Вкус ядовитого поцелуя (СИ) - Вальц Карина - Страница 1

Вальц Карина

Вкус ядовитого поцелуя

ГЛАВА 1. Будь нашим гостем

Сегодня особенный день.

И все это чувствовали. Даже нервные первогодки, которые меньше недели назад приступили к занятиям и не успели пока втянуться в студенческую жизнь, замечали неладное. Напряжение нарастало с каждым часом, с каждой секундой и, если во время общего завтрака в Зеленом Зале царило тягучее загадочное молчание, то к обеду обстановка стала походить на какой-нибудь сюрреалистичный сон, где абсолютно все вели себя не как обычно и совершали чудные поступки.

Кориана Бельф смеялась так громко и ненатурально, что это пугало. Во время обеда ее лучшая подруга Лиза выронила из рук стакан с чаем, облила ноги и даже этого не заметила, хотя чай наверняка был горячим. Уже с утра прошел слух, что девушек просто обязаны выбрать Змеи, особенно это касалось Корианы — в девушке текла демоническая кровь и она являлась представительницей древнего и властного рода. Кому еще должно достаться заветное приглашение, если не ей? Потому за Корианой студенты следили особенно тщательно, буквально не сводя глаз. Странный смех девушки только подкреплял чужие подозрения, хотя на ее месте я бы тоже вела себя странно: а как иначе, когда несколько тысяч человек пялятся на тебя так, будто собираются прочесть все мысли?

Справедливости ради, страдала не одна Кориана, выделяющихся личностей в Александрийской академии хватало. Все они могли уже сегодня стать Змеями, получить пропуск в будущее, серьезное и полное важных свершений. Браться-близнецы Брейсел, к примеру, золотые во всех смыслах мальчики. Или Колин Александрийский — да-да, фамилия у парня заметная и совсем не случайная. Местный сумасшедший Дориан тоже был в этом надуманном студентами списке. Дориан, который терпеть не мог людей, зато постоянно общался со всякими тварями от пауков до тараканов. Или Артур Айкул, он тоже попал в список, хотя никто бы точно не сказал, за какие заслуги — кроме неуемной тяги к неприятностям, Артур ничем выделиться за два года учебы не успел, как и его дружки Ромэн и Тео. Но все трое считались перспективными благодаря родителям, это повышало их шансы на то самое особенное приглашение.

Змеи.

О них любой житель Междумирья (за иные миры я отвечать не могу) знал едва ли не с рождения. Тайное общество, существующее не одну тысячу лет и без преувеличения заправляющее всем. Правящая элита будущего — так часто называли Змей, но так ли это на самом деле — неизвестно. Возможно, королевская чета Александрийских — Змеи, а быть может и нет. Быть может, Змеи просто управляют королем Рагнаром и его женой Софией, и сами Александрийские всего лишь красивая ширма. Никаких реальных сведений на этот счет не было, лишь бесчисленные догадки и предположения. Сфера влияния Змей тоже

находилась под большим вопросом, но поговаривали, вся эта таинственность возникла не на пустом месте и Змеи — это не просто кучка властолюбивых людей, все намного сложнее.

Междумирье получило свое название не на пустом месте — это огромный по своей величине остров, он же и мост в иные миры. Именно отсюда можно попасть в мир демонов или ангелов, пройти через портал, ведущий к Лесному Народу или в подземное царство умерших душ. Иных миров бесконечное множество и большая часть из них скрывает реальную угрозу. К примеру, легко представить, что случится, ворвись в Междумирье демоны — пылающий остров, выжженный дотла за считаные минуты, миллионы погибших, а после выхода демонов за пределы Междумирья — миллиарды невинных и беззащитных людских жертв. Но ничего такого демоны провернуть не пытались, и вот это тоже считалось заслугой Змей. Их власть могла быть еще больше, чем все себе фантазировали, или их состав… скажем, одними людьми он не ограничивался. В общем, Змеи были темой для бесконечных теорий и фантазий, загадкой, которая пугала и притягивала одновременно — интересно же узнать, как там все на самом деле. Но они были и несокрушимой стеной, сквозь которую невозможно было пробиться, а ведь многие пытались.

О, попыток было предпринято тысячи. Десятки тысяч. Пронырливые журналюги преследовали высокопоставленных людей Междумирья, не брезгуя запрещенными заклинаниями и любыми техническими новинками, привозимыми из самых разных миров. За любые сведения о Змеях предлагались фантастически большие награды, но все зря. Время от времени по Междумирью прокатывался громкий скандал, Змеи обвинялись в многочисленных убийствах (в половине случаев совсем уж надуманно), заговорах и подставах, но все волнения неизменно сходили на нет, ведь никто не знал, кому конкретно приписывать обвинения. В конце концов было основано общество борьбы со Змеями и последствиями от их деяний, оно получило название Противоядие и его участники неустанно искали правду. Судя по всему, пока безрезультатно.

И кто знает, чем все это закончится.

Говорят, Противоядие каждый год отправляет своих совсем юных адептов в Александрийскую академию, потому что именно тут все начинается. Академия — лучшая в Междумирье — создана Змеями для отбора лучших. Два года Змеи наблюдают, а потом выбирают. Никто не знает, откуда взялись эти сведения, но они никогда не считались ложными.

За Красным Рассветом придут новые Змеи.

Красный Рассвет был сегодня. Так что у Корианы Бельф имелась причина бешено смеяться, как и ее подруги был повод лить себе на ноги кипяток. У первокурсников был повод глазеть по сторонам, у остальных находилась причина видеть в чужом любопытстве влияние Противоядия. Короче говоря, та еще обстановочка.

Повод нервничать был и у меня — ведь я тоже проучилась в Александрийке два года. Но мои шансы на змейство считались очень низкими. Да, особо инициативные в конце второго года обучения составляли ежегодный рейтинг потенциальных Змей и вывешивали его в Главном корпусе. Среди шестисот однокурсников я болталась на шестьдесят третьем месте, что очень слабо. Я считалась девушкой умной и инициативной, но невероятными и выделяющимися талантами никогда не обладала, плюс ко всему совсем уж бедная родословная — и вот тебе низкое место. Ведь логично считать, что самый известный тайный союз Междумирья не примет в свои сплоченные ряды дочь травницы из глубинки, ей он предпочтет дочь короля. Обычной отличнице Змеи предпочтут талантливого гения со странностями, такого, как Дориан.

Расстраивало ли меня шестьдесят третье место? Ну, я запомнила эту цифру, так что… Возможно.

Да.

Сегодня даже как-то особенно сильно. Я поняла это утром, когда сидела на лекции по продвинутой некромагии и смотрела, как от волнения трясется моя одногруппница Данни. В том самом злополучном списке она находилась в первой десятке, потому что была неглупа и имела влиятельных родителей — хорошие данные для будущей Змеи. Данни явно не следила за ходом лекции и мысли ее витали довольно далеко от влияния демонической магии на мертвые тела. А я вдруг подумала, что тоже хочу вот так вот трястись от волнения, гадать, станет ли для меня особенным этот день, или я так и останусь собой — девчонкой, которая всю жизнь шла к большой цели, но заблудилась по пути.

Но ведь Змей не заинтересует долбаное шестьдесят третье место, им нужны лучшие. Как Данни.

Раньше я не размышляла о Змеях особенно много, но к обеду от мыслей о них лопалась голова, как будто мое двухлетнее безразличие ударило по мне волной обделенных вниманием догадок. Я думала о старшем курсе — в прошлом году ведь тоже был Красный Рассвет, Змеи сделали выбор. Интересно, кого они отметили? Если память мне не изменяет, прошлый «народный» список возглавлял Дао, все звали его Ледяным Королем. Прозвище прилипло к парню после того, как он триумфально стал лидером списка потенциальных Змей, но вот стал ли он одним из них в реальности? Дао я знала лишь заочно, но если смотреть со стороны, его поведение не так уж сильно изменилось. То же самое можно сказать о Кристине Ву и Кейлоре Гриффе — второе и третье места соответственно. Кея я знала лично, мы работали вместе и даже считались друзьями, и он точно ничуть не изменился, не вел себя странно и не совершал ничего подозрительного. Разве что рассорился с близким другом, но там своя история. С другой стороны, как еще он должен себя вести? Кричать во все горло «Я Змей!»? Вот Противоядию была бы радость.