Бензол (СИ) - Веселовская София - Страница 64

— Что случилось в лаборатории? — задал Иван Владимирович вопрос. — Кто разгромил ее? Охранный отряд существует на самом деле? И если бензол охраняли, почему он пропал?

— Что ж, по порядку, так по порядку, — одобрила его Фея. — Лабораторию разгромил Злой Волшебник. Он не хотел этого, это случилось из-за магической защиты. Охранный отряд существует, и именно мы возвели защиту вокруг лаборатории, при этом завязав ее на бензоле.

— Как это? — спросила Миранда, поскольку ничего не поняла.

— Если простыми словами — бензол нельзя было вынести из лаборатории никому, кроме членов охранного отряда, — объяснила Наталья Валерьевна. — Если кто-то попытался бы это сделать, энергетическое поле, сформированное в лаборатории, оказало бы сопротивление, и похитителя затянуло бы обратно в лабораторию. Но, к счастью, за все время никто не пытался.

— То есть Мира не смогла бы принести вам бензол? — возмутился Иван Владимирович. — Вы просто обрекли ее на бесконечные попытки?

Миранда задумалась об этом, старательно избегая смотреть на Ваню, то есть Ивана Владимировича, и почувствовала ужасную несправедливость. Кому мешал бармен дискотеки? Но Добрая Фея тут же развеяла все беспокойство:

— Нет, Мире мы дали такие же полномочия, как и членам охранного отряда.

— Но почему? Зачем вам первокурсница-двоечница? — Миранда подняла глаза на замдекана.

Как же ее все время волновал этот вопрос!

— Мира, я уже говорила тебе, что оценки не главное, — напомнила Наталья Валерьевна. — И также я говорила, что Злой Волшебник знал в лицо всех, кто входил в охранный отряд. Да, мы хотели спасти бензол в первую очередь. Но ещё мы боялись спугнуть злодея. Тебя он бы опасаться не стал, и не исчез бы, едва завидев тебя.

— Но причём здесь доброта и все дела? — Мира нахмурилась. — Или вы это просто так сказали, чтобы я согласилась вам помогать?

— Конечно же, нет, — улыбнулась Наталья Валерьевна. — Мы предвидели, что что-то может пойти не так, и возможно тебе придётся отправиться в Химию. А там уже без доброты никак. И к тому же мы должны были точно знать, что наш помощник не объединится со Злым Волшебником. Зная его, мы опасались, что он попытается привлечь помощника на свою сторону. А он умеет быть убедительным.

— Знаю по себе, — серьёзно заметил Иван Владимирович.

"Неужели Волшебник приглашал его перейти к себе?" — изумлённо подумала Мира. И тут же отогнала от себя мысль о том, что если бы это случилось, она бы не выжила.

— Так что мы искали доброго человека, который к тому же не вызовет подозрений у Злого Волшебника, — продолжала Фея. — И да, мы следили за тобой, пока ты была в ГУКе, чтобы вмешаться в случае чего. Потом следили тоже, но вмешаться уже не смогли бы: ты ушла слишком далеко от ГУКа. Но, как оказалось, это было и не нужно, ведь у тебя все получилось. И, оглянувшись назад, ты поймёшь, что победила ты во многом благодаря тому, что Злой Волшебник не видел в тебе серьёзного соперника. А значит, мы не ошиблись.

Миранда кивнула, понимая, что это правда. Все эти игры с клонами и прятки за шторой стали возможны только лишь потому, что Волшебник не видел угрозы и хотел развлечься. Увидел бы — убил бы на месте и ее, и Ваню, то есть Ивана Владимировича.

— И все-таки почему в лаборатории разгром? — не успокаивался сам Иван Владимирович. — И как пропал бензол, если была защита?

Мира с горечью подумала, что кем бы он ни был, он все же любит науку, привязан к лаборатории и дорожит реактивами в ней — и это роднит его с тем Ваней, которого она считала своим другом. Сначала Максим, потом Ваня… Интересно, есть здесь хоть что-нибудь не фальшивое? И чем дольше об этом думалось, тем паршивее становилось на душе, поэтому Мира переключилась на Фею.

— Как мы предполагаем, пытаясь похитить бензол, Злой Волшебник столкнулся с нашей защитой, — вещала та. — Так как он очень силён, он взломал нашу зашиту, и это спровоцировало взрыв. После этого унести бензол уже ничто не мешало.

— Если вы знали о его силе, почему не поставили более серьезную защиту? — немного язвительно поинтересовался Иван Владимирович.

— Мы поставили максимально сильную защиту, которую смогли. А кроме того члены охранного отряда посменно дежурили и следили за лабораторией. Когда бензол похитили, дежурил Сергей Иванович. Злой Волшебник пришёл в тот момент, когда он вышел покурить. Пагубная привычка во всех смыслах, — Наталья Валерьевна невесело усмехнулась.

Мира вспомнила, как пузатый заведующий кафедрой органической химии бросился к ней, услышав крики о бензоле. Оказывается, было его дежурство! Но увы, все самое страшное уже произошло, пока он курил.

— А ещё, Иван Владимирович, вам будет радостно услышать, что в лаборатории уже полный порядок. Мы немного прибрались, пока ждали наших героев, — Добрая Фея отошла от двери.

Только сейчас Мира сообразила, что дверь, возле которой они все время стояли, — та самая дверь, с которой все началось. Тяжёлая металлическая дверь с табличкой "Лаборатория органического синтеза".

Как только Фея освободила проход, Ваня, то есть Иван Владимирович, бросился туда. Мира тоже подошла, чтобы посмотреть: как-никак она чуть не погибла в этой злосчастной лаборатории.

Сейчас лаборатория злосчастной не выглядела, а была похожа на самую настоящую лабораторию, какой, вообще-то, и должна была быть. Ни копоти, ни грязи, ни осколков, ни вонючих лужиц — все просто сияло чистотой! Даже мебель вся была целая! Стеллаж с лабораторной посудой стоял ровно, и явно не собирался ни на кого падать, как, впрочем, и огромная колба на верхней полке. Но больше всех в этой лаборатории сиял Иван Владимирович. Обычно так выглядят дети, получившие в подарок долгожданную игрушку. На секунду Мира даже поверила, что ее Ваня вернулся, но тут же с болью осознала, что его никогда не существовало. И, желая отвлечься от этой боли, спросила:

— А что теперь будет со Злым Волшебником?

— Однозначно мы его отчислим, — отрезала замдекана. — А более глобально его судьбу будем решать на общем голосовании.

- А жаль, талантливый был бы студент! — притворно огорчился Иван Владимирович.

— А нечего было внутренний распорядок университета нарушать, — улыбнулась Наталья Валерьевна. — И всем остальным будет урок, что кража реактивов до добра не доводит.

— Эх, что правда, то правда, — согласился Иван Владимирович. — А то если за талант все прощать, совсем лабораторию разворуют.

Миранда почувствовала, что ей совсем не место здесь: ни на кафедре, ни в лаборатории, ни в этом разговоре. Но все-таки один вопрос ещё висел в воздухе и не давал уйти.

— Как в Химию попали Богдан и Глаша? — выпалила Мира, воспользовавшись паузой в разговоре.

Во взгляде Доброй Феи на мгновение появилась усталость, смешанная с обреченностью, женщина тяжко вздохнула, но все же ответила:

— А это грубейшая ошибка, и случилась она, когда Сергей Иванович пошёл курить в другой раз, и проглядел, когда они выходили. По сути они стали первыми людьми, попавшими в Химию случайно. Случайно! Обычно за этим очень строгий контроль. И так как они не должны были видеть мир Химии, нам пришлось стереть им память о нем.

— А нам тоже сотрёте? — забеспокоилась Мира.

— Можем, если вы хотите, — сказала Наталья Валерьевна так, словно речь шла о самых обыденных вещах. — В Химии много вещей, сложных для восприятия. Но вы выполняли наше задание, спасли мир, поэтому у вас выбор есть.

Мира рассудила, что стереть память не так и плохо, как кажется на первый взгляд. Да, она забудет все, что узнала о Химии, но она выучит, правда! Выучит, сдаст зачёт, и даже экзамен летом, а на втором курсе придёт на занятия на кафедру органической химии, и не придаст никакого значения тому, что здесь работает перспективный и талантливый Иван Владимирович. Но с другой стороны… За эту ночь с ней произошло столько всего, сколько не случалось за все восемнадцать лет существования. И больше никогда не случится. А кроме того, в каждом миге жизни, не важно, на Земле или в Химии, кроется бесценный опыт. И да, хорошее и важное в жизни всегда смешанно с плохим, а иногда и с ужасным, и все люди с этим как-то живут, и память себе не стирают. И она, Мира, тоже так сможет.