Генерал — адмирал Небогатов (СИ) - Осадчий Алексей - Страница 34

Взвод охраны неусыпно бдил, наблюдая за отогнанным в «царский тупик» составом. Служба такая чтоб ни одна революционная падла бомбу не заложила под вагон. Поэтому, зная что посторонние и на сто шагов не подойдут, адмиралы говорили без опаски.

Как мой бенефис, убедительно или таки закрадывались сомнения?

Вам в театре выступать, Николай Иванович. А то и, простите, в цирке. С Григоровичем сцепились намеренно, чтоб о Средиземноморской эскадре и речи не заходило?

Точно так, Владимир Иванович, точно так. Угадали.

Не угадал, а знал. Прочие же участники совещания, за исключением генерал — адмирала, разумеется, свято уверились, что вы спите и видите дредноуты отобрать у балтийцев. Наверняка это сегодня новость под номером один во флотских компаниях.

И прекрасно, и замечательно. А с Григоровичем уж как — нибудь да договоримся. Верно, ваше превосходительство?

Так точно ваше высокопревосходительство!

А давайте — ка по пять капель коньяка на сон грядущий, Владимир Иванович. Более ни — ни, всё — таки завтра государь почтит Совещание своим присутствием. А немножко в самый раз. Для нервов…

От нервов.

А, да какая разница…

Глава 12

Азарт, с каковым черноморцы взялись за подготовку к овладению Проливами и Константинополем, обнадёживал. Турки уже устали бояться в самом деле, три года как Османская империя живёт в каждодневном ожидании русской эскадры у Босфора. Безумные дервиши на базарах и одетые по последней европейской моде сановники одинаково страшно пророчили непременное нападение России, удачно закончившей дальневосточную войну и даже направившей на Чёрное море победоносного адмирала Небогатова.

«Молния» об ультиматуме младотурок султану и беспорядках, погромах в Царьграде застала командующего Черноморским флотом 27 июля в два часа пополудни на мостике «Потёмкина». К вечеру пришли ещё несколько телеграмм от агентов флотской разведки из Вены, Парижа, Константинополя, Софии. Засим непонятно кто, то ли Абдул Хамид, то ли младотурки закрыли Проливы

Вводная с прекращением судоходства в Проливах, многократно обыгрывалась на штабных учениях. Ещё бы, диверсия против российской экономики, почти «казус белли»

Получив от самодержца шифрованную, но полную решительности и оптимизма депешу, нерелигиозный в общем — то Небогатов полчаса отстоял у икон. Вот он, момент истины.

То, что контр — адмирал Семёнов и генерал — майор Васильчиков пришли на «Кречете» в Севастополь, командующий воспринял как добрый знак.

Владимир Иванович, Сергей Николаевич, несказанно рад, что проскочили вы в Чёрное море. Большое дело начинать с испытанными соратниками куда как спокойнее.

Неужели начинаем, ваше высокопревосходительство?

Да, Владимир Иванович. Более медлить и метаться, как в 1897 году не станем. Даже если придёт «стоп — приказ», а зная «решительность» государя сие не исключено, я не подчинюсь. Объявляю вам, господа, что операция «Босфор» начата. Сергей Николаевич, весьма кстати вы решили навестить старика. Вторая Черноморская эскадра так и останется в Эгейском море в счастливом неведении о происходящем ЗДЕСЬ. Только после первых залпов на Босфоре информация о захвате Проливов будет явлена миру. Первая эскадра Черноморского флота выходит на учения, а броненосцы второй, Средиземноморской эскадры, отстаиваются у греков. Шпионы, отслеживающие активность Беклемишева будут разочарованы. А мы ударим, не ставя в известность средиземноморцев, глядишь и выиграем хотя бы полсуток.

Семёнов понимающе кивнул. «Добрые союзники» англичане подсчитали возможности Германии по строительству дредноутного флота и ужаснулись. Для Лондона ныне не Петербург, Берлин главная заноза. Контр — адмирал нередко сиживал в компании офицеров мальтийской эскадры и знал, британцы уверены в превосходстве флота, мощи своих броненосных эскадр вплоть до 1912 года. А вот далее начинается самое интересное вступать в открытое противостояние с Германией, которая к тому времени преизрядно «наштампует» современных линейных кораблей, джентльмены планируют не один на один, а непременно привлекая союзников. Так, французы должны направить сильную эскадру в Канал, а Россия балтийскими дредноутами должна отвлекать часть сил Флота Открытого Моря на себя. Эгоизм англичан общеизвестен и то, что силами союзников Лондон намерен «рулить» как своими, Владимира Ивановича злило неимоверно. Оттого, по правде говоря и подверг в своём фантастическом романе Лондон бомбардировке кораблями эскадры Рожественского, «провалившимися» из 1904 года в 1854

Ну да ладно, поглядим, как запоют лорды в Адмиралтействе сейчас, когда русские двенадцатидюймовки начнут громить батареи турок на Босфоре.

Распоряжения командующего исполнялись с необычайным воодушевлением, всяк понимал настал ЭТОТ ЧАС!

Небогатов выведя флот в море, якобы для стрельб главным калибром на «Евстафии» и «Иоанна Златоусте», принимаемых в казну со значительным опережением, даже без противоминной артиллерии, оставался на «Потёмкине», куда и вызвал Семёнова с Васильчиковым.

Итак, господа, начинаем 1 августа. Вы начинаете. Морская пехота грузится на пароходы «Князь Горчаков» и «Бахчисарай», а два батальона утрамбовывается на «Кречет» и «Очаков». Сергей Николаевич, вы на «Кречете» возглавляете передовой отряд десанта. Боеприпасов берите втрое, впятеро больше нормы. Владимир Иванович, за вами руководство на месте, у входа в пролив. Сейчас там скопилось под три десятка «купцов», по преимуществу российские, но есть и иных держав флаги. Потому появление «Горчакова» и «Бахчисарая» удивления не вызовет. Разведчики доносят в Стамбуле бардак и грабежи, шаткое равновесие между сторонниками Абдул — Хамида и революционным офицерством. Следовательно, самые хитрые чиновники и генералы предпочтут высиживать и ждать, кто выиграет, дабы засим примкнуть к победителю. На случай, если турки всё — таки выведут «Гамидие» в Чёрное море и отсылается «Кречет». У Непенина лучшие артиллерийские расчёты, со всего флота отобранные, им и начинать. А отдать приказ, если такая нужда возникнет, предстоит вам, Владимир Иванович.

Будет исполнено, ваше высокопревосходительство, Семёнов зло и хищно улыбнулся.

Сергей Николаевич, Васильчиков вытянулся во фрунт, вашим орлам самая трудная задача, сделать всё, чтоб османские батареи замолчали. Понимаю, жертв среди десантников будет много, прошу вас не идти в первых рядах, руководите всей операцией с «Кречета» или с миноносца, который подойдёт к Босфору, координируйте атаки на все батареи. Желательно начать штурм одновременно во всех точках, но вряд ли так получится, главное когда началось, не останавливаться, выбивать прислугу у орудий, снайперских винтовок для вас не жалели. И, господин генерал — майор, приказываю самому в драку не лезть! Вся Морская Дивизия прибудет к проливу вместе с броненосной эскадрой, а до того «Очаков» и «Кречет» главная ударная сила передового отряда. Пускай сигнальщики с крейсеров отработают взаимодействие со штурмовыми ротами. Хотя, о чём я, эти вопросы вы давно отлаживали, лучше знаете, что почём.

— Ваше высокопревосходительство! Морская пехота сметёт башибузуков, поверьте! За два года только «больших» учений по десантированию состоялось полтора десятка. А ударные группы, те, кто начинает операцию, они тренировались в высадке и с пароходов и с миноносцев, а также со шлюпок, катеров и даже вплавь.

Вплавь? С мешками — поплавками что ли?

Так точно. И с плавающими мешками в том числе. Поверьте, Николай Иванович, один мой боец стоит десяти турецких. Не хвастаюсь, это факт. Первый батальон, он же ударный, предназначенный для внезапной атаки артиллерийских батарей, полостью укомплектован участниками высадки на Хоккайдо, там унтер — офицеров три четверти, по четыре снайпера, по два пулемёта на десантный взвод, а это 33 человека, с командиром считая. Прошу, все 14 десантных катеров разместить на «Очакове и «Кречете», скрытно, конечно. На них и пойдут первые группы.