Тень Киоши (ЛП) - Йи Ф Ц - Страница 35

— Не двигайся, Киоши, — сказал Юн. — Она сейчас в смертельной опасности, — он смотрел на доску, игра была на середине. Он заставил мать Ранги играть в это.

Вместо наряда Царства Земли Юн был в форме Саовон, каменная камелия украшала плечо. Он пробрался в хаосе, слившись с толпой. Никаких трюков с магией. Просто навык, который он выучил у женщины, сидящей напротив него.

— Киоши, помни, что я говорила, — сказала Хей-Ран с прежней спокойной решимостью, с которой обрезала волосы и лишилась чести. Теперь она была готова отдать то, что у нее осталось. — Помни, что важно. Ты не получишь шанса лучше.

Юн опустил фишку с резким стуком на доску, что означало, что фигуры были сделаны из качественного камня.

— Моя победа в восемнадцать ходов, сифу, — сказал он. — Нет смысла продолжать. Это конец.

Хей-Ран согласно кивнула.

Фишки взлетели с доски, слушаясь ладони Юна, его движений. Они тут же слились в длинный тонкий шип, который он направил на шею Хей-Ран.

Киоши закричала и вскинула руки, толкала кинжал магией земли, но Юн удерживал хватку на камне. Его магия боролась с ее, как было у нее с Цзянжу в каменном чайном домике в Цинхао.

Но Юн был теперь сильнее Цзянжу. Несмотря на сопротивление Киоши, он вонзил кинжал в горло Хей-Ран. 

17

Слабость

Под визг Аватара Юн и Хей-Ран смотрели друг на друга. Он сжимал каменный шип, словно хотел поддерживать физическую связь с ее смертью, как обнимал Цзянжу, убивая его. Он улыбнулся ей на прощание.

Но Хей-Ран не была готова прощаться. Ее бронзовые глаза вспыхнули. Кровь текла из раны, она схватила запястье Юна. Она задыхалась, спина напряглась, но Хей-Ран притянула его ближе. Кинжал вонзился глубже в ее тело.

Юн нахмурился, не ожидая этого. Он пытался убрать руку, но не мог. Хей-Ран впилась в него железной хваткой. Алые струйки стекали с ее губ, но она не сводила взгляда с бывшего ученика. Хей-Ран подняла ладонь, и с усилием, которое убивало ее так же, как и кровь в легких, призвала шар огня.

С огнем в ладони она выглядела на Лорд Огня на портрете, непобедимый до конца. Она толкнула ладонь к Юну.

Он смог вырваться и увернуться, огонь не успел пробить его тело. Его плечо все-таки загорелось, и он зашипел от боли, толкнул Хей-Ран на пол, и кинжал выпал из раны с жутким влажным звуком. Он взбежал по лестнице, ведущей на второй этаж гостиницы, держась за горящую руку.

Киоши не могла остановить его. Она забыла о миссии, план был ничем. Ей нужно было помочь матери Ранги. Она подбежала к Хей-Ран и попыталась сосредоточиться на ране, понять, что делать дальше.

Ярость на бледном лице Хей-Ран была только для Аватара.

— Иди… за… ним! — кровь булькала в ее горле.

Юн решил сбежать через второй этаж. И он был ранен. Киоши могла поймать его, взбежав по пыли, ее тайное преимущество от Летающей оперы позволяло ей быстро бегать по крышам. Но тогда она оставила бы Хей-Ран умирать от потери крови. И Ранги потеряла бы мать.

Она собрала свои рукава и прижала их к горлу Хей-Ран. Кровь текла сквозь ее пальцы, а с ней и надежда. Киоши ощущала волны крови, поняла, что они двигались в такт с биением сердца. У нее не было времени.

Она подняла Хей-Ран с пола, собираясь унести ее.

— Н-нет! — пролепетала директриса. — Киоши! — возмущение еще раз вспыхнуло в ее глазах из-за слабости Аватара, и они закрылись.

Киоши отказалась от шанса выполнить долг. Она не могла сделать то, что нужно было. И ее ждали последствия за то, что она выбрала личную симпатию.

Но сейчас ей нужно было удерживать мать Ранги как можно крепче. Она подняла Хей-Ран и выбежала за дверь, устремилась не в ту сторону, куда побежал Юн. Им нужно было чудо. Одно такое было на другой стороне города.

* * *

Киоши сидела в лапшичной «Коралловый еж» с Ньяхитой и Джинпой. Ресторан был закрыт на праздники, и там было тепло, печи были холодными. Длинные деревянные столы занимали почти все место. Они заплатили хозяину круглую сумму, чтобы занять и его жилище сверху, где Атуат работала над Хей-Ран, Ранги была рядом с ними.

Киоши посмотрела на темный стол, Джинпу и Ньяхиту, мирного воздушного кочевника и ложного мудреца Огня. Они были бы ее советниками, если бы обстоятельства были обычными. Странное из них вышло трио.

— Похоже, бой приостановлен, — сказал Джинпа. Он уже давно искал, что хорошего сказать.

— Это временно, — сказал Ньяхита. — С обеих сторон слишком много раненых. Хуже, несколько младших и глупых бойцов встретились вне площади и нарушили табу на безвредное применение магии огня во время праздника. Саовон и Кеосо будут какое-то время зализывать раны, а потом конфликт выйдет за пределы Северного Чунг-Линг. Каждый клан думает теперь, что у них есть причина атаковать.

— Мы ничего не можем поделать? — спросил Джинпа.

— Так выглядит начало войны в стране Огня, — сказал Ньяхита. — Если агни кай и выступления Аватара не сработали в прошлом, вряд ли они сработают теперь.

Киоши прислонилась лбом к костяшкам, смотрела на завитки дерева на поверхности стола. Ситуация меж кланами-соперниками уже была опасной, но ее решение прибыть в Северный Чунг-Линг нарушило равновесие в стране. Она была виновата в том, что произойдет.

И она не использовала шанс, данный Хей-Ран, чтобы одолеть Юна. Она нарушила обещание Ранги уберечь ее мать. Она не могла ошибиться в чем-то одном, как было у многих людей, разрушения из-за нее задевали всех вокруг.

— Сколько времени нужно, чтобы начались настоящие сражения? — спросила она.

— Несколько дней, — сказал Ньяхита. — Если есть план, лучше бы ему быть простым и быстрым.

У нее не было плана. У нее ничего не было.

Атуат спустилась, вытирая руки чистым полотенцем. К счастью, на нем не было крови.

— Она разъярена из-за тебя, — сказала лекарь Киоши.

— Кто именно?

— Обе, — Атуат указала большим пальцем на лестницу, наверху ждали мать и дочь. — Я бы не хотела быть сейчас на твоем месте.

Ей оставалось только храбриться. Киоши приняла сочувствующие взгляды Джинпы и Ньяхиты и пошла проведать Ранги и Хей-Ран.

Она ощутила, что в комнате было жарко, до того, как вошла. Киоши шагнула в спальню и увидела Хей-Ран на маленькой кровати, толстый слой бинтов покрывал ее шею. Она была бледной от потери крови, и это только сильнее оттеняло гнев в ее глазах. На столе рядом с ней был кусочек доски из сланца и несколько брусков мела, взятых у досок с заказами с первого этажа ресторана. Видимо, так она общалась с Атуат и Ранги, ведь не могла говорить из-за раны.

Ранги стояла у изножья кровати, такая напряженная, что Киоши задалась вопросом, что Хей-Ран раскрыла ей о разговоре, который произошел между ними в конюшне дворца о попытке выманить Юна.

— Ты использовала мою мать как наживку, — прошипела Ранги.

Видимо, все.

— Я была против плана, — слабо сказала Киоши.

— Да. Но не перечила. Нейтральный дзинг, да? Ты молчала и не говорила, что она решила пожертвовать собой. Ты сказала бы об этом над ее трупом? Тогда я узнала бы об этом?

Ее слова не совпадали с мыслями Киоши. Но мысли не имели значения. Только поступки и их результаты.

— Ранги, пожалуйста! Мне очень жаль!

— Не надо извиняться, — сказала Ранги. — Ведь отныне я ничто для тебя. Слышишь, Аватар Киоши? Ничто, — она прошла мимо Киоши и побежала вниз по лестнице.

Киоши едва видела, как она ушла. Она была потрясена тем, как Ранги назвала ее. Она не помнила, чтобы Ранги хоть раз за время их знакомства называла ее «Аватар Киоши». Ни в Йокое, ни в бухте Хамелеона, ни в Хуцзяне, ни в Зигане. И эти слова с ее губ были как клинок, холодный, острый и смертельный.

Тело Киоши содрогалось. Она хватала ртом воздух, все внутри сжималось. С тех пор, как Цзянжу забрал Ранги, она переживала из-за опасностей, которые могли разлучить их. Она и не думала, что потеряет ее, сказав что-то не так или промолчав не вовремя.