пристав снова появится. Он тут.

— Пусть пока никто не заходит, — велел медсестре Макаров. А сам растерялся, не зная, что делать. Бросить работу и сломя голову нестись на Ломоносовскую? И наконец разобраться, кто все-таки приперся по его душу.

«Какой еще судебный пристав? Какое имущество? У меня и долгов-то нет. Ни кредита, ни ипотеки! — мрачно подумал он. — Какого хрена? И так от отца влетело…»

— Где он сейчас? — тревожно поинтересовался Макаров. — В квартире никого нет…

— Я сходила, посмотрела. Ваша дверь нараспашку. А он какие-то коробки сверху таскает. Наверное, имущество конфискует. Вон в машину складывает. Уже весь багажник забил…

— Вера Александровна, — вздохнул Никита. — А вам виден номер автомобиля? Марка какая?

— Что за машина, не знаю… Большая… Черная, а номер…

— Я понял, — серьезно заметил Никита, когда соседка продиктовала знакомые цифры. И силясь не заржать в голос, заметил: — Все правильно. По долгам нужно платить…

«Судебный пристав, млин, — проскрипел зубами Никита. — Ну берегись, Мишаня».

Он выскочил из кабинета и понесся в соседний к Илье. Еле-еле дождался пока выйдет пациент.

— Тебе не кажется, бро? — заметил азартно. — Как-то Агафонову наша сестра легко досталась. Может, украдем ее завтра на свадьбе?

— Нет, — замотал головой старший брат. — Тебе давно в лоб не прилетало?

— Почему это? — изумился Никита.

— Агафонов любит Дуську. Трусится над ней. И если верить Тонечкиной интуиции, наша сестра уже беременна. Думаю, Мишаня ее на шаг от себя не отпустит. И сам дальше сортира не отойдет.

— Собственник хренов, — поморщился Никита.

— Это любовь, Никитос. Волшебная субстанция. Скоро ты сам все поймешь…

— Ты хочешь сказать, что Антонина…

— Самая лучшая женщина в мире, — перебил Илья и веско добавил. — Для меня.

Алексей Махровский, коммерческий директор «АМА-Девелопмент», вернулся из месячного отпуска веселым и загорелым.

— Только из-за поездки на Мальдивы стоило жениться на Лизке, — пробурчал Алексей себе под нос, подъезжая к офису. — Проставиться нужно за свадьбу, — поморщился он. — Завтра тортики принесу, — усмехнулся Махровский, собираясь припарковаться на своем привычном месте на подземной стоянке. Но на его тщательно выбранной делянке стояла какая-то новая мазда.

— Это еще что за хрень? — возмутился он и замахал руками, привлекая внимание охранника.

— Так на место Неженцева поставьте, — пробубнил тот. — Или на место Янышевой…