Сердце королевы степей (СИ) - Алфёрова Наталья - Страница 45

К концу дня встреча, оставившая неприятный осадок, почти забылась. В домике на холме его обитатели удобно расположились у камина, в ожидании приятного вечера, когда пришло магическое послание. Фея Очарования, быстро пробежала его глазами, затем обратилась к внучке:

— Отшельница приглашает тебя в гости завтра вечером, — при виде недоумённого взгляда, дабавила: — Помнишь, ты её видела на первой аудиенции у королевы.

— Незнакомка в плаще? — догадалась Ровена.

— Ну почему же незнакомка, — улыбнулась бабушка. — Заочно вы давно знакомы. Ты создаёшь легенды о ней, а она с интересом их читает.

— Королева Степей! — ахнула Ровена. — Это же… Это невероятно! А почему отшельница?

— Сестра королевы живёт в отдалении от столицы. Появляется при дворе редко, выбрать избранника или решить какие-то вопросы с Мораной. Наверняка, она услышала о твоём предстоящем прибытии и прибыла договориться о встрече.

— Невероятно, — повторила Ровена.

Весь вечер они с бабушкой и дедом проговорили о Степном королевстве. Ночью Ровена долго ворочалась, волнуясь перед предстоящей встречей. Неожиданно медальон, который она не снимала даже на ночь, слегка нагрелся, ритмично пульсируя, даря спокойствие. «Скоро я верну тебя хозяйке», прошептала художница, засыпая.

Часть вторая. Глава тринадцатая. Отшельница

Время до встречи с правительницей легендарного королевства тянулось подобно нескончаемому хвосту песчаной змеи. Ровене казалось, что даже все движения её самой и окружающих стали замедленными. Неторопливый завтрак, неспешный переход во дворец Мораны, нарочито ленивая поза светлого эльфа, чей портрет иллюзию художнице предстояло создать.

Правда, за творчеством Ровена отвлеклась от мыслей о предстоящей встрече. Она старательно прорисовывала идеально правильные черты лица королевского фаворита. Безупречные красота и изящество эльфа радовали взор художницы, но не затрагивали ни единой струнки души. А ведь Ровена обычно испытывала к своим моделям симпатию.

Возможно, надменный избалованный красавец слишком сильно проигрывал другим представителям дивного народа — обожаемым непоседам племянникам и невероятному Эльфийскому дракону. Иллюзия получилась под стать модели: безупречная, но показывающая лишь внешнюю красоту. Ровене не очень понравился результат, а вот королевский фаворит пришёл в восторг.

Эльф даже попытался сделать художнице комплимент, но грозно сдвинутые брови Феи Очарования заставили его запнуться и быстро распрощаться. Ровена с восторгом наблюдала за превращением милой бабушки в строгую Главную фрейлину. Расправленные крылья, идеальная осанка, горделиво поднятая голова. Заострившиеся черты лица, напомнившие скрывшегося в засаде хищника, слегка зловещий красноватый отблеск в нечеловеческой красоты глазах. Да, пожалуй, Ровена сама безоговорочно выполнила бы любой приказ стоящей рядом феи.

Однако когда Фея Очарования обернулась к внучке, то моментально преобразилась в милую любящую бабушку. Художница даже не успела заметить момент преображения.

На обратном пути, они вновь встретились с Феей Ночи. На этот раз та даже слегка склонила голову в приветствии, чем несказанно удивила и бабушку и внучку. Когда сели в повозку, бабушка иронично заметила:

— Похоже, Её Величество высоко оценила твои работы, и оказаться матерью талантливой художницы, пусть и обычного человека, стало выгодно.

Ровена пожала плечами, тоже не сдержав усмешки. Фея Очарования в отношении единственной дочери явно не обольщалась.

Дальше время вновь замедлило ход. Бабушка и дедушка, как могли, отвлекали внучку. Ей даже вручили просторную клетку с двумя огненными птичками — подарок для близнецов.

— Думали передать в день твоего отъезда, но что уж, — произнёс старый король и заговорщески подмигнул.

Художница и впрямь отвлеклась, наблюдая за удивительными пичугами, любуясь сверкающими под солнечными лучами перьями. Она насыпала в кормушку зёрен, налила воды в маленькую купальню и, не удержавшись, создала по её краям иллюзию густых зарослей. Птицам иллюзия понравилась, они летали сквозь неё, что-то весело щебеча.

Как ни ожидала Ровена назначенного часа, он наступил неожиданно. В дверях дома на холме появился высокий широкоплечий мужчина и, поздоровавшись, известил:

— Отшельница ждёт вас, юный Мастер, позвольте вас проводить.

— Да, да, конечно, только подождите минуточку, — попросила Ровена и кинулась в свою комнату.

Ей пришло на ум, что Королеве степей наверняка будет интересно посмотреть иллюзии владыки Нижнего мира, да и иллюстрации к последним легендам. Захватив альбом, художница поспешила на выход, к ожидавшей её карете, запряжённой пегасами. Бабушка успела просветить:

— Отшельница высоко ценит встречу с тобой, раз отправила не слугу, а своего последнего и, пожалуй, самого любимого фаворита. Уже десять лет живёт с одним мужчиной. Тогда посол Имбора неосмотрительно прибыл с охранниками. Его самого не тронули, а вот охрану быстро разобрали. Правда, всех уже, наигравшись, отпустили, кроме этого.

Ровена с интересом оглядела сопровождающего. Он казался спокойным и невозмутимым, почему-то создалось впечатление, воин, не принял судьбу, а лишь смирился с ней. Не выглядел фаворит Отшельницы сломленным. Мужчина как-то устало улыбнулся художнице и помог подняться в карету по приставной лестнице, сам же устроился на месте возницы.

Немного поразмышляв над судьбой невольного пленника, Ровена вскоре отвлеклась на развернувшуюся внизу картину. Они пролетали над поселениями с нарядными домами, изумрудными озёрами, рекой с хрустальными водопадами и лесами с удивительной формы деревьями. Художница старательно запоминала увиденное. Она даже сделала пару зарисовок до того, как прибыли на место.

Карета, сделав круг над домом, похожим на дворец в миниатюре, опустилась на широкую площадку. На ступенях, ведущих в дом, стояла его хозяйка. Она по-прежнему куталась в просторный плащ, скинутый капюшон открывал замысловатую причёску с диадемой, в виде водяных лилий — знаком принадлежности к королевскому роду. Ровена, создававшая парадный портрет Мораны, этот знак изучила детально.

Отшельница выбрала для себя образ молодой женщины, оставшись такой, кокой Ровена видела в своих видениях. Теперь художница поняла, почему сестра Мораны уже в первую встречу показалась смутно знакомой.

— Приветствую тебя в моём доме, Мастер, — обратилась Отшельница к Ровене, затем повернулась к своему фавориту и мягко произнесла: — Ты пока свободен, Арт. Нам с гостьей стоит поговорить наедине.

Мужчина, названный Артом, склонил голову в знак согласия и не последовал за ними в дом. Отшельница провела Ровену в просторную гостиную и предложила присесть в кресло около столика, сама расположилась напротив. Вокруг сразу засуетились юные феечки, расставляя сладости и кувшины с напитками. Девчушки неумело скрывали любопытство, разглядывая бескрылую гостью. Справились они быстро и выпорхнули из комнаты, подобно разноцветным мотылькам.

Ровена оглядела гостиную, взгляд невольно задержался на полках, на которых стояли её книги. Некоторые были открыты и над страницами парили иллюзии, посвящённые Степному королевству. Художница, словно спохватившись, сняла с шеи медальон и протянула Отшельнице со словами:

— Возьмите, я возвращаю вам вашу вещь.

Хозяйка приняла медальон, но не надела, опустила на стол рядом с чашкой из тончайшего сангринского фарфора. Она ласково поглаживала засветившийся алым камень и несколько мгновений молча смотрела на Ровену, затем произнесла:

— Вижу, чудесный Мастер, ты можешь многое мне рассказать.

Художница растерялась, не зная, с чего начать. Она достала альбом и раскрыла на странице, где изобразила Владыку Нижнего Мира, таким, каким увидела его у полигона Карагач. Над страницами поднялся зелёный прозрачный купол, внутри которого полыхал светящимся алым взором бывший возлюбленный Королевы степей. Ничего человеческого не осталось в чертах падшего бога.