Пятое правило василиска (СИ) - Платунова Анна - Страница 24

«Возьми меня за руку, — мысленно умоляла она. — Хотя бы посмотри на меня. Не надо уходить вот так, словно мы расстаемся навсегда».

Милли шла все медленнее, но сколько бы она ни растягивала последние метры, ступени закончились.

— Стейн, ты сможешь сейчас пройти в мой кабинет? — спросил ректор. — Не станем утруждать Эмилию, ей нужен отдых.

«Это Стейну нужен отдых!» — хотела запротестовать Милли: «Я тоже пойду!»

Но василиск уже оставил ее за своей спиной. Ушел и не обернулся. Только буркнул напоследок что-то вроде: «Немедленно в постель, хомяк!»

Эмилия прислонилась к стене: в глазах внезапно потемнело, и сердце защемило как-то по-особенному. Так, будто из него вырвали кусок.

Рядом тут же оказался магистр Сорго, вынул из сумки какой-то вонючий пузырек, сунул Милли под нос.

— Держитесь за меня, Эмилия. Боюсь, эту ночь вам придется провести под моим присмотром.

Милли послушалась, пошла вперед, как сомнамбула. Вот все и закончилось.

Она посмотрела на руку, где совсем недавно алел ожог. От него осталось едва заметное пятнышко. Условия договора соблюдены, отныне ее ничего не связывает с этим заносчивым, бесчувственным, высокомерным василиском.

Эмилии бы радоваться! А ей хотелось выть…

20

Два дня Эмилия провела в постели, в окружении настоек и порошков. Магистр Сорго хотел забрать нимфу в лечебный корпус, под свою опеку, но Стелла не отдала.

— Я сама о ней позабочусь! — встала, руки в боки, заслоняя собой подругу. — Только расскажите, как правильно принимать все эти… ваши… штуки!

Медик решил, что связываться с боевой полуфеей себе дороже, махнул рукой и ушел, оставив подробную инструкцию. Стелла действительно оказалась отличной сиделкой — заботливой, но строгой. Иногда Милли пыталась отвертеться от приема особо мерзких снадобий, но сникала под суровым взглядом подруги.

Время от времени раздавался стук в дверь. Проведать Милли приходили однокурсники и преподаватели. Один раз заглянул сам ректор и сразу занял собой все пространство крошечной комнатушки. Громовая Гора присел было на кровать Стеллы, но хлипкая конструкция издала предсмертный хрип, готовая развалиться под тяжестью орка, так что Улорд Буурос смущенно кашлянул и поднялся на ноги. Завис над Милли, согнувшись в три погибели.

Эмилия потупилась, глядя на свои колени, укрытые одеялом. И неожиданно почувствовала, что ее голову бережно накрыла тяжелая рука Громовой Горы. Он гладил ее по волосам, словно Милли была маленькой девочкой.

— Студент Орис рассказал мне обо всем. Вы молодец, Эмилия. Выздоравливайте, набирайтесь сил и возвращайтесь к учебе.

Визиты не прекращались до позднего вечера. Самыми частыми гостями были, конечно, Торкас и Мокс. Они заделались телохранителями Эмилии, пропуская не всех визитеров, а только тех, кого посчитали нужным. Чаще всего в «неугодные» они самовольно записывали поклонников нимфы, заставляя оставлять подношения за дверью. Скоро весь порог оказался завален цветами, игрушками и конфетами.

Стейн не пришел ни разу.

Сначала Милли ждала его. Потом накричала на гоблинов, обвинив их в том, что василиск наверняка приходил, а они его прогнали.

— Да не приходил он! — возмутился Мокс. — За кого ты нас принимаешь! Мы бы его пустили!

— Попробовали бы мы его не пустить! — фыркнул Торкас.

Эмилия закусила губу. Действительно… Попробовали бы…

— Он один раз проходил по коридору. Я решил было, что к тебе идет. Но этот тип только притормозил у порога, полюбовался на склад… Кстати, можно я конфеты заберу, ты все равно столько не съешь?

— Бери что хочешь. Так что же он?

— Полюбовался, покачал головой со своим обычным выражением: «Я так крут, так холоден, падайте все ниц передо мной!» и ушел.

— И ушел… — прошептала Эмилия, борясь со слезами.

Не хватало еще реветь на глазах этих ехидных гоблинов.4e500d

— Так, ребята, вам пора домой! — Стелла увидела, что на подруге лица нет, и поспешила прийти на помощь. — Милли нужен отдых!

Когда за парнями закрылась дверь, полуфея присела рядом с Эмилией, и протянула в одной руке носовой платок — нимфа уже ревела в три ручья, в другой стеклянный пузырек.

— Что это? — всхлипнула Эмилия, глядя на бутылочку.

— Это тебе под слезы. Не пропадать же добру!

Нимфа не знала радоваться или огорчаться рачительности подруги, а потом поняла, что полуфея просто пытается немного ее взбодрить. Стелла догадалась о чувствах Эмилии, но деликатно не вмешивалась, просто была рядом.

— А потом пойду у гномов ногти добывать, — со знанием дела продолжила Стелла, и нимфа уже не выдержала, хихикнула.

Подруга улыбнулась в ответ.

— И магистр Варр не заметит пропажи.

Пожалуй, это была единственная хорошая новость.

И действительно, когда Эмилии разрешили вернуться к занятиям, на практикум к магистру Варру она пошла с легким сердцем. В ящике, где хранились магические реактивы, в пустой прежде ячейке снова занял свое место флакон с ядом василиска.

Милли с головой погрузилась в учебу. Никогда прежде преподаватели не замечали за ветреной нимфой такой старательности.

— Если так и дальше дело пойдет, вы сможете рассчитывать на «блестяще» у меня на экзамене! — похвалила Эмилию магистр Тирли, преподавательница зельеварения.

Милли безразлично кивнула. Ей было все равно. Прошло всего две недели после событий, а нимфе уже казалось, что пролетела вечность. Неужели все это было на самом деле? Сделка… Ариза… Стейн, истекающий кровью… «Лучше умереть самому, чем позволить погибнуть тому, кого…»

«Должен защищать! Он сказать — защищать. А не то, что ты успела надумать себе, глупая Эмилия!» — так нимфа говорила себе по десять раз на дню, а легче почему-то не становилось.

Больше всего она боялась момента, когда встретит Стейна в коридоре или в столовой. Труднее всего будет пережить тот миг, когда он впервые пройдет мимо так, будто и незнаком вовсе с глупой нимфой. К счастью, пока им удавалось разминуться.

Даже магистр Варр перестал к ней цепляться. По крайней мере, так было до того момента, когда Эмилии пришлось выступить с докладом о известных противоядиях. Тему она сама выбрала из нескольких предложенных. Ей было интересно, наконец, узнать, действительно ли печень василиска является самым сильным антидотом. Да что там, с некоторых пор Милли интересовало в василисках абсолютно все.

Милли честно готовилась, провела в библиотеке два дня, исписала убористым почерком несколько листов. А когда наступила ее очередь выступать, нимфа вышла к кафедре и… словно язык проглотила. Магистр Варр стоял совсем близко. Эмилия, замерев, смотрела на жесткие волосы, выбивающиеся из-под манжет рубашки, серую щетину, кончики клыков. Она жутко его боялась и ничего не могла с этим поделать. Несколько раз открывала и закрывала рот, борясь с собой, мяла в дрожащих пальцах листы, но так и не произнесла ни звука.

Магистр Варр пристально разглядывал ее, сузив глаза.

— Плохо, Эмилия… Вы не готовы.

Он подошел к журналу и поставил напротив фамилии Неали пятую галочку. Эмилия следила за его пальцами, как приговоренный к казни следит за росчерком пера на обвинительном заключении.

— После семинара останетесь в аудитории. Я назначу наказание.

Милли вернулась на место ни жива ни мертва. Все время до окончания занятия просидела, не поднимая головы.

Когда магистр Варр отпустил студентов, Стелла, собирая учебники, наклонилась и шепнула:

— Я скажу Стейну.

— Не нужно… Ему все равно…

Стелла ничего не ответила. Не смогла — Лариус Варр встал рядом с партой, недвусмысленно намекая, что посторонние должны покинуть аудиторию как можно скорее.

Полуфея судорожно запихала в сумку оставшиеся книги и поспешила к выходу.

Милли осталась совсем одна.

21

Эмилия ссутулилась, сжала руки на коленях, стараясь сделаться маленькой и незаметной. Магистр Варр подошел еще ближе, нимфа слышала его размеренное дыхание — судя по всему он даже не волновался, в то время как сердце Милли мчалось галопом.