Генерал — адмирал Небогатов (СИ) - Осадчий Алексей - Страница 12

Сейчас на балансе ТОФ восемь пароходов в приличном состоянии, работающих на обслуживании Тихоокеанского флота и доставке грузов на Камчатку и Сахалин. И пусть злые языки шепчут за спиной, дескать, имеет Небогатов свой корыстный интерес, отдавая приоритет «Товариществу офицеров Флота» перед прочими, но две с лишним сотни настоящих моряков, прошедших горнило войны с Японией, здесь, под рукой. Получают неплохое жалованье, многие учатся, готовятся сдавать экзамены в филиале Морского Корпуса, торжественное открытие которого намечено в августе 1907 года.

В разговоре с Коковцовым адмирал ничуть не лукавил, в случае отставки намереваясь остаться во Владивостоке, просто умолчал Николай Иванович о разрыве с супругой и о письмах дочерей, проклявших загулявшего отца. «Сменил жену Надежду на любовницу Надежду, хоть тут прослеживается постоянство» так ему написали девчонки. Эх, седина в бороде, а бес, он такой, бес…

Но двухэтажный особняк на полутора десятинах участка, с баней, домиком для охраны и новомодным гаражом комфлота таки решился строить на земле дальневосточной, сим жестом символическим как бы «отрезая» себя от Балтики и Чёрного моря.

Ничего, и жену и дочерей он материально поддержит, благо средства есть, а касаемо черноморско — балтийских перспектив, не лежала более душа адмирала к закрытым морям. После того как провёл флот во Владивосток, как погонял на крейсерах японцев в Тихом океане, не хотелось возвращаться назад, «в Россию», к интригам и сплетням, склокам и зависти менее удачливых коллег.

Да и проект крейсера «пятитысячника» именно на Владивостокском судостроительном хочется реализовать, как раз к великой войне и успеть.

Глава 5

Зачем император всероссийский решил вдруг «выдернуть» для беседы командующего Тихоокеанским флотом в Петербург, Небогатов, наслаждающийся комфортом и покоем в отдельном вагоне литерного поезда, положенного ему как «почти наместнику Дальнего Востока», предполагал.

К лету 1907 года Российская империя таки определилась с союзниками и противниками в грядущей и неизбежной мировой бойне за передел мира. Франция — Англия — Россия. Антанта.

А значит и силы, против «вражеского» блока из Германии, Австро — Венгрии и Италии надо концентрировать в Европе. Япония займётся германскими владениями в Азии и будьте уж уверены Циндао быстро сменит хозяев, как ни пыжься Вильгельм из берлинского далека, как ни угрожай токийским сановникам союзом Германии и «великого Китая».

Но пока европейский обыватель посмеивался над кайзером, «вдруг» воспылавшим необъяснимой любовью к представителям «величайшей цивилизации мира», ещё недавно именуемых «Вилли» не иначе как жёлтыми макаками, Россия и Великобритания готовились к перемещению эскадр с Тихого океана в «европейские воды».

Самодержец деликатно интересовался у Небогатова, целесообразно ли держать грозные и современные броненосцы во Владивостоке, коль уж с Японией настали мир и дружба, про что сам Николай Иванович и рапортует. Комфлота сопел, кряхтел, ругался матом, но доводы царя были неоспоримы. Если уж Куропаткин и Небогатов сами не единожды распинались в шифрованных телеграммах, как слаба ныне японская сухопутная армия и как неприступны твердыни Владивостока, так чего, собственно говоря, держать в дальневосточных водах грозные, закованные в броню красавцы «Александр 3», «Орёл», «Цесаревич» и «Славу». Не логичнее ли оставить в заливе Петра Великого флагманом Тихоокеанского флота «Громобой», подкрепив прославленный крейсер мощной эскадрой. Разумеется крейсерской эскадрой. Только где её взять, такую эскадру? На сей день, на август 1907 года два рейдера «Громобой» и «Россия» застряли на ремонте в дружественном Сасебо. Японцы, надо отдать им должное, быстро и качественно восстанавливают недавних соперников, нет нужды гонять крейсера на Балтику. Да и в дипломатическом ракурсе ежели посмотреть единение вчерашних врагов, а ныне союзников, очень показательно. Особенно на фоне истерии Соединённых Штатов Америки, отправивших с демонстративными визитами вежливости по миру свой «Белый флот». Опасаются, опасаются янки, что Япония, лишившаяся армии но сохранившая флот, замирившись с Россией, устремится на юг Филлипины рядышком…

Резкий разрыв товарищеских отношений с Германской империей в целом неблагоприятно сказался на снабжении флота современными средствами связи и вооружением, потому ещё и отправлялся в столицу адмирал, дабы на месте попытаться «вырвать» для береговой обороны Тихоокеанского флота десятка три шестидюймовок и хоть немного 120—миллиметровых орудий. Послевоенное расслабление и воцарение на делах флотских великого князя Александра Михайловича привели к тому, что дальневосточники вновь становились пасынками «шпица» и морского ведомства. Не зря же было передано распоряжение подготовить броненосный отряд к визитам в зарубежные порты. По примеру американцев. Какие к чёрту «зарубежные» зайдут по пути в Кронштадт в несколько «портов», скорее угольных станций для погрузки «чернослива» «Александр 3», «Орёл», «Ослябя», «Цесаревич», «Слава» и на сём «визиты» завершатся. Грамотно «растаскивают» Тихоокеанский флот высокие чины в Адмиралтействе, поэтапно, как удав жертву душит…

И ведь знают про негативное отношение комфлота к умалению сил на Тихом океане. Неужели намекают на желательность отставки, вынуждают, провоцируют? Так такой вариант ещё два года назад рассматривался. Подумаешь, отставка дел хватит и на выслуженном пенсионе полного адмирала.

А великий князь Александр Михайлович мягко стелет, мол сейчас, после установления доверительных союзнических отношений с Японией, столько линейных кораблей во Владивостоке не нужны. Балтика, Средиземное море, там русские броненосцы должно дислоцировать…

Ваше высокопревосходительство, в купе, аккуратно постучавшись, просунулся адъютант, лейтенант Свешников, через полчаса Харбин.

Хорошо, Виталий, адмирал кивнул молодому сорвиголове, командовавшему миноноской в 1905 году и попытавшемуся в заливе Посьета атаковать на своей скорлупке японский флагман в ту самую ночь, когда подводники утопили «Сикисиму» и повредили «Микасу». Тогда Свешников только и сумел отвлечь на себя внимание и чудом остаться в живых, после утопления миноноски близким разрывом шестидюймового снаряда. Как не попали в японский плен, как добрались до берега контуженные моряки отдельная история. Но затем, когда стало понятно, что японцы открыли себя, начав пальбу по миноноске Свешникова, это во многом способствовало успеху атак из под воды.

Мичман стал лейтенантом и кавалером Владимира с мечами, а за то, что сохранил экипаж, лично дотянув на обломке дерева двух обессилевших матросов до берега, Свенторжецкий пригласил молодого офицера в «группу адъютантов командующего». Там где «высший свет», где нет места гориллоподобным страшилам кондукторам Приходько, Ворогову и Марьясову, самое место обаятельному лейтенанту с браунингом в кармане.

В Харбине в вагон командующего Тихоокеанским флотом по простецки зашёл Куропаткин.

Николай Иванович, как и просил, торжественную встречу не организовали, но всё равно, от чаепития не отвертишься, я не с пустыми руками, военачальник торжественно показал пакет, в котором оказалась свежая выпечка.

— Чем позже узнают, что я выехал в Петербург, тем лучше, адмирал дружески обнял «Желторосского мандарина», так прозвали Куропаткина в петербургских салонах, намекая на опалу и «ссылку» незадачливого полководца в китайскую глушь.

Но чем больше Небогатов узнавал Куропаткина, вникал в дела дальневосточные, становилось понятно, в тех условиях Алексей Николаевич сделал всё от него зависящее. Армию сохранил и не случись революционный саботаж на железных дорогах, к Ляоанскому сражению у русских было бы на пару корпусов больше. Тогда и войне конец и Порт — Артур остался б за Россией.

Но, история не знает сослагательного наклонения, это сейчас, после подписания мира молодые офицеры ударились в литературу. Владимир Иванович Семёнов выпустив книгу «Под флагом пяти адмиралов» о событиях Русско — японской войны на море, мгновенно ставшую сверхпопулярной, взял да и в «Новом времени» выказал предположение, как бы повернулась мировая история, «провались» из — за некоего катаклизма эскадра Небогатова из бухты Ван — Фонг на полвека назад, к началу Крымской войны, прямиком на севастопольский рейд. Газета тут же начала печатать сей фантастический роман, опираясь в том числе и на письма читателей, среди каковых было много моряков, как отставных, так и действующих офицеров флота. Николай Иванович с интересом узнавал, как он, после внутренних борений, подчинился адмиралу Корнилову и громил неуклюжие пароходы англо — французской армады, уничтожая корабли с десантом. Фантазии щелкопёров даже стали причиной ноты от французского посольства. Галлы посчитали такой «газетный роман» провокацией, направленной на развал Антанты и инспирированной шпионами кайзера. Англичане предпочли отмолчаться, хотя впереди, судя по последнему номеру «Нового времени» (эскадра ТАМ прошла Гибралтар) был обстрел и штурм Лондона…