Синтез (СИ) - Ярне Борис - Страница 191

Именно последний вариант оказался в приоритете. Шум в голове, внесенный цыганкой ещё не утих, бокал виски его стимулировал, решение отправиться с Купером на север подстёгивало к необходимости совершения каких-либо, пусть даже неосознанных и бессмысленных, но действий.

Децибелы врезались во все части тела и все частицы рассудка, мгновенно опьянив Максима. Пестрая толпа, огромный зал. Слащавый запах удовольствия и вожделения витал повсюду. Элегантные бармены и изобилие напитков делали любой алкоголь изумительным на вкус и необходимым для поддержания соответствующего тонуса, откровенные наряды и освещение оборачивали любую женщину в сексуальную богиню и вызывали неумолимое желание обладать ею, ощущение прилива мощной энергии и силы превращали каждого мужчину либо в соперника, которого легко сокрушить, либо в собутыльника, с которым необходимо выпить на брудершафт.

Всё перечисленное Максиму пришлось отведать сполна в течении каких-то двух часов. Первым был мужчина, который возжелал Максима, что тот заметил не сразу. Выпив по паре коктейлей, что его несколько удивило, но подозрительным не показалось, хотя, он не помнил, чтобы мужчина предлагал выпить не водки или пива, а коктейль, они сели спиной к барной стойке. А вот когда его новый приятель нежно положил свою руку Максиму на плечо, прижавшись и наклонив голову, его моментально передернуло, и он в панике бросился на другой конец зала. На том конце он вкусил стакан рома и угостил коктейлем прекрасную незнакомку, чьего имени он не успел расслышать, поскольку та увела его в толпу, где через минуту неопределенных телодвижений, отдалённо напоминающих танец, они впились друг другу в губы, переплетя свои тела в скромном экстазе и расстались по окончании музыкального номера, не жалея о том, что больше не увидятся. Часы стучали пульсирующей в виске кровью. Нарезая круги по залу, проходя вдоль барных стоек, пробираясь через танцующую толпу, Максим ощущал себя одновременно и героем-любовником, этаким повесой Бельмондо образца шестидесятых-семидесятых годов, и безликой кучкой пыли, дополняющей большую кучу, скопившихся в клубе тел. Чернокожая красавица, вторая богиня, которая неожиданно выросла перед Максимом, когда тот дергал коленями и мотал головой, не отрывая ног от пола, чуть не довела его до потери сознания, когда он ощутил острую нехватку воздуха, проведя в засосе более пяти минут. В какой-то момент Максим вспомнил о своих приключениях с Джессикой, и обо всех своих похождениях, перенесенных им в состоянии глубокого алкогольного парирования. Ему стало противно.

«Но, мне нужен адреналин, — успокаивал он себя, — я рыцарь, сам похитивший свою даму. И не просто даму, а принцессу. А сейчас я кучка пыли. Я пыль. Бред, бред, бред…»

Решив, что бог любит троицу, Максим вырвал взглядом из толпы изящную блондинку и, не раздумывая, направился к ней, приплясывая под натиском децибел подобно раненому орангутангу. Судя по всему, блондинка была готова предаться с Максимом страсти в любой из её проявлений, что он понял по её ответной улыбке, томному взгляду и резвому язычку, описавшему круг по её пухлым губкам. К их обоюдному сожалению, не один Максим вырвал блондинку своим вожделенным взглядом. Не успел раненый орангутанг подковылять к своей добыче, как его шея ощутила беспрецедентное давление, заставившее его замереть на месте. Обернувшись, орангутанг столкнулся с суровым взглядом огромной гориллы.

— Эта телка будет моей, — прохрипела горилла на ухо орангутангу.

— Да я только «за», — пропищал орангутанг и, обернувшись к блондинке, виновато улыбнулся.

Горилла ослабила хватку, и орангутанг снова оказался на свободе.

— Кинг-Конг жив! — кинул Максим вслед своему сопернику и направился на улицу подышать свежим воздухом.

— Бред, бред, бред, — прошептал под нос Максим, оторвав взгляд от наручных часов и прикуривая сигарету. Он огляделся по сторонам. — Пошло оно все к чёрту! Вот я урод… Как отсюда выбраться? Как я сюда попал? «Фестивальная». Время второй час ночи. «Метро закрыто, в такси не со́дют».

Максим огляделся по сторонам. Улица была забита припаркованными автомобилями. К клубам подкатывали такси и к ним тут же кто-то подбегал.

— Будем ловить, — прошептал Максим.

Не успел он выйти на дорогу, как прямо перед ним остановился серый автомобиль, «Хендай» седан.

— Куда едем? — раздалось из-за опускающегося стекла, соседнего с водителем места. Максим никогда не доверял таксистам, они же, в данном случае, «бомбилы», разъезжающим вдвоем. Хотя, судя по всему, они также не доверяли потенциальным пассажирам, раз старались всячески подстраховаться.

— В Центр, — выкинув из головы подобные опасения, ответил Максим, — отель «Рапсодия».

— Круто, — послышалась реакция, — сколько дашь?

— Договоримся, — уверенно произнес Максим, открывая заднюю дверь.

— Треха, — объявил водитель из глубины салона.

— Пойдет, — согласился Максим, в тоже время осознавая, что такси он брал здесь впервые, и что три рубля за расстояние, равное десяти станциям метро это немало.

Приятель водителя весело присвистнул, и Максим убедился в том, что это действительно немало.

— Ну, поехали, что ли.

— Господин капитан, — слушал Гашек, держа у уха телефонную трубку и глядя на настенные часы, моргающие цифрами «23.10», — тело мужчины пролежало за мусорными контейнерами не менее четырех дней. Причина смерти не установлена, но судя по тому, как выглядит этот мужчина, а выглядит, точнее, выглядел он, как бомж, можно предположить, что умер он по своей воле. Тем не менее, я направил тело на экспертизу. Господин капитан, Заир опять требует с меня пиво за то, что он будет копаться ночью в двойной вонючке. Я-то тут при чём? Пусть тот, кому он мешал и проставляется, он меня постоянно терроризирует.

— А кто его нашёл? — зевая, спросил Ян.

— Соседи по подворотне, такие же бомжи.

— Тебе жалко бутылки пива?

— Господин капитан…

— Ладно, что дальше?

— Женщина восьмидесяти восьми лет…

— Сколько? — предвосхищая продолжение, спросил Ян.

— Неделя. Лечащий врач забеспокоился. Родственников нет. Врачи говорят, что умерла она от сотрясения мозга. То есть, не своей смертью. Господин капитан, но это же бред какой-то. Ей стало плохо, она упала и умерла. При чём тут…

— Тебя жалко двух бутылок?

— Господин капитан.

— Это всё? — Гашек жаждал вернуться к мемуарам Термита — он почти закончил их изучение.

— Ещё анонимный звонок. Предупредили о готовящемся убийстве.

— Вот как? И когда оно должно произойти?

— Сегодня. Сказали, что убийца ездит на такой-то машине с такими-то номерами. И назвали имя жертвы. Опять бред какой-то. У меня невезучее дежурство. Мне проверить машину и жертву?

— Проверь. — Гашек, привыкший к подобным анонимным звонкам, снова зевнул. — Сам знаешь, вдруг действительно кого-нибудь грохнут, а мы тут бомжей со старушками изучали. Когда звонили?

— Да минут десять назад. Четко всё сказали, как по бумажке и бросили трубку. Даже нет, сначала спросили, записал ли я всё, а потом бросили.

— Кто-то над кем-то похохочет. Теперь всё?

— Пока всё. А когда мы найдем машину и жертву, что нам делать?

— Убийц задержите до выяснения. Жертву… Не знаю, потребуй с неё ящик пива и расплатись с Заиром.

— Жертву найти легко, аноним сказал, где она живет. Я могу ехать за пивом?

— Свяжись сначала с жертвой и направь туда ближайший патруль. За пивом он едет. Ещё скажи, это жертва на острове Ронго, там как раз бархатный сезон открывается.

— Нет, гораздо ближе, в «Рапсодии». Это гостиница, в центре, на набережной, на скале. Та, в которой…

— Да я знаю, — перебил его Гашек, и, задумавшись, с тревогой спросил: — А имя жертвы?

— Максим Волков.

«Глаза открыты, так что, куда меня привезли, не секрет, — механически думал Максим, — ехали совсем недолго, либо совпадение, либо не имеет значения. Если меня хотят ограбить, то к чему такие сложности? Хотят выкуп? Что за бред! А ведь не очень приятно. И, судя по всему, я в шоке, раз мне ещё не страшно, и я хладнокровно рассуждаю».