Сбежавшая игрушка (СИ) - Эванс Алисия - Страница 6

В таверну не заходила стража, меня никто не разыскивал, и вскоре я подумала, что можно навестить Аглаю. Мне нужно узнать, что с ней случилось, что лорд сделал с Жаком, но для этого нужно отпроситься у хозяина трактира, а он очень строг. Впрочем, он признал, что я хорошо работаю и разрешил мне отлучиться на полдня через две недели.

Незадолго до обещанного «выходного» в таверне прошел веселый вечер. Мужчины получили зарплату, и практически все столики были заняты. Я очень умаялась в тот вечер, но когда все разошлись, хозяин подсчитывал выручку, а мы с поваром мыли гору посуды. Внезапно я почувствовала, словно все пространство таверны заполняется неосязаемой, но очень сильной волной какой-то…силы.

Не успела я поделиться этим ощущением с поваром, как он закатил глаза и осел на пол. Я похлопала его по щекам, но все без толку. Бросилась к трактирщику, но и он лежал за прилавком без сознания! Оба дышали, но на меня не реагировали. Я безумно испугалась, а когда услышала, что через заднюю дверь кто-то входит, просто остолбенела.

— Ну что? — спрашивал низкий мужской голос.

— Все чисто, можно входить, — отвечал второй, помоложе. — Касса там, а заначка у этого жирдяя в подсобке.

«Грабители!» — догадка пронзила меня как молния. Нельзя попадаться им на глаза! Я бросилась в свою кладовку и спряталась за залежи хлама, стараясь забиться в тень.

Я сидела тихо-тихо и слышала биение собственного сердца. До меня доносился скрип половицы — незваные гости свободно ходили по таверне, ища, что бы украсть. Вот они открыли кассу, и я услышала звук ссыпающихся в мешок монет. Ну, все, с сегодняшней выручкой можно попрощаться! Меня волновали не украденные деньги, а собственная жизнь и здоровье. Я молилась всем известным богам, чтобы они не заглянули сюда и просто ушли. Было плевать, что меня потом могут обвинить в грабеже, сейчас лишь бы выйти живой из этой ситуации.

Но боги оказались глухи.

Дверь в кладовку открылась, и я увидела мужскую тень. Он был среднего роста, с небольшим пивным животом и явно за пятьдесят человеческих лет. Я притаилась. Мне было до одури страшно, казалось, стук собственного сердца вот-вот оглушит меня. Мужчина твердым шагом прошел внутрь и вздохнул, уперев руки в бока.

— Томас! — громко крикнул он в зал, и я чуть не подпрыгнула от неожиданности. — Где заначка?

— Под полом, — донесся спокойный ответ.

Грабитель присел на корточки и начал ковыряться в полу. Я ни разу не видела, чтобы трактирщик что-то хранил здесь, поэтому даже не представляю, с чего они взяли, что здесь есть какие-то деньги. Мужчина провозился несколько минут и выругался.

— Нет здесь ничего! — с досадой крикнул он в зал.

— Быть этого не может!

— Да точно! Закругляемся, — он развернулся, чтобы покинуть кладовку, а я так обрадовалась этому, что сделала глубокий вдох и, к своему ужасу, в легкие попала пыль.

Когда грабитель уже почти вышел из каморки, раздался тихий чих. Он тут же замер и медленно обернулся. У меня внутри все оборвалось. Даже мыслей никаких не было, один страх. Мужчина достал из ножен длинный зазубренный нож и двинулся в мою сторону. Остановившись в полуметре, жестко произнес:

— Выходи! Или последствия тебе не понравятся.

Я поняла, что иного выхода нет, но ноги меня не слушались. Я оцепенела, от охватившего меня ужаса не могла пошевелить даже пальцем.

— Покажись! — гаркнул грабитель, и ноги сами сделали два шага вперед. Я оказалась перед ним одна, маленькая и беззащитная.

Снова.

Вся эта ситуация и собственная беспомощность всколыхнули пережитый недавно кошмар.

— Что тут у тебя? — озабоченно спросил показавшийся в дверях высокий жилистый мужчина, немного моложе этого, с ножом. — Оп-па… — растерянно выдал он, заметив меня. Я переводила испуганный взгляд с одного на другого.

— Почему на неё не подействовало? — изумленно спросил тот, что ковырял пол, продолжая смотреть на меня. Нож он не опустил.

— Не знаю, — покачал головой второй. — Кто ты такая? — требовательно спросил он у меня. И что мне ему ответить?! Язык буквально прирос к нёбу.

— Ты кассу почистил? — вдруг спросил первый.

— Да.

— Тогда её забираем и уходим.

Последняя фраза заставила меня судорожно вдохнуть. Я уже не наивная девочка и прекрасно понимала, зачем я им понадобилась. При мысли, что моим телом завладеют эти двое ублюдков, все внутри вскипело.

Нет!

Я больше не буду беспомощной жертвой! Уж лучше смерть от этого ножа!

Во мне вскипела такая ярость, такая злость, что ей было мало места в теле. Я впала в странное состояние и вдруг начала шипеть и выгибать спину. Лица этих двоих изумленно вытянулись, у второго даже челюсть отвисла.

«Уходите» — странно прошипела я и вдруг ощутила сильный упадок сил.

Состояние праведного гнева схлынуло, и я едва устояла на ногах.

— Ты это видел…? — с восхищением и неверием прошептал мужчина с ножом.

— Ага, — кивнул второй, с отвисшей челюстью.

— Попробуй воздействовать, но сильнее. Я слышал, что они невосприимчивы к магии, — шепотом закончил он.

И снова я ощутила исходящую от высокого мужчины волну силы. Но она не заполнила всю комнату, а была направленна именно на меня. Ноги вдруг ослабели, я сползла по стене на пол. Как сквозь пелену почувствовала, что меня поставили на ноги, а потом, похоже перекинули через плечо. Сил не было даже на то, чтобы пошевелить рукой.

Яркая вспышка, и каморка, в которой я спала последние несколько недель, вдруг исчезла. Вместо неё мы оказались на небольшой полянке, и я услышала стрекот сверчков.

Я висела у одного из них на плече и при ходьбе раскачивалась, как маятник. Во всем теле была сильная слабость, а в голове — каша. Единственное чувство, которое не пострадало — обоняние. По запаху я чувствовала, что мы находимся близ леса. Раздался скрип двери, и мы оказались в помещении. Здесь тепло и пахнет хлебом.

— Это ещё что?! — услышала я изумленный мужской возглас. Вероятно, этот парень моложе остальных. Мне стало не по себе при мысли, что я нахожусь в беспомощном состоянии в окружении нескольких мужчин. Я затрепыхалась, надеясь, что меня поставят на ноги, но вместо этого ощутила, что мою тушку лишь сильнее сжали.

— Потом, — отмахнулся полный мужчина. — Комната Ариши в пригодном состоянии?

— Д-да, — растерянно протянул парень, которого я не видела.

— Неси её туда.

Мы поднялись по лестнице. Я слышала рядом с собой шаги не меньше двух пар ног. Потом меня переложили на что-то мягкое. Я приоткрыла глаза и застонала от пронзившей голову боли. Да что со мной?!

Внезапно мне на виски легли чьи-то пальцы и одновременно с этим кто-то начал стягивать с меня обувь. Это вторжение в мое личное пространство, попытка раздеть, как мне тогда показалось, вызвали приступ паники. Я закричала, из глаз прыснули слезы, я попыталась отбиться, но мою и без того слабую попытку пресекли на корню, прижав руки к кровати.

— Не трогайте меня! — кричала я, ничего не видя перед собой. — Не надо! Не надо!

Вдруг мое лицо обхватили мозолистые руки, и я увидела над собой того высокого мужчину. Снова от него пошла волна силы, а я не знала, как защититься от этого воздействия.

— Спи, девочка, — услышала я, и мои глаза закатились. — Спи…

— Нет, ну ты видел? — все ещё удивлялся Сэм, когда он, Томас и Роб вошли в прихожую. Он открыл бутылку с коньяком и разлил по бокалам. — Оборотень!

— Она? — недоверчиво скривился Роб — его сын. Он был чем-то похож на отца, но в основном пошел в мать.

— Да! Но я никогда не видел таких прежде. Я знаю, что наиболее сильные оборотни — волки, есть ещё рыси и наиболее малочисленные медведи, но это…

— Кошка, — усмехнулся Томас, опрокидывая стакан. — Она — кошка! Довольно крупная, пушистая, с горящими глазами, но простая кошка.

— Уму непостижимо, — Сэм отпил прямо из бутылки.

— Зачем вы принесли её сюда? — нахмурился Роб.