Окончательное решение (ЛП) - Саваж Шей - Страница 41

Лиа я тоже предал.

Но она должна была остаться ради меня. Она должна была быть той, кто поможет мне не сойти с ума. Она была нужна мне, и она от меня ушла. Написала ёбаную записку и оставила меня. Скорее всего, она уже знает, что я мёртв.

– Почему она это сделала? Почему? – я зарываюсь пальцами в волосы Алины и крепко её обнимаю. – Не предавай меня. Пожалуйста, не предавай меня.

– Я не предам, Эван.

– Если ты так поступишь... я не знаю, что сделаю.

– Я понимаю, – шепчет её голос мне на ухо. – Я здесь, Эван. Я здесь ради тебя.

Алина здесь ради меня. Алина не даст мне свихнуться.

На какой-то короткий миг я расслабляюсь, но это не длится долго. Да, сейчас Алина здесь ради меня. Но где она была прошлой ночью? А ещё раньше? Кого она там утешала?

– Это не так, – хочу оттолкнуть её, но мои руки, кажется, не подчиняются моим командам. Вместо этого я сжимаю её крепче. – Ты здесь ради того, кто захочет кусок твоей задницы. Я просто ещё один клиент в твоем списке.

– Ты не просто ещё один клиент, Эван. Ты... особенный клиент.

– Звучит намного лучше, – мои слова ранят, но мне всё равно.

Она берёт мои щёки в свои ладони и поворачивает голову, чтобы я мог на неё смотреть.

– Я знаю, что нужна тебе, – открыто говорит она. – Я здесь ради тебя.

На самом деле я не знаю, можно ей верить или нет.

Глава 13

Взломанная защита

– Перестань надо мной издеваться, женщина!

– Я не шучу! – Леле кладёт руку на спину Ринальдо и подталкивает его вперёд, чтобы взбить подушку. Он обречённо взмахивает руками, и Леле шлёпает по его кисти. – Теперь послушай меня, Ринальдо Леонардо Моретти! Если ты хочешь вернуться завтра домой и закончить там своё восстановление, тебе придётся меня слушаться! А сейчас - пей свой сок!

Она пихает ему в лицо маленький пластиковый стакан с соломинкой до тех пор, пока он не сдаётся и не делает глоток.

– Я не ребёнок! – жалуется он. – Прекрати ко мне так относиться!

Я стою в дверном проеме и с улыбкой за ними наблюдаю. Редко можно увидеть, как Леле наезжает на Ринальдо, и ещё реже – как он на это реагирует. Я не собираюсь объявлять о своём присутствии и позволить всему закончиться слишком рано.

– Ты не хочешь, чтобы с тобой обращались как с ребёнком, но ты ждёшь, что я буду мириться с твоей глупостью, когда ты так себя ведёшь! – шикает на него Леле, качая головой. Её голос смягчается. – Это всё больничная еда. Она делает тебя мистером Ворчуном.

– Я пристрастился к твоей стряпне, – говорит Ринальдо, улыбаясь. – Всё остальное меня раздражает.

Леле наклоняется и нежно целует его в губы. Когда она от него отрывается, они целую минуту смотрят друг другу в глаза, соприкасаясь лбами, а потом снова целуются. Почувствовав вдруг себя вуайеристом, я прочищаю горло, и они быстро разрывают поцелуй.

– Эван! – вскрикивает Леле и подходит ко мне, чтобы обнять и расцеловать меня в щёки. – Может, хоть ты сможешь что-нибудь сделать, чтобы заставить его съесть обед.

Я получше присматриваюсь к еде на подносе, в основном нетронутой, и кидаю взгляд на Ринальдо, подняв бровь. На подносе нет ничего, что я нашёл бы привлекательным, и он, очевидно, с этим согласен.

– Габриэлла, любовь моя, – говорит Ринальдо, – мне нужно поговорить с Эваном.

– Нет, пока ты не съешь хотя бы это, – она поднимает маленький пластиковый стаканчик с яблочным пюре, и он морщится.

– Позже, обещаю. А теперь оставь нас.

– И дай мужчинам поговорить о делах, – бормочет Леле. – Не думай, что я не проверю мусор в корзине, когда вернусь!

Он усмехается, когда она уходит, и я не могу не улыбнуться. Приятно видеть его улыбку. Может, я не так уж сильно облажался, как думал.

Но как только Леле выходит, я понимаю, насколько был неправ.

– Я ей не говорил, – тут же сообщает Ринальдо. – Не знаю, как сказать.

Я в замешательстве. Не понимаю его нерешительности.

– Почему? – спрашиваю я.

– Мы всё продумали, – отвечает Ринальдо, потирая глаза. – А теперь я не знаю, что делать.

– Мы?

– Мы с Леле.

Ничего из его слов не имеет для меня никакого смысла, и я говорю ему это.

Ринальдо качает головой и пытается сесть в постели прямо, но это трудно для него. Я помогаю поправить подушку, чтобы ему стало комфортнее.

– Никому нельзя этого рассказывать, Эван.

– Конечно, сэр, – сейчас я запутался ещё больше, чем когда-либо.

– Фелиса была племянницей Леле, – сообщает он, глубоко вздохнув. – У них не такая большая разница в возрасте, и они были очень близки, когда росли. Почти как сёстры.

Чёрт.

Я знал, что убил родственницу Леле, но не кого-то, кого она считала сестрой.

– Я не знал, – Леле сообщила мне кое-какую информацию о Фелисе, но Ринальдо, очевидно, был не в курсе.

– Никто не знал.

– Зачем хранить это в секрете? – удивляюсь я. – Какое кому дело, что они родственницы?

– Это касается не их родственных связей.

– Тогда чего?

– Я уже говорил тебе, что у Фелисы есть дочь, – Ринальдо отнимает руку от своего лица и смотрит на меня. Я киваю, и он продолжает: – Фелиса легально удочерила девочку, но её биологическая мать... Леле.

Я задумываюсь, пытаясь собрать все кусочки паззла, но что-то упускаю. Лели родила второго ребёнка? Когда?

– Сколько ей лет?

– Семь. Она появилась у Леле за год до того, как ты к нам присоединился. Я отправил её в Италию, чтобы никто не заметил её состояние.

Я чувствую, что всё внутри меня ухает вниз, и цепенею, глядя на Ринальдо.

– Она мне изменила, – говорит он, пожимая плечами. – Не то, чтобы я этого не заслужил, но она совершила глупость и забеременела. Когда это случилось, меня с ней не было. После первого же визита к врачу, я понял, что ребёнок не мой. Мы обсуждали возможность растить её вместе, но я просто не смог, Эван. Я не могу воспитывать ребёнка, принадлежащего мужчине, который трахал мою жену, пока меня не было. Это ничем не отличается от ситуации с Ником, правда? Леле не выносит даже то, что Ник иногда появляется в нашем доме. А я бы, как минимум, потерял к себе уважение.

Здесь он был совершенно прав. Как бы по-сексистски это ни звучало, Ринальдо, имеющий незаконного ребенка, – это одно, но его жена? Это совсем другое дело.

– Леле захотела, чтобы девочка жила с Фелисой, – говорит Ринальдо. – Именно поэтому я отправляю деньги на её офшорные счета. Это для Марго, дочери Леле. Теперь я понятия не имею, что сказать Леле.

– Где сейчас девочка?

– В Нью-Йорке, с родителями Фелисы – братом Леле и её невесткой.

– Они станут её воспитывать?

– Нет. Они ясно дали понять, что договорённость была лишь на время. Фелиса заходила к ним по выходным, но делала все, чтобы Марго поступила в школу здесь. Леле терпеть не может своего брата, и я не думаю, что она в любом случае позволит ему растить ребёнка. Фелиса была единственным вариантом.

Кое-что всё равно здесь не вяжется.

– Но, сэр, у вас с Фелисой были близкие отношения.

– Да, были, – кивает он и опускает взгляд вниз. – Я не планировал, что это произойдет. Её появление здесь, в Чикаго, напомнило мне о романе Леле. Думаю, это началось как интрижка из мести, но потом превратилось во что-то другое. Я немного увлёкся, а она за это заплатила.

Ринальдо смотрит на меня, и я чувствую, как снова сжимаются мои внутренности, когда замечаю слёзы в уголках его глаз. Я всё жду его гнева, но он не приходит.

– Ты обо всём позаботился? – спрашивает он тихо.

– Да, – я запускаю руку в волосы. Не могу смотреть ему в глаза. – Франклин отвёз её в то похоронное бюро, куда мы обращались для Марио. Всё будет готово к послезавтра. Без вопросов. Все переведённые деньги сейчас лежат на счету на имя Марго Бьянки.

– А те вещи, что вы нашли с ней?

– Никаких убедительных доказательств, но всё определённо указывает на южан. Никто не брал на себя ответственность и не связывался с нами по этому поводу. У меня нет ничего конкретного, но прежде, чем что-то предпринять, мне хочется быть до конца уверенным. Джонатан сейчас изучает пару вещей, касающихся бухгалтерских книг, и основное внимание уделяет тому, кто устроил засаду.