Сила магии - Панина Наталья В. - Страница 157

С точки зрения Арси, Ронни выглядел неважно. Худенький, бледный, с усталыми, чуть испуганными глазами на осунувшемся лице, он почти висел на связанных над головой руках. Увидев вошедшего в камеру советника, Рональд поднял голову и кое-как выпрямился. Арси понял, что пленник с трудом держится на ногах. «И что с ним делать, – тоскливо подумал советник, – его даже трогать страшно, он же еле дышит. Может, сам все расскажет, я ведь ничего такого особенного спрашивать не собираюсь».

Когда стражники вытолкали его из конюшни и приволокли в маленький темный подвальчик, Ронни чувствовал себя смертельно усталым.

Когда его руки привязали к свисающим с низкого потолка цепям, к усталости добавился страх, волной холода заливший конечности и ледяным обручем сжавший желудок.

Когда после часовой неизвестности в камеру пришел Арси, страх и усталость растворились где-то в глубине сознания. Их сменило безразличие и сознание абсолютной обреченности. Ронни прикрыл глаза и стиснул зубы, от визита советника ничего, кроме неприятностей, ждать не приходилось.

– Ты видел, как убили посланца? – Арси развалился в деревянном кресле у двери.

Ронни молчал. «Убили, – повторил он про себя, – значит, все-таки убили. Эх, Айка, чем же он тебе насолил, что ты так страшно отомстила… Ну, что ж, с Посланником разобрались, теперь за меня примутся». Он постарался встать поустойчивее, чтоб не упасть с первого удара.

– Кто убил Инсилая? – настаивал советник.

«Ну нет, – подумал Ронни, – хоть Мирна была не совсем права в своих действиях, я ее не выдам. А почему не права? Вот устроит мне сейчас Арси пару суток боли, и молиться буду о собственной смерти».

– Ты что, оглох? – советник подошел к Ронни, поколебался мгновение и, решив что-то для себя, наотмашь хлестнул его по лицу. Голова пленника дернулась к плечу от удара. – Стой смирно, – рявкнул Арси. Ронни тяжело вздохнул и посмотрел в глаза советнику. След плети багровым штрихом перечеркнул щеку, на скуле и губах выступили капельки крови. – Кто убил Инсилая?

– Откуда мне знать, господин, может, Вы сами с Посланником и расправились .

– Меня там не было, – поспешно открестился Арси, он испугался и разозлился одновременно. В Ваурии Таур вездесущ. Он может быть здесь светом и воздухом. Кто знает, где сейчас Магистр, а если он просто стал дыханием – моим или мальчишки? – Тебе это прекрасно известно.

– Я ничего не знаю, господин.

– Сейчас узнаешь, – пообещал советник и ударил снова.

Ронни прикрыл глаза. «Что там Инсилай говорил о медитации, – думал он, пытаясь закрыться от боли, – нужно расслабиться и тут же поставить защиту. Это же очень просто, сто раз делал с Варварой, правда, там не было скованных рук и Арси с его плетью, – практика сильно разнилась с теорией, ничего не получалось. – Черт с ней, с болью, главное, не проболтаться, – убеждал себя Ронни, пытаясь вычеркнуть из памяти крадущуюся к бочкам Мирну, – я ничего не видел, ничего не знаю, ничего не помню. Ничего и никого. Я не боюсь тебя, Арси, от меня ты ничего не добьешься».

«Стоп, – сам себе приказал советник, увидев, что Ронни, бессильно уронив голову, снова повис на скованных руках, – как бы опять не надумал умирать. Попробую с девчонкой, этот мне еще пригодится. Не понимаю, кого он так выгораживает? У него на глазах убили друга, а он пытается спасти убийцу. Странно это, более чем странно. Ладно, в одном его молчание меня убедило. Кто бы ни убил Посланника, наверняка это был не Таур. Ради Магистра мальчишка не стал бы подставлять под плеть свою наглую физиономию».

– Спасибо, парень, – советник потрепал Ронни по щеке, на ладони осталась кровь. Арси достал из кармана носовой платок и тщательно вытер руку. – Иногда и молчание кое-что проясняет. Мою проблему ты разрешил, за что я тебе крайне признателен. Счастливо оставаться, я еще вернусь.

Ронни с видимым усилием открыл глаза и взглянул на Арси, усмешка тронула разбитые губы:

– Жду с нетерпением, советник. Было приятно пообщаться.

Судя по покоям скалета Гарди, господа офицеры в Ваурии не бедствовали. Дью был полноправным хозяином двухкомнатных апартаментов с видом на сад. По местным меркам, когда все живут в развалинах, друг у друга на голове… ой-ля-ля. А настоящий сад с птицами, бабочками, яблоками, персиками и еще какой-то местной экзотикой, которую я раньше в глаза не видел? Может, мне тоже податься в тауровскую гвардию? А что, скалет Краш, звучит.

Первая комната была вроде гостиной, со здоровенным столом, массивными деревянными креслами и камином. Тяжелые бархатные портьеры на окнах, малость пыльноватые, но жутко шикарные, и портрет Таура в красном углу довершали убранство. Вторая комната была поменьше. Посмотрев на трехспальную кровать на толстых гнутых ножках, шелковые простыни и огромное, во всю стену зеркало, я почувствовал легкий приступ зависти.

– Сиди здесь и никуда не суйся, – инструктировал меня кузен, быстро натягивая офицерскую форму. – Постарайся не очень шуметь. Будут стучать, не открывай. Пока мы не разберемся с твоим плетуном, будет лучше, если про тебя вообще никто не будет знать. Понял?

– Не дурак, – проворчал я и вдруг заметил у окна столик с фруктами, сладостями и большой фарфоровой плошкой, отдаленно напоминавшей супницу. Мой взгляд так и приклеился к этому великолепию, а в желудке взвыла пожарная сирена.

Дью, видно, заметил мои голодные глаза и с едва заметной усмешкой добавил:

– Станет грустно, можешь пообедать. Если хорошенько поищешь под кроватью, найдешь бочонок с местной бормотухой. Не нектар, конечно, но пить можно. Все, ушел, а то искать будут. – Дью удалился, металлически погромыхав обо все углы висевшим у него на поясе мечом.

Я воспользовался любезным предложением кузена и приступил к трапезе. Первым делом я сунул нос в супницу. Там обнаружилась довольно упитанная жареная птица неизвестной породы. Запах она источала умопомрачительный. Ножей и вилок на горизонте не наблюдалось, тарелок тоже. Я махнул рукой на приличия, оторвал золотисто-жареную ножку и слопал ее, обойдясь собственными зубами и пальцами, которые смачно облизал на десерт.