Самый Лучший Ветер (СИ) - Сергеев Артем Федорович - Страница 87

— Хорошо, если так, — усмехнулся он и протянул мне сверток. — Держи «Секиру» свою.

— Ого, — быстро развернул я упаковочную бумагу и внимательно осмотрел револьвер. — Мастерская работа, накладки как тут и сидели. Красота!

— А то! — довольно сказал он и, нахмурившись, добавил. — Ты не обижайся, Артем, но только молодые балбесы такое дорогущее оружие с собой таскают. И вот ты еще. Это же просто револьвер, смысл в нем такой же, как и у моего, только твой ценой в три тысячи. Ты ведь можешь его потерять, разбить, Хельге снова подарить или еще кому, это же расходный материал по большому счету! Я вот своим могу хоть орехи колоть, а твоим нельзя, неуважение к мастеру Глоину будет.

— Если б ты только знал, какой он ладный да ухватистый, — возразил я гному. — И в трудную минуту не подведет, вот что главное. Сам в цель смотрит!

— Три, тысячи, рублей, — раздельно повторил он. — Это если по-быстрому скидывать, а если покупателя поискать, так и все четыре, дурья твоя башка. Он же у тебя поцарапается весь и облезет, это же произведение искусства, а не оружие, пойми!

— Это просто револьвер, хоть и дорогой, — не уступал под его напором я и лихорадочно искал контраргументы. — Давай тогда «Ласточку» нашу на прикол в порту поставим и будем вокруг нее хороводы водить и любоваться. Она же тоже произведение искусства, причем подороже револьвера. А в нее два раза пулей попали! Или секстан мой с искусственным горизонтом музею подарим, а чего, он же тоже пару тыщ стоит! А Лариска — я только сейчас начинаю понимать, кто она такая, а мы ей котел топим и не стесняемся чайник кипятить! А мы сами — ведь каждый, сука, личность, а шляемся непонятно где. Давай засядем где-нибудь на хуторе и будем друг другом любоваться до посинения!

— Молоток, — неожиданно ткнул Далин меня кулаком в плечо. — Отгавкался. Но если потеряешь или сломаешь — ко мне не подходи. Я тебе тогда все припомню.

— В курсе, — пожал плечами я. — Потерплю. Палатку ты понесешь?

— А кто же еще? — удивленно спросил Далин. — Слабосильная вы команда. Экипаж Глоина знаешь сколько наверх каждый раз прет? Ни в чем себе не отказывают, а мы поститься будем. Ладно, готовься.

Гном вышел, а я начал набивать свой станковый рюкзак всем необходимым. Пока копался, время пролетело незаметно, парни уже начинали стучать копытами в коридоре.

— Оружие твое где? — услышал я голос Далина, прицепившегося к Арчи.

— Я сам — оружие, — гордо ответил тот. — Прямо пулемет, а Лариска у нас пушка. Отстань от меня, нашел дурака лишний килограмм наверх тащить. Ты с кем там воевать собрался?

— Хрен с тобой, — устало вздохнул тот. — Но, если еще и этот маг недоделанный без револьвера выйдет, я всю жрачку выкину и вместо нее карабин с собой возьму, так и знай. Попробую через желудок до вас достучаться. Ладно, пойду Антохе последние указания дам.

Я усмехнулся, услышав его угрозы, но кобуру нацепил, с гнома станется. Еще раз осмотрел себя и рюкзак перед выходом и, открыв дверь, вышел в коридор. Там уже никого не было, парни успели выскочить наружу и заняться последними приготовлениями. Далин ладил из найденного Кирюшкой деревянного весла замену железному лому, на котором мы таскали Лариску по Торговому Острову и долбал Антоху.

— Холодновато тут, — наставлял он парня. — Это хорошо, север чувствуется. Ты вот что, ты двери-то в грузовом отсеке открой, чтоб холодильникам полегче было, и следи за температурой. Солнце-то борта может нагреть, и довольно сильно, соображаешь? Рыба протухнуть не должна ни в коем случае, но и соляру экономь, генератор попусту не гоняй.

Антоха кивал на его словам, пытаясь запомнить и уложить в памяти все наставления.

— Трюмный! — заорал вдруг Далин, — подь сюда!

На кухне что-то загремело и Кирюха серой молнией метнулся к гному.

— Ты за охрану отвечаешь, — наставил на него палец Далин. — И за Антоху. Спать много ему не давай, он должен каждые четыре часа холодильники проверять, понял? И сам следи за всем по мере сил. На тебя вся надежда, не подгадь, серенький.

Довольный Кирюха выпрямился и с достоинством кивнул.

— Тёма! — добрался и до меня Далин, сначала внимательно осмотрев на предмет вооруженности. — Закидывай в свой рюкзак фляжки с водой, сколько по силам. Все остальное мы уже расхватали.

— А почему б сначала не закинуть туда куда-нибудь воды и дров, — поинтересовался Антоха, показывая рукой на вулкан. — А потом отсюда налегке можно подниматься. И еду с палаткой?

— Пробовали, умник, — сморщился Далин, вспоминая наш давний эпический провал, когда он уговорил меня и Арчи попытаться воплотить в жизнь эту идею. — Склоны там довольно крутые, не держится на них ничего. Ударяется о землю и в океан кубарем. Плюс ветер, близко не подойдешь. И опасно очень рядом с горой дирижабль держать, это ж тебе не стрекоза.

Антоха понятливо кивнул, осмотрев крутоватые склоны вулкана.

— Ты поосторожнее с такими идеями, — влез в разговор я, увязывая верхний клапан рюкзака. — Такой риск оправдать нельзя. В случае успеха всего лишь облегчаем себе немного жизнь, а в случае провала теряем все. Хер я когда еще раз на такое подпишусь. Ладно, я готов.

Как оказалось, ждали только меня, даже спящая Лариска в своем домике-тигле была готова к переноске. Разыграли на пальцах, кому первым впрягаться в ее упряжь, и выпало Далину с Арчи, поэтому первым в путь вышел я. Покряхтывая под тяжестью рюкзака и пытаясь поудобнее под ним устроиться, я кивнул Антохе, Кирюхе, и мерно зашагал по извилистой тропе. Идти было не сказать чтобы далеко, но уж очень тропа забирала вверх. Легко не будет в любом случае, и скажите спасибо за хорошую погоду.

Я шел впереди ребят, тащивших перевязь с Лариской, и иногда палкой откидывал с тропы ненадежные камни. Не дай бог они споткнутся. Солнышко хоть и светило, но в воздухе чувствовалась противная морось, как будто мы шли в облаке, холодный ветер обдувал лицо, но не испарял пот, а даже наоборот. Получалась такая противная холодная баня. Но постепенно я вошел в темп, перестал ныть про себя, начав уже чисто механически переставлять ноги. Потом я сменил Арчи на перевязи и затопал вслед за Далином, внимательно смотря на тропу. Мы забирались все выше и выше, ветер усиливался, исчезла зеленая трава на склонах, уступив место безжизненному пепельному пейзажу. Исчезла и тропа, ноги начали скользить во влажной вулканической пемзе, и Арчи скомандовал большой привал.

— Все! — заявил он нам. — Дальше всем идти смысла нет. Палатку и лагерь разобьем здесь, рюкзаки оставим здесь же. Артем, ищи место получше, ты остаешься. Пьем чай.

Навалившись руками и грудью на выставленную перед собой палку, я смог лишь согласно кивнуть. Там, выше, становилось совсем плохо. Ветер нагнал противный холодный туман, закрыв от нас солнце, появились едкие химические запахи, но до вершины было еще далеко. Ребята налегке потащат Лариску дальше, до тех пор, пока она не почувствует близкое присутствие первородного пламени, и сама не выскочит из тигля, а потом спустятся вниз. К этому времени у меня все должно быть готово.

Осторожно поставив тигель на грунт, мы сбросили рюкзаки на камни, а гном отстегнул и торжественно вручил мне малую саперную лопату, которую он тащил с собой. По очереди передавая друг другу термос с горячим и очень сладким чаем, мы быстренько его прикончили, и каждый стал заниматься своим делом. Я отыскал почти горизонтальную площадку без камней, с редкими вкраплениями умудряющейся здесь жить зелени, и начал ровнять место под палатку, обкапывая его небольшой траншеей на случай дождя.

Туман усилился, и парни заторопились, не став отдыхать больше необходимого, тем более что и Лариска заворочалась. Заблудиться они не боялись, Арчи чувствовал меня как компас, да и я его, вместе с довольной и предвкушающей приятное саламандрой. В принципе, идти им было уже недолго, поэтому и мне следовало поторопиться.

Унимая тяжелое дыхание, я шумно сжевал кусок жареной колбасы из рюкзака гнома, запил водой, и принялся за работу. Примерно часа через полтора что-то вверху ярко блеснуло красным, раздался глухой удар, и я услышал веселый переливчатый визг вместе с волной бурной радости на магическом плане. Ощущение было, как будто ребенок с разбега прыгнул в бассейн, радуясь на весь мир. Я улыбнулся веселью саламандры и стал работать дальше. Все было готово, но мне хотелось обустроить еще и отхожее место, для пущего комфорта.