Как приручить Обскура (СИ) - Фальк Макс - Страница 130

Во время их первой встречи — первой встречи с настоящим Персивалем Грейвзом — он произвёл на Ньюта впечатление неприятного, но разумного человека, который хорошо знает, что делать. Время показало, что действительно знает: каким-то чудом Грейвз совершенно преобразил Криденса. Из загнанного в угол, напуганного, безвольного существа вдруг на глазах вырос улыбчивый молодой человек, немного застенчивый, но любознательный и упрямый. Это было похоже на магию — и Ньют бы решил, что это она и есть, если бы не знал более подходящее слово.

Он до сих пор винил себя за то, что влез между ними и едва не разрушил их странную хрупкую связь — особенно когда видел, как Грейвз неловко управляется с правой рукой. Из всех троих Грейвз заплатил самую высокую цену, хотя виноват был меньше всех. И как будто не считал это несправедливым. А теперь…

— Ваше наследство, — растерянно повторил Ньют.

— Я написал завещание. Если со мной что-то случится, он хотя бы будет обеспечен.

— Я не позволю вам пожертвовать собой, — быстро заявил Ньют. Грейвз поднял брови и усмехнулся после короткой заминки. — И я не дам вам обещания позаботиться о Криденсе. Заботьтесь о нём сами. Я не стану. Пусть это заставит вас быть осмотрительнее. Я не буду ему помогать ни с вашим наследством, ни с возвращением в Америку.

— Вы не сможете, — недоверчиво сказал Грейвз. — Он считает вас другом. Вы не оставите его одного.

— А вы умрёте и не узнаете.

Грейвз рассмеялся. Как-то тихо и радостно, будто ему сообщили отличную новость. Даже взгляд стал легче и теплее — хотя казалось, он не умеет смотреть на людей не как на преступников.

— Вы меня шантажируете, — улыбнулся он.

— Да, — Ньют сердито кивнул для верности. — Вас бесполезно уговаривать. Я бы и не смог. Вас можно только припереть к стенке.

— Со мной можно договориться, — сказал Грейвз, всё ещё улыбаясь.

— Договаривайтесь с собой сами, — предложил Ньют. — А я вам гарантирую, что от меня Криденс получит только охапку сена под крышей, — он мотнул головой на хибару. — Ничего больше того, что я предлагал ему до вашего появления. Хотите устроить его судьбу получше — занимайтесь этим самостоятельно.

Грейвз смотрел на него и смеялся. Улыбка у него оказалась открытой и немного неловкой, будто он не до конца был уверен в своём умении показывать радость.

— Вам нужны союзники, чтобы справиться с Гриндевальдом, — сказал Ньют. — Я готов помочь, но даже втроём шансов мало. Я видел его в бою, Персиваль.

— Союзников нет, — жёстко сказал Грейвз, убрав улыбку. — Мы можем рассчитывать только на себя.

— Я знаю одного человека, который способен помочь. Альбус Дамблдор.

— Профессор трансфигурации? — с сомнением спросил Грейвз. — Чем он будет полезен?

— Он очень сильный маг… И он когда-то был знаком с Гриндевальдом.

Ниффлер вылез из-за валуна и уставился на Грейвза. Подобрался поближе, взволнованно поводя носом. Он чуял запах драгоценного металла — скорее всего, его привлекли блестящие запонки на манжетах.

Рунеспур с громким шорохом скользнул по камням мимо, в темноту пещеры. Грейвз проводил его взглядом, опять обернулся назад, на Криденса. У него каждый раз менялось лицо, когда он смотрел на него. Ньют разглядывал с любопытством: вот сейчас — уголки губ опустились, выгнулись в намёк на перевёрнутую улыбку. Брови дёрнулись к переносице, чтобы нахмуриться, но не столкнулись друг с другом, так и застыли в напряжении. Грейвз качнул головой: подбородок вниз, лоб — вперёд, будто собрался бодаться. Губы сжались.

Ньют опустил глаза и улыбнулся сам себе. Грейвз не был похож на человека, который собрался героически умирать. Он был похож на того, кто станет драться до последнего, а если нечем будет ударить врага — вгрызётся в глотку зубами.

Ниффлер чёрной пушистой тенью скользнул к ногам Грейвза. Жадно уставился на руки, убранные в карманы. Его было трудно заметить, даже если он забирался к вам на голову — настолько деликатным и невесомым он был. Ниффлера можно было увидеть — но не почувствовать. Он взволнованно засопел, поднялся на задние лапы, потянулся вверх — но его маленького роста было недостаточно, чтобы достать хотя бы до колена Грейвзу.

А тот, как назло, шагнул в сторону выхода из пещеры:

— Если вы закончили, мы можем вернуться?

— Я закончил здесь, но у меня ещё много работы. Если поможете, я освобожусь раньше.

Ньют на всякий случай примирительно улыбнулся. Ниффлер обиженно тянул лапки за Грейвзом. На его мордочке отражалось искреннее непонимание, как этот бессердечный человек может прятать такие чудесные блестяшки у себя в карманах, не желая поделиться.

— Я не кормлю зверей, — недовольно сказал Грейвз. — Мне хватает филина, который пытается воровать из моей тарелки.

— Вы не пробовали предложить ему что-нибудь с рук?

— Не пробовал и не собираюсь, — твёрдо сказал Грейвз.

— Не хотите помочь — ждите, пока я закончу, — Ньют прошёл мимо. Грейвз покусал губу и последовал за ним.

— Почему вы доверяете Дамблдору? — спросил он. — Вы хорошо его знаете?

— Он друг нашей семьи. Я знаю его с детства… Тесей учился с ним вместе, — отозвался Ньют, пробираясь сквозь папоротники вглубь тропического леса, к гнездам огнедышащих колибри. Грейвз пробормотал какое-то проклятие, увернулся от изумрудной птахи, плюнувшей сгустком огня. — Дамблдор — мудрый и дальновидный человек.

Ньют скользнул между деревьями на поляну, Грейвз вынырнул из папоротников следом и остановился. Огляделся, поднял голову.

Гроздья белых и фиолетовых орхидей каскадами падали вниз, у цветков сновали крошечные длинноклювые птички. В косых солнечных лучах, копьями пробивающих листву, они сверкали, как горсть драгоценных камней, подброшенных в воздух. Ниффлер подскочил к Грейвзу, взялся лапкой за штанину, чтобы залезть наверх, но застыл, как всегда, заворожённый их блеском. В его глазах колибри были сапфировыми, изумрудными, рубиновыми. Он однажды попытался спрятать одну себе в карман, но разъярённая птица едва не прожгла его насквозь — с тех пор он облизывался на них издалека.

Заметив, что Грейвз отвлёкся, ниффлер вскарабкался ему на плечо, обнюхал ворот рубашки, сунулся в подмышку, сполз ниже к карману и выдернул запонку. Грейвз даже не заметил маленького наглеца. Только дёрнул плечом и почесал щёку, когда ниффлер с добычей перескочил с его головы на низкую ветку.

— Тесей всё ещё работает в аврорате? — спросил Грейвз.

— Да… насколько я знаю. Мы редко видимся, — сдержанно сказал Ньют.

— Я не хочу втягивать в это вашего брата и его друзей, — признался Грейвз. — Тесей предан букве закона, а я собираюсь действовать в обход правил. Не думаю, что разумно сообщать ему об этом.

С удивлением заметив расстёгнутый манжет, он машинально глянул себе под ноги, развернулся, нахмурившись.

— Да вы настоящая жадина, Персиваль, — внезапно сказал Ньют.

— Что?.. — Грейвз оторвался от поисков пропавшей запонки.

— Вы пытаетесь вытащить на себе то, что не под силу одному человеку.

Ньют чарами подрезал увядшие стебли орхидей, тут же выращивая новые на их месте.

— Если это будет стоить вам жизни — кто будет счастлив? — спросил он.

— Я должен хотя бы попытаться.

— Попытайтесь найти здесь друзей!

— Я не хочу взваливать эту ответственность на других.

— А взваливать на Криденса жизнь в одиночестве вы хотите?.. — спросил Ньют. — Вы никогда не теряли дорогих вам людей?.. Не испытывали ужаса от беспомощности, когда ничего не исправить?..

У Грейвза застыло лицо, застыла поднятая рука, побледнели губы. Он зажал белый манжет пальцами, будто стянул края раны, через которую могла хлынуть кровь.

— Вы всегда решаете за других, как будет лучше, — добавил Ньют, отворачиваясь, чтобы не видеть его лица. — А вы спросите, чего хочет Криденс — сражаться или просто жить?

Грейвз молчал, будто его обездвижило заклинанием. Напряженно сведя брови, хмуро смотрел в пространство, в одну точку, видимую ему одному. Ньют забеспокоился, шагнул ближе: