Синтез (СИ) - Ярне Борис - Страница 118

— Наблюдать? — удивился Максим.

— Не то чтобы наблюдать, мы знаем, что они в коридоре. Я лично этим не занимаюсь, и статистику не веду. Но это факт. Как бы ты получил свою, практически, безлимитную дебетовую карточку, если бы никто не знал, что ты гость? Каждый придет в банк и потребует денег, мотивируя это тем, что он гость? Всё систематизировано. Благо вас не так много, единицы в год. Так вот, нахождение гостей в коридоре свидетельствуется импульсами различной мощности, характеризующими непосредственно самого гостя, а точнее его потенциал.

— Не очень понимаю, — признался Максим.

— Каждый человек обладает определенными качествами, характером, волей, умом и прочим. В любом коллективе есть кто-то, кто привлекает внимание по тем или иным причинам. Это может быть всё, что угодно, но именно он один тебе становится интересен в первую очередь. Представь себе ограниченный коллектив без возможности сравнения его с каким-либо ещё коллективом. Представь личность, о которой я говорю. Теперь убери её. Останется коллектив и в нем снова появится кто-то, кто привлекает внимание больше остальных. И так далее. Но, есть одно «но». Привлекать внимание можно разными способами. Это не обязательно самый красивый, не обязательно самый сильный, не обязательно самый заводной и обладающий лидерскими качествами, не обязательно самый умный и образованный. Одним словом, это не тот, кто бросается в глаза с первого взгляда, если ты конечно не гениальный психолог и социолог. Это тот, кто по совокупности качеств способен противопоставить себя всему коллективу.

— Босс, — попробовал угадать Максим.

— Нет, ты не понял, — разочаровано проговорил старик. — Это кто-то особенный, чью особенность нельзя объяснить, её можно только увидеть, почувствовать…

— И оценить силой импульса в коридоре. Будем считать, что я понял. — Максим действительно что-то понял, во всяком случае, для себя.

— Хорошо, будем так считать, — согласился старик. — Так вот, тот импульс, который был зафиксирован в момент вашего, как потом стало понятно, пребывания в коридоре, был такой силы, что об этом сразу же доложили нам. Вот вы и попали в «Рапсодию».

— Здорово. «Такой силы», в смысле, сильный? Сильнее обычного?

— Сильнее. Я бы даже сказал несравнимо сильнее.

— Несравнимо с чем?

— На моей памяти такого не было.

— И что это всё означает? А кто это всё наблюдает? В коридоре?

— Вопрос без ответа.

— Так, импульс сильный. Мы в гостинице. Почему мы привлекли ваше внимание? И, теперь, я думаю, самое время узнать о том, кто вы. Ваше внимание — это чьё?

— Королевского совета Ордена, хранящего кубок, — запросто ответил старик. — Я член совета, состоящего из одиннадцати человек. Моё имя Грон.

— Обалдеть! — не сдержался Максим. — Тот самый совет, тот самый Орден и тот самый кубок.

— Ты что-то об этом знаешь? — удивился старик, которого звали Грон.

— Мой друг пишет о вас целую диссертацию и собирается напечатать её в прессе. Но я не прочь послушать заново, возможно, кратко, поскольку буквально на днях он мне всё изложил. А есть у Ордена название?

— Орден Лебедя, — сообщил Грон. — Можно просто, Орден.

— Вот этот нюанс мы упустили. Я о названии.

— Ничего страшного, — заметил Грон. — Раз уж ты всё знаешь, это упрощает задачу. В нашем городе уже давно упразднена монархия. Перед тем как была упразднена эта монархия, была уничтожена предшествующая, настоящая монархия…

— Да, — подтвердил Максим, — основанная на реальной силе, а не на политике. Я всё правильно понимаю?

— Правильно, — улыбнулся Грон, — хоть и с оттенком скептицизма. Я полагаю, историю создания кубка ты также знаешь?

— Да, у меня дотошный друг. Король определяется по тому, изменит ли кубок свой цвет после того, как он к нему прикоснется.

— Правильно. Только, не король, а человек королевской крови…

— Определяемой не по наследственному принципу, а именно по наличию этой самой крови, определяемой силой. Не об этой ли силе, обнаруженной в коридоре, вы говорили?

— Отчасти, да, — согласился старик.

— То есть, вы решили, что в наших жилах течет королевская кровь?

— В жилах одного из вас, — подтвердил Грон.

— Это же чушь, — не выдержал Максим. — А как вы определили, что это именно та сила, и что в жилах одного из нас, а не у обоих? Или это вообще всё не о том?

— Пока это никто не определил, — ответил Грон. — Всё просто. Сила, «Рапсодия» — стечение обстоятельств и наблюдение за вами.

— Вы тоже следили?

— Полагаю, кроме нашего, вам пришлось испытать на себе пристальное внимание еще кого-то. — Грон улыбнулся.

— А это как? — не сильно удивился Максим, — хотя я могу предположить…

— Да, совершенно верно, доступ к получению информации о состоянии дел в коридоре имеем не только мы. Не повторяй вопрос, который будет оставлен без ответа.

— А каким образом вы можете поделить королевскую кровь? — спросил Максим.

— Что ты имеешь в виду?

— Насколько я могу судить, королевская кровь не разделяется на кровь Лебедя и Дракона. Или я не прав?

— Что касается воздействия крови, а точнее силы, то ты прав. Грубо говоря, кубок подтвердит нужную кровь в любом случае. Что касается принадлежности к той или иной династии, — назовём это так, — то это уже вопрос отдельный. Мы, как ты понимаешь, представляем Лебедя. Мы — это и совет, и весь Орден. По очень простой причине. В свое время, как ты помнишь, если помнишь эти страницы истории, династия Дракона сменилась династией Лебедя. — Старик остановился, хитро глядя на Максима.

— И, — не понял Максим.

— И, кроме нас никого нет. Как ты думаешь, почему Орден один, совет один, кубок один и находится у нас? Именно потому, что существуем только мы. Только мы можем определить королевскую кровь, которая может быть кровью династии Лебедя и только. Другой династии не существует. Так исторически сложилось. Была кровь, был кубок, было время — был Дракон, время его вышло, пришел Лебедь, было время — был Лебедь, его время вышло. Время вышло, но кубок остался и остался закон.

— Стоп. Вы меня запутали. Так как же всё-таки быть с Драконом, о котором так много говорят?

— Миф. Сказка. О Лебеде тоже говорят. Я представитель его. Но, он миф, такая же сказка, только способная воплотиться в реальность посредством появления человека с королевской кровью.

— То есть, всё же не миф? — Максим окончательно запутался.

— Мы не можем ни в ком увидеть Дракона, хотя бы потому, что не знаем, как это выглядит. А кроме нас этого сделать никто не может.

— Но Лебедя вы увидеть можете? — не унимался Максим.

— Лебедя можем. Потому, что мы его Орден! — торжественно объявил Грон.

— Давайте по порядку. Есть вы, Орден. Допустим, вы представляете собой только лишь хранителей кубка, хранителей тайны, держателей соответствующего закона, подтвердить который можете только вы, аристократического наследия, и так далее.

— Так оно и есть. — Грон рассмеялся.

— То есть, вы — Орден безотносительный. Хоть и называетесь Орденом Лебедя. Для вас не имеет значения все эти «лебеди», «драконы», вы можете подтвердить права любого стороннего человека на королевскую кровь, что в свою очередь можно использовать в определенных политических целях, о которых, я надеюсь, мы ещё поговорим.

— В целом, ты прав.

— Но тогда, почему вы утверждаете, что ваше доказательство крови относится только к крови Лебедя? Я этого понять не могу…

— Давай ещё раз. При династии Дракона состоял Орден Дракона, точно такой же, как наш, такой же совет, хранящий кубок. В случае прикосновения к кубку человека, абсолютно любого, но обладающего требуемыми качествами, его ставили королем, королем-Драконом, и только потому, что правила Городом партия Дракона. Всё! Победили их партию приверженцы Лебедя, все, кто посредством прикосновения к кубку становился королем, автоматически становился королем-Лебедем. Точно также, тот, кто прикоснется к кубку сейчас и докажет свое королевское начало станет королем-Лебедем по той простой причине, что мы партия Лебедя, а больше никакой другой не существует.