Игра вслепую (СИ) - "Pak Yeon Hee" - Страница 9

— Завтра нас ждут в начальной школе, ты готов сдать тесты?

— Конечно, — кивнул мне Северус, подкатываясь под бок и утыкаясь носом в моё плечо. — Мне же просто надо показать свой реальный уровень знаний?

— Конечно, это просто для определения твоего класса. Торопиться тебе некуда, спокойно учись здесь, а потом в Хогвартс поедешь.

— Знаешь, пап, я решил, что буду получать образование не только у волшебников, но и в колледже или университете, так что буду стараться.

— Ну и хорошо, со временем поймёшь, что тебе больше нравится, и выберешь занятие по душе.

Я обнял сына, перетащив его на себя. Он всё ещё был худощавым, но хотя бы пропала болезненная хрупкость. Стригся он теперь стильно, волосы у него были очень мягкие, так что ёжика не получалось. Я посоветовался с парикмахером и уговорил Северуса коротко выстричь виски, а сверху оставить чуть длинноватые пряди, смягчающие черты его лица.

Вообще, при его природных данных, Северус вырастет довольно интересным мужчиной. Я порадовался, что у двоих настолько заурядных личностей получился такой симпатичный отпрыск. Хотя я и раньше замечал этот интересный факт, что у красивых родителей иногда рождается совершенно обычный ребёнок и наоборот. Видно, гены в наших организмах проводят собственные вечеринки, практикуя безудержное веселье с дальнейшим спариванием всех со всеми, вот и получаем такие неожиданные результаты.

Так вот Северус взял от родителей всё лучшее, что смог наковырять в худой чернявой Эйлин и обычном ничем не примечательном Тобиасе. Вырастет, и девчонки будут засматриваться на его мужественное лицо. Если Эйлин портил крупноватый нос и смуглая кожа, то для парня это будет, наоборот, в плюс к общей брутальности. А моя неплохая фигура у него станет просто отличной. Уже сейчас было видно, что плечи у Северуса широкие, а талия и бёдра — узкие. Всё-таки без природных данных тяжело накачать мускулатуру, а он имел сложение не борца, а гимнаста. Мышцы сухие и плотные, это видно уже сейчас, после пары месяцев тренировок.

***

Школа в Годриковой лощине была небольшой — один двухэтажный корпус и стадион. Вступительные тесты принимал учитель математики, по совместительству — куратор всех новичков.

— Северус, не переживайте, это обычные вопросы, если не знаете ответов — поставьте прочерк, — спокойным мягким голосом объяснял мистер Беркли. — Времени у вас достаточно, так что мы не будем вам мешать. Мистер Снейп, прошу вас в мой кабинет. Хотите чаю?

— Да, если вас не затруднит.

Мы устроились за столом у окна, хозяин налил мне чашку чая из большого термоса и предложил молоко и сахар, но я отказался, с удовольствием вдыхая аромат отличного эрл грея с бергамотом.

— Вы же волшебники? — начал расспрашивать меня Беркли. — У нас учились и учатся дети до Хогвартса, а потом переводятся на домашнее обучение.

— Как вы поняли про нас? — удивился я. Вроде выглядим мы как обычные люди, одеты в джинсы, рубашки и кроссовки, палочками не машем.

— О! Я сам — сквиб и хоть не могу колдовать, но магию чувствую, как и многие из нас. Это странно, но именно сквибы чувствительны к волшебным потокам, поэтому нас и отправляют в магловский мир. Некоторые очень болезненно переживают любое воздействие заклинаний, даже не на себе, а просто когда колдуют рядом. Меня это, к счастью, миновало, поэтому я могу жить и работать рядом с волшебниками. И я чувствую, что у вас есть артефакты, вижу их ауру.

— Тогда нам не надо переживать насчёт сохранения тайны, — обрадовался я.

— Схема взаимодействия с юными волшебниками у нас отлично отработана, — покивал мне Беркли. — Я так понимаю, что после Хогвартса ваш сын продолжит обучение в магловском мире?

— Точно, — подтвердил я. — Поэтому нам нужен не просто аттестат, а реальные знания.

— Хорошо, я рад, мистер Снейп, что вы так серьёзно относитесь к образованию сына. Многие маги не понимают ценности проживания в двух мирах, зацикливаясь только на своём. Я не спорю, что волшебство очень удобно и полезно, но ведь и в обычном мире происходит столько интересного, зачем же упускать возможности?

Пока мы неторопливо беседовали, время, отведённое для экзамена, вышло. Мистер Беркли бегло просмотрел листы с ответами на вопросы и кивнул Северусу.

— Очень неплохо, молодой человек. Через пару дней зайдите ко мне, и я сообщу ваши результаты и класс, в который вы зачислены.

Мы попрощались с добродушным учителем и отправились на прогулку по посёлку. Собственно, смотреть тут было нечего: дома, несколько лавок в центре, паб «У Годрика». Весь посёлок можно было обойти за час неторопливым шагом.

***

Пока не начались занятия в школе, мы вместе с Северусом начали посещать курсы домохозяек у миссис Олби. Эта энергичная дама вела занятия в форме интерактивного класса. Несколько молодых волшебниц и мы с сыном реально учились печь, варить, жарить, тушить, солить при помощи заклинаний. Всё приготовленное (если оно получалось съедобным) мы забирали домой на ужин, так что питались просто отлично.

Я и раньше любил и умел готовить, а уж теперь грех было не воспользоваться такими удобными и полезными заклинаниями, которые сокращали время приготовления и освобождали от участия в процессе. Рагу стоит на плите и само помешивается ложкой, температура регулируется тоже автоматически, в общем, красота и счастье!

То же самое с глажкой/уборкой/стиркой — заклинание — всё готово, хозяин!

Занятия с мастером Томом я тоже начал, стремясь побыстрее выучить новое для меня ремесло. Руки у меня всегда росли откуда надо, а незашоренный взгляд на вещи помогал придумать что-то интересное. Мастер, узнав, что у меня отсутствуют навыки колдовства и нет классического образования, даже обрадовался, заявив, что переучивать всегда сложнее, чем обучать с нуля.

Первым делом мы начали с охраны дома. Мне рассказали о разных видах чар и артефактов, помогающих обезопасить жилище волшебника, превратив его в неприступную крепость. Конечно, на каждый замок найдётся и ключ, и отмычка, и лом, но всё же я стал намного спокойней, когда мы с мастером провели ритуал и вкопали по углам участка специальные камни с высеченными рунами.

Теперь войти во двор могли только те, кого я лично приглашал, произнося: «Добро пожаловать в наш дом». Наверное, не зря во всяких сказках о вампирах есть подобное разрешение, без которого они не могут проникнуть внутрь дома жертвы.

В подвале мастер обнаружил охранную систему, которую просто перенастроил на нас с Северусом. Для этого он капнул по капле нашей крови на круглый белый камень, который просто лежал на полочке, и я никогда не обращал на него внимания. Типа, ну да, булыжник в кладовке — самое обычное дело! Том объяснил, что на нём опять какие-то хитрые чары неприметности. То есть я его вижу, но мне на него абсолютно плевать, камень и камень, лежит и лежит…

— Тобиас, понимаешь, у волшебников много чего завязано именно на рассеянность восприятия. Вроде дикость какая-то, но все равнодушно проходят мимо или вовсе не видят. Так, например, вход в министерство или на Диагон-аллею, находящиеся в самом сердце столицы.

— А что с министерством? — поинтересовался я, пытаясь не выдать степень своего охреневания. У волшебников есть целое министерство, и оно находится в центре Лондона! Туда ходят на работу и на приём сотни магов в день, и никто не замечает их странной одежды и общего дикого вида!

— Вход для сторонних посетителей находится в телефонной будке на улице. Ты набираешь код, соответствующий буквам m, a, g, i, c; говоришь своё имя и цель посещения, получаешь значок и перемещаешься вниз в холл, как на лифте. Вокруг будки ходят люди, но никто, кроме волшебников, её не видит и не испытывает желания позвонить, — объяснил мне Том, усмехаясь в усы.

— Но почему сразу не прибыть из дома, зачем так… странно, да ещё и через Лондон? А если я живу в Шотландии или в Ирландии? — чуть ли не простонал я, представляя эпическое зрелище, как люди в кабинке таксофона медленно опускаются под землю.