Синтез (СИ) - Ярне Борис - Страница 131

— Спасибо за информацию. Вы думаете, я бы не смог это сам выяснить? Про совокупность событий. — Глен выдержал паузу. — Вы настаиваете на причастности этого Карла к похищению девушки?

— Нет, не настаиваю. Но я уверен, что он должен что-то знать, — спокойно проговорил Ян, — не может быть, чтобы всё произошло просто так. А ту информацию, что вы хотите услышать от меня, вы намерены использовать на благо общего дела министерства, разумеется, не вскрывая источник, или же как-то, по-другому?

— Вам это зачем? — спокойно спросил Хайден.

— Не хочу, чтобы мы навредили друг другу.

— Вы считаете, что мы с вами владеем чем-то смертельно опасным?

— Возможно, мы этим завладеем. Но, говоря об опасности, думаю, стоит иметь в виду не только нас с вами.

Глену показалось, что Гашек готовится рассказать что-то значительное.

— Продолжайте, — сказал он.

— За Волковым вела наблюдение некая Аманда Хаксли, по паспорту жительница Ветреного. У меня есть все основания полагать, что Карл об этом ничего не знает. Тем не менее, он вёл дела через фирму, зарегистрированную в этом самом Ветреном. Согласитесь, это не похоже на совпадение.

Хайден задумался. «Господин Д? Кто вы? Что вы делаете? Как связать все ваши ниточки? Коста всего мне не сказал, разумеется. Дракон, Лебедь, Орден, кровь, оракул, похищение, наркотики, выборы, Князь, Змей, Санчес, Карл, Волков, Аманда, Ветреный. Оперативная работа!» — Глен тут же очнулся.

— Кто вел дело в «наркоотделе»? — спросил он вдруг.

— А зачем вам? Спросите меня, я в курсе всего.

— Вам что-нибудь известно о Леонардо Манчини по кличке Змей?

— Хотите найти исчезнувший со склада героин?

— Что вас всё же волнует больше, героин или девушка? — спросил Хайден.

— Меня волнует справедливость и мир во всем мире, — отчеканил Ян, — а также всё, что может помочь связать все ниточки.

Глен вздрогнул.

— Мой вам совет, — сказал он, — никому ни слова о Змее. Это совет и просьба. Договорились, капитан?

— Добро, — немного помедлив, согласился Гашек.

Весь следующий, после встречи с Максимом, день Манчини не находил себе места. Он так и не смог заснуть после возвращения из «Хрустальной совы». Он пил кофе и курил, сидя у себя в кабинете и рисуя разные схемы на листах ежедневника.

«Тут дело не в наркотиках, либо…» — слова Максима засели у него в голове. Он никак не мог понять почему, но ясно чувствовал, что не просто так.

«Наркотики тут не причем. Их дела значительнее! Лебеди, МГБ… Чёрти что, мать вашу! Нужно вернуть порошок его хозяину. Я согласен. Я уже готов вернуть. Но как деловой человек, я верну не все, оставлю процент. Огромный, больше чем то, что верну, но таков закон рынка, и ситуация соответствующая. Или, или, или… Но, что-то тут не так! Итак, Князь, Вялый и Князь, Вялый и, хрен его знает, кто, Дракон. Князь и я. Князь не хочет… Князь не хотел потому, что ему не нужно, не нужны… Чёрт! Он боялся? Возможно. Но он не боялся, когда переводил стрелки. Меня он не боялся. Тогда кого? Дракона? Он решил провернуть с ним сделку и провернул, передав её посредникам. Он не сказал об этом Дракону. Значит, тем более, он его не боится. Почему, почему он это сделал. И почему я раньше об этом не думал? Почему? Да потому, что был уверен, что никто не узнает. Глупо? Разумеется. Полиция вычислит, спецслужбы вычислят. Вычислят, но ничего не докажут. Людей Дракона выпустили. Почему? Они были в сговоре со спецслужбами? Стоп! Стоп, стоп, стоп. «Тут дело не в наркотиках». Дракону деньги от героина, даже такого объема… Это деньги не Дракона? Так, с самого начала. Нет, с конца. Остался Термит. Нет, с середины. Кто завалил Князя? Допустим, Чен. Завалили ещё кого-то, но не всех. Термит. Чем у нас занимался Термит? Всем, чем угодно, кроме наркотиков. Чен разбирал, кто чем занимался? Он бы валил всех. А он грохнул только Князя?»

— Ремон! — кричал Лео в трубку телефона, — срочно договорись с Ченом о встрече. Нет, я один поеду. Срочно!

— Что-то не так, друг мой, ты хочешь изменить условия прошедшей сделки? — размеренным тоном спрашивал Чен, сидя за чашкой чая на балконе ресторана.

— Только один вопрос, Чен. Прошу, ответь мне только на один вопрос. Князя ты слил? — Манчини устремил на Чена пылающий взгляд.

— Тише, тише, Змей. Что ты так разбушевался. Дела не так давно минувших дней. Я и забыл уже. Зачем спрашиваешь? Почему именно сейчас?

— Нужно, Чен, очень нужно. В городе все знают, что это ты, скажи это так? — Манчини терял терпение.

— Он повел себя, ой как непорядочно. Так нельзя. Ты согласен со мной? — улыбаясь, ответил Чен.

— Спасибо, — Леонардо выдохнул, не спуская с Чена глаз.

— Ты только за этим приехал? Мог бы прислать открытку.

— А остальных? Все в городе уверены, что это дело тех же рук.

— Дорогой Змей, я польщен, что всё сошлось на мне, что я стал «карающим мечем справедливости». Крайне польщен. А разве не ты?

— Спасибо, Чен. Ещё раз спасибо.

Леонардо встал, пожал Чену руку и направился прочь из ресторана.

«Часть людей Князя убрали, чтобы все были уверены в том, что это гнев Чена. В этом никто бы не усомнился ни на секунду. Чёрт знает, кого там слили, но, похоже, только тех, кто тасовал наркоту. Термит конвертировал криминал в легальный бизнес, превращая героин в нефть. Помнится, он умудрился так выгрызть одну компанию, что она сама отдалась ему целиком. Он цел и невредим. Он кому-то нужен. Чену он нужен, нет сомнений — не зря они встречались. Но нужен ли Чен ему? Так, так, так. Не то, пока не то. Итак, Князь, Дракон, Вялый. Я, Князь. Я поехал к Князю после того, как… Стоп! У Князя был Санчес, Диего Санчес. А Термит очищал деньги, а Князь что-то бормотал про власть… Вот оно! Вот оно! Твою мать, ты гений, Леонардо! Ты просто-напросто, всего лишь, гений! Дай я тебя обниму и поцелую. Ах, Лео, Лео. И почему ты не стал архитектором?»

— Давай домой! — крикнул Манчини водителю.

По дороге, все же, Манчини, заехал ещё в несколько мест, встретился с Ремоном и домой добрался уже в девятом часу вечера. При подъезде к дому он обнаружил незнакомый автомобиль, стоящий на противоположной стороне дороги, прямо напротив въезда в гараж. У незнакомого автомобиля стоял незнакомый человек.

Как только Леонардо вышел из машины, незнакомец тут же направился к нему и, подойдя, очень вежливо обратился:

— Добрый вечер, Леонардо. Прошу вас, садитесь к нам в машину. Нам необходимо отъехать. Заранее спасибо.

Манчини поднял голову и тихо посмеялся.

— Е-мое, куда же я без вас?

Леонардо и Глен Хайден прогуливались по аллее удаленного от центра города парка.

— Не возражаете, я не буду представляться? — мягко спросил Глен.

— Вам разве возразишь? — ухмыльнулся Манчини.

— Надолго я вас не задержу. Я изложу некоторые требования к вашей текущей деятельности, а вы подтвердите свое согласие. Не более. — Глен очень волновался, речь он готовил заранее. В настоящий момент он очень отчетливо понимал, насколько его карьера зависит от результата этой встречи. А кроме карьеры и его будущего, будущего его семьи, его сейчас ничего не интересовало. Именно поэтому, он, будучи до крайней степени напряженным, приложил все усилия, чтобы его собеседник ни на секунду не усомнился в его уверенности и власти, власти не только, как представителя официальной власти, но и как неоспоримого хозяина положения, пришедшего на встречу только с одной целью: продиктовать свои условия и проконтролировать их дальнейшее исполнение.

— Я так полагаю, у меня нет права выбора? — поинтересовался Манчини.

— Вы правы, — ответил Хайден, — у вас нет такого права. Итак, речь пойдет о незаконном бизнесе. О прибыли с этого бизнеса, и о капитале, который складывается из этой прибыли, а также о надежном помещении этого капитала.

— Ваша организация предлагает банковские услуги? — спросил Леонардо.