Назначьте ведьме адвоката (СИ) - Снежинская Катерина - Страница 66

Коротышка удручённо покачал лысой головой, суетливо застёгивая манжеты. Но Кира к нему уже всякий интерес потеряла, на закрытую дверь таращилась, будто она только под взглядом открыться могла.

— Да вы проходите, — милостиво разрешил врач. — Побеспокоить не опасайтесь. Наоборот, отвлекайте, не давайте заснуть. Сон ему сейчас только повредит.

А дверь всё же открылась и как адвокату показалось, именно сама собой.

Тейлор пластом лежал на высокой, по-купечески обложенной подушками постели, безвольно вытянув руки поверх стёганого одеяла. Собственно, о том, что на кровати именно инспектор, оставалось лишь догадываться — узнать его невозможно было. Вместо лица — вспухшая красная подушка с марлевой нашлёпкой посередине. Глаза заменяли щёлки, обведённые густыми «очками» чёрных синяков. Костяшки на руках сбиты до мяса.

Рейсон передёрнуло.

— Зачем пришла? — голос тоже неузнаваемым показался, хриплый, будто сорванный. — Уходи.

Кира сухо сглотнула, но так ничего и не сказала — не придумала что сказать.

— Уходи, — повторил инквизитор. — Ты мне не нужна. Сейчас особенно. Проваливай!

Ведьму из комнаты как ветром выдуло. Хорошо, ведьмак её на пороге перехватил, а то бы в стену врезалась.

— Ну чего ты? Не реви, — гудел Ревис, неловко похлопывая адвоката по плечу.

— Я не реву, — отозвалась Кира, размазывая слёзы по щекам и дрожа до судорог перепуганной мышью.

Под нос подсунули стакан с чем-то отвратно пахнущим, адвокат, не споря, замахнула залпом. Не помогло.

— Да ты не обращай внимания, — ведьмак неловко переступил с ноги на ногу, шею поскрёб. — Сейчас он тебе наговорит — только слушай. Понятно, кому охота в таком виде перед баб… э-э… женщиной показываться? Чего тут скажешь? Не герой, понятно. Отойдёт, отлежится и сам притащится прощения просить. Ты на него не обижайся.

— Я и не обижаюсь, — согласилась ведьма.

Озноб проходить никак не желал, сколько бы адвокат себя ни обнимала. И непонятно, отчего так колотило: то ли от увиденного, то ли от пережитого испуга. Не от Тейлоровского рявка точно. Какая разница, чего там сипел этот головой ударенный?

— Но, конечно, парни вконец оборзели, — продолжал бубнить Ревис, — страх потеряли. Посередь бела дня, да на инквизитора! Тогда бы уж прикончили сразу и концы в воду, а так только бучу подняли. Сейчас начнётся — нашим небо с овчинку примерещится. И с чего только озверели?

— Погоди, — Кира мотнула головой, как будто действительно могла из неё всю испуганную муть вытрясти. — Ты сейчас про кого говоришь?

— Про ведьмаков, про кого ещё? — неохотно отозвался красавец. — Они ж инквизитора отделали, больше некому. Не вор же залётный, да и не дался бы Тейлор вору-то. Вот и выходит, наворотил Нардброк дел…

— Та-ак, — протянула Рейсон, вставая, — Нардброк, значит.

— Эй, ты куда собралась?

— У-би-вать, — по слогам процедила ведьма и ткнула ведьмака пальцем в грудь. — А ты остаёшься здесь. За порог не суёшься, от двери не отходишь, охраняешь, как родную маму. Это ясно?

— Нет.

— Жаль, — посетовала адвокат. — Тогда просто исполняй.

Почему-то больше её останавливать никто и не пытался. Люди, по-прежнему стоящие у входной двери, даже расступились, пропуская.

***

Проникать в цитадель ведьмаков с боем Кира даже пытаться не стала, хотя её так и подмывало разнести «крепость» по кирпичику. Пока Нардброка дожидалась, ведьма успела придумать с десяток заманчивых планов, в которых фигурировали огонь с небес, гигантские мечи, огромные големы и даже драконы. Проблема состояла в том, что талантов Рейсон не хватило бы и штаны охраннику подпалить, не то что «Кару небес» призвать. И это, наверное, к лучшему было.

А вот к тому, что господин Нардброк в собственной коляске разъезжает, адвокат оказалась не готова. Как-то не стыковались её представление о грозном главе ведьмачьего профсоюза и новенькое щеголеватое ландо. Поэтому Рейсон его едва не упустила, пришлось серьёзно здоровьем рисковать, под ярко-алые колёса бросаться. И чуть не огрести кнутом поперёк спины — Кира едва увернуться успела, толстая кожаная змея щёлкнула по мостовой, надорвав подол.

— Жить надоело?! — не вовремя разбуженным медведем взревел Нардброк.

— Пока нет, — призналась Рейсон, пытаясь отдышаться, а, заодно, проглотить бешено колотящееся в горле сердце. — Но мне очень нужно с вами переговорить.

— Чего ещё? — насупился ведьмак, явно адвоката узнавший. — Мне с вами лясы точить некогда, дома ждут.

— А придётся, — Кира, приглашения так и не дождавшись, сама полезла в коляску. Ведьм недовольно бровями пошевелил, скривился, сплюнул в сторону, но спихивать Рейсон не стал, даже чуть подвинулся на сиденье. — Говорить прямо тут будем или отъедем подальше?

— Не боишься, что я тебя в лесочек завезу и там тихонечко по дурной голове тюкну? — хмыкнул Нардброк, аккуратно хлыстом круп лошади пощекотав.

— Не боюсь, — заверила адвокат, старательно юбки оглаживая. И костеря себя последними словами. Мысленно, понятно. Но ведь могла, на самом деле, хоть ту же Миру предупредить! — Естественно, о том, куда я направилась, знают. И в случае если не вернусь в оговорённое время…

— Ясно-ясно, — ворчливо перебил ведьмак. — Говори, чего хотела и выматывайся!

— Я бы посоветовала вам после сегодняшнего…

— Да ты мне пасть-то не затыкай! — рявкнул Нардброк, всерьёз, кажется, намереваясь не дать адвокату ни одной фразы до конца договорить. — Думаешь, теперь у вас всё как по маслу пойдёт? Думаешь, что если мои сплоховали, то теперь и меня прищучить можно? Так не дождёшься! Вот вы где, поняла?

Ведьмак сунул под нос Рейсон изрядно волосатый кулак. Кира не спеша кулачище отодвинула, рассматривая свекольную физиономию главы. Кажется, кто-то из сидящих в коляске откровенно нервничал. Не сказать, будто это была не адвокат, но точно не она одна. Наверное, поэтому Нардброк с ней и вообще говорить согласился — не так уж он уверен был в своих силах, как показать старался.

— …и твой инквизиторишка сам виноват, — продолжал бушевать ведьм. — Сказано ему: не рыпайся, скажи, где Ревис и всем хорошо станет. А он что? Ладно, сдался тебе этот урод — понятно. Но зачем парню морду-то расквасил?

— Какому парню? — машинально переспросила Рейсон, думая совсем о другом.

— Моему! Моему парню! — почти заорал ведьмак. — Естественно, ребята озверели. Так бы помяли только маленько, а вышло, что вышло! Только всё едино не доказать ничего, ясно? Не было там никого из моих. Не было — и точка!

— А слова ведьмы уже ничего не значат? Там ещё и девушка присутствовала, — рассеянно напомнила Рейсон.

— Ты что думаешь, моё слово пустой звук или как? Слово против слова, только ведьмачье потяжелее будет.

— Ну, конечно, — улыбнулась адвокат.

Решение — совсем другое и гораздо лучшее сначала придуманного — пришло само собой, будто кто его на ухо шепнул. Нет, называть Нардброка дураком не стоило. Просто он жил по своему разумению, в мире, где силе можно противостоять только силой, а самый сильный становится самым правым. Наверное, для ведьмаков в таком мировоззрении был свой посконный смысл. Другой вопрос, как эти откровенные ребята в политику пролезли. Но, скорее всего, их представитель научился и язык за зубами держать, и вовремя рот своим помощникам затыкать. Хорошо, что он оказался не вездесущим.

— Конечно, ваши слова и много весят, и дорогого стоят, — скромненько ресницы опустив и снова подол на коленях разгладив, повторила Рейсон. — У нас есть хороший шанс в этом убедиться.

— Ты про что сейчас?

— Вы помните, о чём говорили при нашей последней встрече?

— Ну? — буркнул ведьмак, ничего такого явно не помнящий.

— Если мне память не изменяет, тогда вы угрожали Тейлору. Говорили, будто инквизиция вам не указ и при желании всех в бараний рог скрутите. Грандмастера тоже упоминали, — последнее Кира уж совсем для красного словца добавила.

— И чего?

— Есть такое устройство, проекционные амулеты называются, — мысленно поблагодарив за идею корыстолюбивую секретаршу, пояснила Кира. — Думаю, одним из них может заинтересоваться и инквизиция, и ваш патрон, и его противники. И даже полиция.