Любовь не с первого взгляда (СИ) - Берестова Мария - Страница 46

У королевы явно была привычка решать свои проблемы самыми нетривиальными способами, которые человеку другого склада ума и в голову-то не пришли бы.

Двенадцатая глава

— Кати, — непривычно нерешительным тоном заговорила королева, отрываясь от вышивания.

— Да, ваше величество? — услужливо откликнулась камеристка, которая занималась тем же рукоделием.

В совершенно нетипичной для себя манере Кая промолчала, словно передумала озвучивать мысль, которая пришла ей в голову.

Молчание затянулось на пять минут, после чего Кая всё-таки проговорила:

— Кати, а вы умеете соблазнять?

— Я? — от удивления та рассмеялась. — Помилуйте, ваше величество! Я девушка, — покраснела она, после чего с лукавой смешинкой добавила: — Хотя кое-какие приёмчики мне известны!

— Какие? — тут же разгорелись интересом глаза королевы.

Кати помялась, после чего спросила:

— Простите за дерзость, ваше величество, но можно кое-что уточнить? — получив разрешающий жест рукой, она продолжила: — Вас ведь это интересует из-за отношений с его величеством? — Кая неопределённо повела плечом и кивнула. — О, великолепно! — просияла камеристка. — Я полагаю, в этом деле вам пригодился бы совет более опытной дамы, чем я, и у меня есть одна на примете!

— В самом деле? — с сомнением приподняла бровь Кая, которая была вовсе не уверена, что хочет посвящать в детали своего интереса третьих лиц.

Кати решительно отбросила своё вышивание, устроилась у ног королевы и самым боевым и воодушевлённым видом закивала:

— Точно-точно, я вам отвечаю! Уж она-то знает толк!

— Кто — она? — с любопытством уточнила Кая.

— Наша кухарка, — шёпотом поведала тайну Кати. — Вы бы знали, ваше величество, сколько сердец она разбила! — камеристка восторженно покачала головой и вдруг живо переспросила: — Вы разве не слышали историю с господином Пронте?

На этом месте королева изумилась неподдельно:

— Как?! Наш церемониймейстер пал перед её чарами?!

Суровый и непреклонный характер церемониймейстера, которого иные даже считали тайным монахом, был широко известен при дворе!

— Полная капитуляция, — провела Кати ребром ладони по своему горлу с таким торжеством в голосе, будто бы это любовное завоевание было её личной победой.

Королева впечатлилась.

Королева в волнение вскочила.

— Я должна с нею поговорить! — от нетерпения даже запрыгала она.

Дело в том, что Канлар, верный своей основательной манере, вёл кампанию по соблазнению королевы настолько неторопливо и вдумчиво, что королева пришла к выводам, что ей стоит брать это дело в свои руки и форсировать процесс.

Возможно, ещё неделю назад Кая попросту сказала бы об этом прямо, но все эти пламенные характеристики, коими наградил её муж, побудили её соответствовать. Значит, действовать нужно было тонко и элегантно! И вариант «просто поговорить о том, что пора бы и начать выполнять супружеский долг», королева сразу отбросила. Нет уж, она хочет быть прелестной соблазнительницей, и никак не меньше!

Вот только где узнать, как именно эти обольстительные соблазнительницы себя ведут?

Кухарка, которая сумела завоевать неприступного церемониймейстера, — однозначно эксперт!

— Вот только как же мне это сделать! — начала бодро расхаживать королева по своей спальне, кусая кулак.

Это был тот случай, когда она не хотела, чтобы о её неофициальных визитах ходили сплетни.

— Нет ничего проще, ваше величество, — с улыбкой откликнулась Кати и, поймав заинтересованный взгляд своей госпожи, расшифровала с победными интонациями в голосе: — Мы просто пойдём в баню…

— А попадём на кухню! — уловила её мысль та.

Баня и кухня находились в одном здании. Личная гвардия останется за дверями… отлично!

Не откладывая, тем же вечером Кая привела свой план в исполнение: вместо бани они с Кати тихонько вломились в комнату, где кухарка отдыхала между приготовлением обеда и ужина.

- Ваше!.. — попыталась воскликнуть изумлённая женщина, но Кая приложила палец к губам и тихо сказала:

— Тсс, я тут инкогнито!

Кухарка сделала скромный реверанс, всем своим видом выражая готовность повиноваться.

— Мадам Амалинн, — с озорной улыбкой начала беседу Кати, — у её величества есть к вам несколько деликатных вопросов…

«Несколько деликатных вопросов» заняли два часа.

Почему бы и нет, имеет же королева право хоть иногда расслабиться и отдохнуть в бане?

Вот с ужином получилась беда, которая чуть не разрушила всю конспирацию: кухарка-то заболталась и совершенно забыла про свои прямые обязанности. К счастью, кухонный штат прислуги был достаточно велик и организован, чтобы справиться без неё.

Счастливая королева удалилась к себе с ворохом самых ценных сведений, знание о которых сделает брак любой женщины гораздо более счастливым.

А возвращающийся из министерства Канлар ещё даже не догадывался о том, какой мотивационный эффект возымели его сказанные однажды у камина слова.

Глава тринадцатая

Выпускные заняли у супругов пять дней — по традиции, королева не только присутствовала на парадном вручении аттестатов, но и своими руками передавала особо отличившимся воспитанникам дары и почётную королевскую рекомендацию — высшую награду, какую мог получить прилежный ученик. В этот раз было справедливо решено поделить эту обязанность, поэтому Кая вручала награды и рекомендации в женских учреждениях, а Канлар — в мужских.

За собственно выпускными, с отставанием на несколько дней, должно было последовать два бала. Сперва во дворце давался торжественный бал для выпускников дворянского рода, на другой день — муниципалитет проводил бал для выпускников недворянских фамилий. Для девушек и юношей это была последняя возможность расторгнуть помолвку и выбрать иного спутника жизни. В Райанци расторжение помолвки не было чем-то дурным или позорным, как раз напротив, договорённости заключались в возрасте пятнадцати лет, чтобы молодые пары успевали лучше узнать друг друга и понять, хотят ли они связать друг с другом жизни. Чаще всего помолвки расторгались к обоюдной радости обеих сторон, но бывали, конечно, и крайне неприятные случаи, которые приводили к затяжным семейным ссорам.

Но пока до балов оставалось ещё несколько дней, и правящие супруги были в высшей степени заняты. Кае нужно было непрестанно заниматься воспоследовавшими кадровыми перестановками: те или иные фрейлины выходили замуж, на их место нужно было набрать новых девушек, тех или иных юношей нужно было отобрать в гвардию, там и сям — в гильдиях, в правительстве, в муниципалитете, в государственных организациях, — проходили непрестанные шевеления. Кто-то подавал в отставку, кто-то просил о переводе, кого-то требовалось повысить, иных сослать, третьим определить место службы… В эти ежегодные беспокойные дни в здании Сената собирался Большой совет, в который выходили государственные чиновники разных рангов. Вопросы перестановок порой требовали привлечения самых разных структур. Например, в этот раз, в виду большого количества выпускников военных академий, было решено создать новую гвардейскую роту, куда перевести отличившихся служащих из рот поскромнее, из новичков доукомплектовать те роты, а также создать ещё одну новую. Генерал, который сегодня заседал при участии высшего командования и командиров рот, не мог решить эти вопросы внутри своего ведомства — требовалось подключить муниципалитет, чтобы расквартировать войска, требовалось договорить с городской больницей об отправке медицинского служащего для нужд новой роты, требовалось обговорить условия довольствия с торговыми гильдиями, требовалось пошить форму, составить списки, распределить отряды в соответствии с характеристиками и прочая, прочая, прочая — и это ведь только один из вопросов!

Канлар тоже не сидел без дела, разрываясь между Большим советом и своим министерством, иногда таская чуть ли ни весь кружок иммигрантов на совет, иногда отправляя туда вместо себя Се-Ньяра.