Перекрёсток (СИ) - Булавин Иван - Страница 21

На какое-то время стрельба прекратилась. Возможно, просто цели закончились. Все трое собрались было уже выйти, но тут снаружи прогремел взрыв. Стало ясно, что снайпер уже совсем рядом.

Оказавшись в коридоре, все на секунду замерли. Было совершенно непонятно, в какую сторону следует бежать. Снова раздались выстрелы, теперь уже где-то ближе, Док явно шёл в атаку. В это время им под ноги метнулся кто-то, кого они не смогли различить в темноте, его перехватил Палач и, приподняв над полом, внимательно рассмотрел в тусклом свете светильника. Это оказался хозяин магазина, тот самый, которому они продавали консервы и шоколад. Обрадованный встрече Палач тут же отвесил ему мощную оплеуху, после которой тот рухнул на пол и более уже не вставал. Из носа и ушей торговца хлынула кровь.

Дверь наружу была не заперта, они осторожно приоткрыли её и выглянули на улицу, людей там уже не было, но всё ещё сохранялась опасность дружественного огня. Минуты через три раздался негромкий скрип ворот, только разглядеть, кто там пришёл, не было никакой возможности.

— Кой хрен вы там встали? — раздался из темноты недовольный голос, — дождётесь, что из прохода танковая дивизия вылезет.

— Док? — обрадованно воскликнул Палач, — ты не в курсе, где вещи наши? А то я без пулемёта себя голым чувствую.

— Там, в доме ищите, больше негде им быть, — Док, наконец-то, вышел на освещённый пятачок.

Поиски заняли не более десяти минут, вещи их действительно были в доме, просто лежали, сваленные грудой на широком столе. Возможно, потом их бы отправили за проход вместе с пленниками, но, к счастью, они успели раньше. Палач с победным рыком натягивал бронежилет и одновременно с этим, проявляя чудеса ловкости, заправлял ленту. Илья такой ловкостью не обладал, но дробовик подхватил сразу. Оружие в руках придало уверенности и успокоило, теперь он не беззащитен. Док контролировал улицу, но это было уже излишним. Жители форта были убиты, или скрылись в проходе. Только из прохода и следовало ожидать опасность, но его держали под прицелом.

Когда всё было собрано, за исключением продуктов, которые, видимо, хозяин харчевни спрятал в другом месте, все четверо поспешили покинуть форт, где с ними обошлись столь негостеприимно. Приборы позволяли двигаться по лесу ночью. Это даст им большую фору и, скорее всего, позволит совсем оторваться от возможной погони. Шли сначала бегом, потом быстрым шагом, только ближе к утру сбавили темп. Илья, так и не привыкший к подобным марш-броскам, окончательно выдохся.

Только к обеду Палач объявил привал. Еды у них не было, ограничились водой из фляг. Док достал из рюкзака свои препараты.

— Между прочим, — начал он рассказывать деловитым тоном, — из-за вчерашней бойни я инъекцию пропустил, теперь неважно себя чувствую, а меня ещё грузят, как колхозную полуторку.

— Ты и больше бегал, — осадил его Палач, — расскажи лучше, как у тебя получилось спастись?

— Это запросто, — оживился Док, растирая спиртом место укола, — в то время как вы, столь неосмотрительно понадеявшись на гостеприимство местных, позволили себе пьянство в боевой обстановке, которое, в свою очередь, закончилось вашим пленением этими дикарями, я…

— Сссука, — процедил Палач, поворачиваясь к Илье, — теперь всю дорогу стебаться будет. ЗОЖник хуев!

— Так вот, мои ограниченные друзья, — продолжал Док, наркотик начал действовать, и речь его становилась всё более витиеватой, — увидев, как вы, увлёкшиеся распитием, внезапно попадали на стол, я сделал положенные выводы. Трактирщик не видел, что я не пью, поэтому спокойно ждал, когда отрублюсь и я тоже. Я не стал его разочаровывать и, подождав немного, положил свою голову рядом с вашими. Оказалось, что он только этого и ждал, уже через пару минут появились двое крепких парней, которым, как я понимаю, он приказал перенести вас в кладовку, ну, или куда вас там перенесли. Вот только, когда они взялись за меня, для них это закончилось весьма и весьма печально. Нож в печень — никто не вечен! Сам трактирщик, проявляя отменную прыть, попытался спрятаться за прилавок, но, как вы, наверное, знаете, быстрее пули никто не бегает, а дощатый прилавок девятимиллиметровую пулю не остановит. Короче, там, под прилавком, он и остался. Когда я на две секунды остался наедине со своими товарищами, которые храпели так, что с потолка штукатурка сыпалась, у меня был выбор. Я мог остаться в харчевне, стены там толстые, так что, используя пулемёт нашего большого друга, получилось бы довольно долго держать круговую оборону. Однако, этот план, при всей его привлекательности, пришлось отвергнуть. Я не мог знать, сколько вы проспите, да и из прохода могла подойти подмога, наконец, они просто могли поджечь здание, оно, как вы, наверное, заметили, деревянное. В общем, мне пришлось бежать, прокладывая себе дорогу с помощью моего верного «Каштана». Собственно, прокладывать особо и не пришлось, первыми полегли охранники, а кроме них больше желающих не было.

Тут он сделал паузу и отхлебнул из фляжки большой глоток воды.

— Ну, а дальше? — поторопил его Араб.

— А дальше, — Док на секунду задумался, — за мной была погоня, печального опыта предшественников оказалось недостаточно, так что этих остолопов я тоже срезал одной очередью, всех пятерых.

— Дальше, в целом, ясно, — подвёл итог Палач.

— Именно, я дождался ночи, взял винтовку, занял позицию, на которой меня было сложно достать, тогда как я отлично видел всю территорию форта. Стрелять с небольшой дистанции, да через инфракрасный прицел — неспортивно, но эффектность пришлось принести в жертву эффективности. Я устроил населению форта мини-геноцид, часть успела кинуться в проход, попутно затоптав несколько своих. Дальнейшее вам известно.

— Жаль, Чингиза с нами нет, он бы им подарков оставил, неделю бы никто не шевелился, — мечтательно проговорил Араб.

— Но его с нами, увы, нет, — развёл руками Док, — а на этом разрешите откланяться, ибо сообщить мне вам более нечего.

Док надел на глаза тёмные очки и, подняв воротник, прислонился спиной к похожему на пальму дереву.

— Алё, гараж! — Палач дёрнул его за рукав, — команды спать не было, так что ноги в руки и валим в родной город.

— Вот вечно так, — проворчал Док, с трудом поднимаясь на ноги, — будь ты трижды герой, найдётся начальник, который тебя загоняет вусмерть ради своих амбиций.

— Вот вернёмся к своим, тогда наширяешься и хоть сутки спи, а пока бежать надо, а то, чует моя жопа, погоня за нами идёт.

Все четверо встали и пошли дальше, стараясь выдерживать темп. Погоня, если таковая есть, тоже передвигается в пешем порядке, проходы не позволяют протащить автомобиль. Так что, возможно, форы им хватит, чтобы добраться к своим, а там и отбиваться будет не нужно, «подарков» Чингиза хватит всем.

Однако седалищный нерв Палача оказался прибором высокой точности. Погоня действительно была и бежала за ними с такой скоростью, что уже вечером стало слышно, как позади группы через лес ломится стадо носорогов. Тяжко вздохнув, Палач лёг на землю и начал пристраивать пулемёт поудобнее, Араб вставил в автомат «бубен» и залёг за стволом упавшего дерева. Невозмутимый Док полез на дерево. Сам Илья, оружие которого годилось только для ближнего боя, тоже вставил дисковый магазин и прилёг на землю чуть в стороне от остальных.

Перед ними была широкая поляна, почти свободная от деревьев, залечь противнику было негде, да ещё эффект внезапности своё возьмёт. Правда, неизвестно было точное число нападавших, но вряд ли их больше сотни. Примерно через пять минут из зарослей показались первые преследователи. К удивлению Ильи, это были не те крестьяне, с которыми они имели дело прежде. Преследователи были одеты в военную форму, правда, архаичную, похожую на мундиры времён Первой Мировой или Англо-бурской войны. Серо-зелёные гимнастёрки, штаны, похожие на галифе, сапоги или ботинки с гетрами, на голове несуразные кепки. Оружие было под стать, за спиной у них висели винтовки со штыками ножевидной формы. Пулемётов не было видно, то ли они ими не пользуются, то ли просто не стали брать, чтобы не замедлял движение. А двигались они быстро. В бинокль можно было хорошо разглядеть, как сильно вымотаны эти люди, форма было мокрой от пота, все тяжело дышали и уже с трудом передвигали ноги.