Синтез (СИ) - Ярне Борис - Страница 74

Часть IV. Глава 9

— Значит паспорт фальшивый, — уверенно произнес Акира.

— Да, но именем Аманда подписана картина, — задумчиво сказал Максим.

— Может, она специально подбирала такое же имя, чтобы не выдать себя случайно. Фамилия не совпадает, наверняка, — предположила Сара.

— А что Валдис узнал? — обратился к Саре Кальман, решивший вдруг принять участие в детективном развлечении.

— Проснулся, милый? Что он узнал? Он пошёл по адресу, который я ему написала, и спросил Аманду.

— Ну и?

— Ну и познакомился с Амандой.

— А как он объяснил, зачем она ему?

— Этого уж я не знаю. Он сообразительный. Придумал что-то. Я ему просто написала, что нужно проверить, не живет ли по этому адресу некая Аманда Хаксли, — внешность я ему описала со слов Максима, — и не жила ли она в Центре последний месяц. Под описание она не подходит, а в Центре, вообще, никогда не была.

— А ему как ты объяснила, зачем это всё нужно? — спросил Акира.

— Ой! — воскликнул Кальман. — У Сары уже давно не спрашивают, что и зачем нужно. Исполняют и всё. Ну что? Я же прав? — закончил он, виновато глядя на Сару.

— А ему можно верить? — спросил вдруг Максим.

— Да ну ты что, Максим? Мы с ним с детства знакомы. Или, ты думаешь… да ну тебя! — Сара рассмеялась. — Вон, у Риты спроси, она с ним знакома…

В субботу Сара написала Валдису письмо, в котором просила узнать об Аманде, а в среду от Валдиса пришёл ответ. Максиму уже рассказали, кто такой Валдис и что он делает в Ветреном. Возвращаясь вечером в отель с Ритой, Максим вдруг сказал:

— Знаешь, что? Мне кажется, всё закончилось.

— Не поняла, — отозвалась Рита.

— Эти письма, угрозы, слежки. Ничего не происходит. Зря мы этим занимаемся, видимо. Если что-то и было, то уже прошло. Может, нас с кем-то перепутали? А как поняли это, просто взяли и отстали. Канули. С концами. А мы? Неужели нас до сих пор ждут каждый вечер на Триумфальной площади?

— Это-то можно легко проверить. Завтра четный день, моя очередь, — улыбнувшись, произнесла Маргарита.

— Ну, уж нет. Я пойду.

— Ты уже один раз сходил, — заметила Рита.

— Давай забудем мою первую неделю в Городе… — Максим запнулся и тут же сменил тему: — Кстати, как у тебя с институтом?

— Не знаю ещё. Точно неизвестно, когда меня экзаменовать будут. Сейчас все из отпусков вернутся. Завтра пойду туда. Меня будут консультировать. А как у тебя с поисками работы?

— Как-то туго, — грустно сказал Максим. — Единственное, куда предложили пойти сразу, это на стройку разнорабочим. Опыт работы у меня туманный, никому ни о чём не говорящий… специальности толком нет никакой. Одним словом, я пустое место.

— Да ладно тебе. Всё у тебя получится.

— Пойду я, видно, на стройку. До конца недели поищу ещё. В пятницу встречусь с кем-то там, и… посмотрим, в общем.

Иногда, если была такая возможность, Ян Гашек и Симба обедали вместе, в их излюбленном кафе. Кафе находилось в десяти минутах ходьбы от места работы Симбы, и в двадцати минутах от конторы Гашека. Десять минут, подаренные Гашеком Симбе, обозначали, как он выражался, степень его уважения к возрасту последнего.

— Думаю, началась война, — пояснил Симба Яну причину трех убийств, произошедших за последнюю ночь в разных концах города. — Все трое мелкие перекупщики «дури». Явных мотивов нет. Но в свете последней информации, это связано с падением цен. Один из них должен был встречаться сегодня с продавцом. За последние дни от наших информаторов мы получили сведения о том, что, начиная с середины этой недели на рынок должно попасть около тонны героина.

— Сколько? — Гашек подавился сэндвичем. — И…

— Мы подняли все силы. Беда в том, что нам известно лишь о, — только не смейся, — пяти килограммах. Где остальное — одному Богу известно. Если они, вообще, есть, конечно. Сегодня четыре сделки, завтра четыре, в субботу три, в воскресенье, не помню уже. Потом…

— Работают без выходных? Ты думаешь, это кто-то один?

— Думаю, да, и кто-то совершенно незнакомый, иначе фирмы пресекли бы.

— Но, убийства…

— Это, без сомнения, сигнал к тому, что игрока не пускают. Убили тех, кого могли отсечь. Причем заметь, это исключительно перекупщики. Если уж они сами не могут выйти на продавцов, то, что делать нам?

— Нет-нет, нам «глухарей» не нужно. Разбирайся тут, кто кого обидел, кто «замочил»! — смеясь, возмущался Ян. — Так что, давайте, работайте. Что на сегодня?

— Сегодня, я, пожалуй, сам поучаствую…

— Ты что?

— Надо разобраться, что к чему. А что делать? К тому же, людей не хватает.

— Я тебя одного не пущу. Возьми офицера из «убойного» отдела в подмогу.

— Знаешь, Ян, бойцов-то у меня хватает… с грамотными операми проблема.

— Ты хочешь меня обидеть, старый ты крокодил!

— Ян, информация секретная. Будь ты хоть моей тенью, я не имею права тебе о ней говорить. Мне до пенсии осталось совсем ничего, не хочу под конец по шее получать. И это в лучшем случае. Так что, извини.

— Мне кажется, ещё совсем недавно тебя это не сильно волновало. Тем более, ты мне уже сказал, что сегодня что-то будет. Так что, деваться некуда. Думаешь, я не соображу, как выяснить всё остальное? Ты обо мне такого невысокого мнения? Мы же в одном окопе, только на разных фронтах. Да не узнает никто! Обещаю!

— Да зачем тебе?

— Интересно! Ты же понимаешь…

— Ох, всё я понимаю… Женись ты уже, в конце концов!

— Колись, пенсионер!

Симба понял, что от Гашека ему не отделаться.

— Хорошо. Только, имей в виду, если меня лишат пенсии, то тебе придется содержать меня до самой смерти.

— Договорились! Остаётся надеяться на то, что она не за горами.

— Что у тебя за язык?..

— Прости! — Ян рассмеялся. — Я хотел сказать, что это для меня будет честью ухаживать за почётным гражданином. Рассказывай!

— Пойдем, пройдемся.

Они вышли из кафе.

— От информаторов мы знаем, что сегодня вечером, с восьми до двенадцати, должны произойти четыре сделки. В разных концах города. Думаю, четыре, это только, те, что нам известны. Сколько их на самом деле?..

— Извини, я тебя перебью. А что в этом такого? Вы на каждую сделку так реагируете? Сам же сказал, мелочь.

— Понимаешь, цена, по которой сливают товар, сказочно низкая. Помнишь, я тебе рассказывал о совещании у начальника отдела? Там, где речь шла о массовых распродажах. Вот отсюда и такой подход серьёзный. Серьёзнее обычного. Из-за чего, ты думаешь, начали мочить скупщиков? На продавцов выйти не могут. Мы не можем. Откуда ноги растут — неизвестно. Ничего неизвестно.

— Так, а откуда информаторы «инфу» берут?

— Я тоже задумывался над этим. Да, берут-то, понятно, откуда — отовсюду… Подозрительно, что она есть, и в таких количествах. Будто кто-то намеренно пытается вести нас по следу, но так и не дает ухватить за конец. Итак, для себя я выбрал наибольшую сделку. Сто грамм героина. Ну, и к тому же, она ближе отсюда.

— Где это?

— Клуб «Бомба». Слышал?

— Конечно, слышал. Рок-клуб. Там и без твоих ста грамм наркоты достаточно. А ты в сам клуб решил заглянуть? Прикинешься старым рокером?

— Я снаружи подожду.

— Да? И как ты думаешь всё выяснить? Вообще, что-нибудь, кроме того, что там что-то будет, известно? Известно, кто покупатель?

— Известно.

— И кто это?

— Завсегдатай клуба. Всё, что о нём успели выяснить. Нигде не работает, ничем не занимается. Никогда раньше не попадался.

— И сам на игле?

— Возможно.

— Несерьёзно как-то это всё.

— Это-то и настораживает. Хотя, какая разница, кому продавать? Сами-то они не попадаются. А…

— Внимание привлекают. Ты это хочешь сказать?

— И…

— Думаешь, отчего-то отвлекают? Я помню твое совещание.

— И…

— Ты не знаешь, за что браться.